Русская Стратегия

      Цитата недели: "Восстановление потрясённой гегемонии Русского народа в Империи, его историческими усилиями созданной, составляет теперь жгучую потребность времени. Но для этого нужно прежде всего быть достойным высокой ответственной роли, нужно быть духовно сильным и хотеть своего права." (Л.А. Тихомиров)

Категории раздела

История [1183]
Русская Мысль [213]
Духовность и Культура [233]
Архив [637]
Курсы военного самообразования [38]

Поиск

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

ПРОГРАММА "РУССКИЕ БЕСЕДЫ" НА "РУССКОЙ СТРАТЕГИИ"

ПРОГРАММА "ТОЧКА ЗРЕНИЯ"

ИСТОРИЯ СТРАНЫ МОЕЙ

СВОД. НОВОРОССИЙСКИЕ СТРОФЫ

Статистика


Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0

Друзья сайта

ПЕРВЫЙ ПОЛК РУССКОЙ АРМИИ
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • АРХИВ

    Главная » Статьи » История

    Как Минин и Пожарский создали Второе народное ополчение
    Как Минин и Пожарский создали Второе народное ополчение

    Развал Первого земского ополчения не привёл к концу русского сопротивления. К сентябрю 1611 года было сформировано ополчение в Нижнем Новгороде. Его возглавил нижегородский земский староста Кузьма Минин, который пригласил для командования военными операциями князя Дмитрия Пожарского. В феврале 1612 года Второе ополчение двинулось в поход к столице.

    Нижний Новгород

    В начале XVII столетия Нижний Новгород был одним из крупнейших городов Русского царства. Возникнув как порубежная крепость Владимиро-Суздальской Руси на её восточной границе, он постепенно утратил свое военное значение, но приобрел серьёзное торгово-ремесленное значение. В результате Нижний Новгород стал важным административным и хозяйственным центром на Средней Волге. Кроме того, в Нижнем имелся довольно большой и достаточно крепко вооруженный «каменный город», верхний и нижний посады его были защищены деревянными острогами с башнями и рвом. Гарнизон Нижнего Новгорода был сравнительно невелик. Он состоял приблизительно из 750 человек стрельцов, кормовых иноземцев (наёмников) и крепостных служителей — пушкарей, воротников, затинщиков и казенных кузнецов. Однако эта крепость могла стать ядром более серьёзной рати.

    Важное географическое положение (он располагался при слиянии двух крупнейших рек внутренней России — Оки и Волги) сделало Нижний Новгород крупным торговым центром. По своему торгово-экономическому значению Нижний Новгород стоял в одном ряду со Смоленском, Псковом и Новгородом. По своему экономическому значению он занимал в то время шестое место среди русских городов. Так, если Москва давала царской казне в конце XVI века 12 тыс. рублей таможенных сборов, то Нижний — 7 тыс. рублей. Город род был связан со всей волжской речной системой и был частью древнего Волжского торгового пути. В Нижний Новгород привозили рыбу с Каспийского моря, меха из Сибири, ткани и пряности из далекой Персии, хлеб с Оки. Поэтому основное значение в городе имел торговый посад, в котором насчитывалось до двух тысяч дворов. В городе было также много ремесленников, а в речном порту — работников (грузчиков и бурлаков). Нижегородский посад, объединенный в земский мир с двумя старостами во главе, являлся наиболее крупной и влиятельной силой в городе.

    Таким образом, Нижний Новгород по своему военно-стратегическому положению, экономическому и политическому значению был одним из ключевых пунктов восточных и юго-восточных районов Русского государства. Не зря публицист XVI века Иван Пересветов советовал царю Ивану Грозному перенести в Нижний Новгород столицу. Не удивительно, что город стал центром народного освободительного движения, охватившего Верхнее и Среднее Поволжье и соседние области России, и нижегородцы активно включились в борьбу за освобождение Русского государства.

    Нижний Новгород и Смута

    В Смутное время Нижний Новгород не раз подвергался угрозе разорения со стороны поляков и тушинцев. В конце 1606 года в Нижегородском уезде и смежных с ним уездах появились крупные бандформирования, которые занимались грабежами и бесчинствами: жгли селения, грабили жителей и угоняли их в полон. Эта «вольница» зимой 1608 года захватила Алатырь и Арзамас, устроив в нём свою базу. Царь Василий Шуйский направил для освобождения Арзамаса и других городов, занятых «ворами», своих воевод с войсками. Один из них, князь Иван Воротынский, разбил отряды мятежников около Арзамаса, взял город и очистил прилегающие к Арзамасу районы.

    С приходом Лжедмитрия II различные шайки снова активизировалась, тем более что на сторону нового самозванца перешла часть бояр, московского и уездного дворянства и детей боярских. Взбунтовались также мордва, чуваши и черемисы. Многие города тоже перешли на сторону самозванца и пытались склонить к этому и Нижний Новгород. Но Нижний Новгород твёрдо стоял на стороне царя Шуйского и своей присяге ему не изменил. Нижегородцы ни разу не впустили в город врагов. Более того, Нижний не только успешно оборонялся сам, но и посылал свою рать на помощь другим городам и поддерживал поход Скопина-Шуйского.

    Так, когда в конце 1608 года жители города Балахны, изменив присяге царю Шуйскому, напали на Нижний Новгород, воевода Андрей Алябьев по приговору нижегородцев ударил по противнику, и 3 декабря после ожесточённого боя занял Балахну. Руководители мятежников были захвачены в плен и повешены. Алябьев, едва успев вернуться в Нижний, снова вступил в борьбу с новым отрядом противника, напавшим на город 5 декабря. Разбив и этот отряд, нижегородцы взяли Ворсму.

    В начале января 1609 года на Нижний напали войска Лжедмитрия II под начальством воевод князя Семёна Вяземского и Тимофея Лазарева. Вяземский послал нижегородцам письмо, в котором писал, что если город не сдастся, то все горожане будут истреблены, а город сожжён дотла. Нижегородцы ответа не дали, а сами решили сделать вылазку, несмотря на то, что у противника войск было больше. Благодаря внезапности нападения войска Вяземского и Лазарева были разбиты, а сами они были взяты в плен и приговорены к повешению. Затем Алябьев освободил от мятежников Муром, где остался в качестве царского воеводы, и Владимир.

    Еще более активную борьбу повели нижегородцы против польских войск кроля Сигизмунда III. Одновременно с Рязанью Нижний Новгород призвал всех русских к освобождению Москвы. Интересно, что грамоты с такими призывами рассылались не только от имени воевод, но и от имени посадских людей. Значение городских посадов в деле борьбы с вражеской интервенцией и внутренней смутой серьёзно возросло. 17 февраля 1611 года, раньше других, нижегородские дружины выступили к Москве и храбро сражались под ее стенами в составе Первого земского ополчения.

    Неудача первого ополчения не сломила волю нижегородцев к сопротивлению, наоборот, они еще больше убедились в необходимости единства для полной победы. С Москвой нижегородцы поддерживали постоянную связь через своих лазутчиков — боярского сына Романа Пахомова и посадского Родиона Мосеева. Они проникали в столицу и добывали необходимые сведения. Нижегородским лазутчикам удалось установить связь даже с патриархом Гермогеном, который томился в Кремле в подземной келье Чудова монастыря. Гонсевский, озлобленный тем, что патриарх обличал интервентов и их приспешников, призывал к борьбе русский народ и, не смея открыто расправиться с Гермогеном, приговорил его к голодной смерти. На пропитание заточенному стали отпускать раз в неделю лишь сноп необмолоченного овса да ведро воды. Однако и это не смирило русского патриота. Из подземной темницы Гермоген продолжал рассылать свои грамоты с призывами к борьбе с захватчиками. Доходили эти грамоты и до Нижнего Новгорода.

    Минин

    Из Нижнего в свою очередь по всей стране расходились грамоты с призывом объединиться для борьбы с общим врагом. В этом сильном городе зрела решимость людей взять судьбу гибнущей страны в свои руки. Необходимо было воодушевить народ, вселить в людей уверенность в победе, готовность идти на любые жертвы. Нужны были люди, которые обладали высокими личными качествами и таким пониманием происходившего, чтобы возглавить народное движение. Таким вождем, народным героем стал простой русский человек нижегородец Кузьма Минин.

    О происхождении Минина известно мало. Однако точно известно, что версия о нерусском происхождении К. Минина («крещеный татарин») — это миф. 1 сентября 1611 года Минина избрали в земские старосты. «Муж родом не славен,— отмечает летописец, — но смыслом мудр, смышлен и язычен». Высокие человеческие качества Минина сумели оценить нижегородцы, выдвигая Сухорука на столь важный пост. Должность земского старосты была весьма почетна и ответственна. Он ведал сбором налогов и вершил суд в посаде, обладал большой властью. Посадские люди должны были земского старосту «во всех мирских делах слушаться», тех же, кто не слушался, он имел право и принудить. Минин был в Нижнем «излюбленным» человеком и за свою честность и справедливость. Большой организаторский талант, любовь к Родине и горячая ненависть к захватчикам выдвинули его в «отцы» Второго земского ополчения. Он стал душой нового ополчения.

    Свои увещания «помочь Московскому государству» Минин начал и в «земской избе», и на торгу, где стояла его лавка, и около своего дома в обычных собраниях соседей, и на сходках, где горожанам зачитывались грамоты, приходившие в Нижний Новгород, и т.д. В октябре 1611 года Минин обратился к нижегородцам с призывом создать народное ополчение для борьбы с иноземцами. По набату сошелся народ к Спасо-Преображенскому собору на сходку. Здесь Кузьма Минин произнес свою знаменитую речь, в которой убеждал нижегородцев ничего не жалеть для зашиты родной страны: «Православные люди, похотим помочь Московскому государству, не пожалеем животов наших, да не токмо животов — дворы свои продадим, жен, детей заложим и будем бить челом, чтобы кто-нибудь стал у нас начальником. И какая хвала будет всем нам от Русской земли, что от такого малого города, как наш, произойдет такое великое дело. Я знаю, только мы на это подвинемся, так и многие города к нам пристанут, и мы избавимся от иноплеменников».

    Горячий призыв Кузьмы Минина получил самый горячий отклик у нижегородцев. По его совету давали горожане «третью деньгу», то есть третью часть своего имущества, на ополчение. Пожертвования делались добровольно. Одна богатая вдова из имевшихся у нее 12 тыс. рублей пожертвовала 10 тыс. — сумму по тому временя огромную, поразив воображение нижегородцев. Сам Минин отдал на нужды ополчения не только «всю свою казну», но и серебряные и золотые оклады с икон и драгоценности своей жены. «То же и вы все сделайте», — сказал он посаду. Однако одних добровольных взносов было мало. Поэтому был объявлен принудительный сбор «пятой деньги» со всех нижегородцев: каждый из них должен был внести пятую часть своих доходов от промысловой и торговой деятельности. Собранные деньги должны были пойти на раздачу жалованья служилым людям.

    В нижегородское ополчение добровольцами вступали крестьяне, посадские люди и дворяне. Минин ввел новый порядок в организации ополчения: ополченцам выдавалось жалованье, которое не было равным. В зависимости от военной подготовки и боевых заслуг ополченцы были поверстаны (разделены) на четыре оклада. Поверстанные по первому окладу получали в год 50 рублей, по второму —45, по третьему — 40, по четвертому — 35 рублей. Денежное жалованье для всех ополченцев, независимо от того, дворянин ли он посадский или крестьянин, делало всех формально равными. Не знатность происхождения, а умение, ратные способности, преданность Русской земле были теми качествами, по которым Минин оценивал человека.

    Кузьма Минин не только сам внимательно и чутко относился к каждому воину, пришедшему в ополчение, но и требовал того же от всех командиров. Он пригласил в ополчение отряд служилых смоленских дворян, которые после падения Смоленска, не желая служить польскому королю, бросили свои поместья и ушли в Арзамасский уезд. Прибывших смоленских воинов нижегородцы встретили очень тепло и обеспечили всем необходимым.

    С полного согласия всех жителей и городских властей Нижнего Новгорода по инициативе Минина был создан «Совет всея земли», ставший по своему характеру временным правительством Русского государства. В его состав вошли лучшие люди поволжских городов и некоторые представители местных властей. С помощью «Совета» Минин вел набор ратников в ополчение, решал другие вопросы. Нижегородцы единодушно облекли его званием «выборный человек всею землею».

     

    Командующий Второго ополчения

    Чрезвычайно важным был вопрос: как найти воеводу, который возглавит земское ополчение? Нижегородцы не хотели иметь дело с местными воеводами. Окольничий князь Василий Звенигородский не отличался воинскими талантами, и был в родстве с Михаилом Салтыковым, подручным гетмана Гонсевского. Чин окольничего он получил по грамоте Сигизмунда III, а на нижегородское воеводство был поставлен Трубецким и Заруцким. Такому человеку не было доверия.

    Второй воевода, Андрей Алябьев, умело сражался и служил верой-правдой, но был известен лишь в своем, Нижегородском, уезде. Горожане хотели искусного воеводу, не отмеченного «перелётами», и известного в народе. Найти такого воеводу в это смутное время, когда переходы воевод и вельмож из одного лагеря в другой стали обычным делом, было не просто. Тогда и предложил Кузьма Минин избрать воеводой князя Дмитрия Михайловича Пожарского.

    Его кандидатуру нижегородцы и ополченцы одобрили. В пользу князя говорило многое: далек от продажной правящей верхушки, не имел думного чина, простой стольник. Не сумел сделать придворной карьеры, зато не раз отличался на поле брани. В 1608 году, будучи полковым воеводой, разбил близ Коломны войска тушинцев; в 1609 году разгромил шайки атамана Салькова; в 1610 году, во время недовольства рязанского воеводы Прокопия Ляпунова царём Шуйским, удержал в верности царю город Зарайск. Затем разбил польский отряд, посланный против Ляпунова и «воровских» казаков, которые попытались взять Зарайск. Был верен присяге, не шел на поклон иноземцам. Слава о героических делах князя во время Московского восстания весной 1611 года дошла и до Нижнего Новгорода. Нравились нижегородцам и такие черты князя, как честность, бескорыстность, справедливость в вынесении решений, решительность и взвешенность его поступков. Кроме того, он был поблизости, жил он в своей вотчине всего в 120 верстах от Нижнего. Дмитрий Михайлович лечился после тяжелых ранений полученных в боях с врагами. Особенно трудно заживала рана на ноге — хромота осталась на всю жизнь. В результате Пожарский получил прозвище Хромой.

    Для приглашения князя Дмитрия Пожарского на воеводство нижегородцы отправили в село Мугреево Суздальского уезда почетное посольство. Есть сведения, что до и после этого у него неоднократно бывал Минин, вместе они обговаривали вопросы организации Второго земского ополчения. Нижегородцы ездили к нему «многажды, чтобы мне ехати в Нижний для земского совета» — отмечал сам князь. Как тогда было принято, Пожарский долго отказывался от предложения нижегородцев. Князь прекрасно понимал, что, прежде чем решиться на такое почетное и ответственное дело, необходимо хорошо обдумать этот вопрос. Кроме того, Пожарский хотел с самого начала получить полномочия большого воеводы, быть главнокомандующим.

    В конце концов еще не совсем оправившийся от ранений Дмитрий Пожарский дал свое согласие. Но и он поставил условие, чтобы нижегородцы сами выбрали из числа посадских людей человека, который бы стал вместе с ним во главе ополчения и занимался «тылом». И предложил на эту должность Кузьму Минина. На том и порешили. Таким образом, в земском ополчении князь Пожарский взял на себя военную функцию, а «выборный человек всею землею» Кузьма Минин-Сухорук стал заведовать хозяйством войска, ополченской казной. Во главе второго земского ополчения встали два человека, избранные народом и облеченные его доверием,— Минин и Пожарский.

     

    Организация ополчения

    В конце октября 1611 года князь Пожарский с небольшой дружиной прибыл в Нижний Новгород и вместе с Мининым приступил к организации народного ополчения. Они развили энергичную деятельность по созданию войска, которое должно было освободить Москву от захватчиков и положить начало изгнанию интервентов с Русской земли. Минин и Пожарский понимали, что решить стоящую перед ними столь большую задачу они могут, лишь опираясь на «всенародное множество».

    Минин проявил при сборе средств большую твердость и решимость. От сборщиков налога на ополчение Минин требовал богатым поблажек не делать, а бедных несправедливо не утеснять. Несмотря на поголовное обложение нижегородцев, денег на обеспечение ополченцев всем необходимым все равно не хватало. Пришлось прибегнуть к принудительному займу и у жителей других городов. Обложению подлежали приказчики богатейших купцов Строгановых, купцы из Москвы, Ярославля и других городов, связанных торговыми делами с Нижним Новгородом. Создавая ополчение, его руководители начали показывать свою силу и власть далеко за пределами Нижегородского уезда. Были посланы грамоты в Ярославль, Вологду, Казань в другие города. В грамоте, разосланной от имени нижегородского ополчения к жителям других городов, говорилось: «Изо всех городов Московского государства дворяне и дети боярские под Москвою были, польских и литовских людей осадили крепкою осадою, но поток дворяне и дети боярские из-под Москвы разъехались для временной сладости, для грабежей и похищения. Но теперь мы, Нижнего Новгорода всякие люди, сославшись с Казанью и со всеми городами понизовыми и поволжскими, собравшись со многими ратными людьми, видя Московскому государству конечное разорение, прося у бога милости, идем все головами своими на помощь Московскому государству. Да к нам же приехали в Нижний из Арзамаса, смоляне, дорогобужане и ветчане... и мы, всякие люди Нижнего Новгорода, посоветовавшись между собою, приговорили: животы свои и домы с ними разделить, жалованье и подмогу дать и послати их на помощь Московскому государству».

    На призыв Нижнего Новгорода поволжские города откликнулись по-разному. Такие малые города, как Балахна и Гороховец, сразу же включились в дело. Казань отнеслась к этому призыву сначала довольно прохладно. Её «государевы люди» считали, что первенствовать должна «царственная Казань — главный город Понизовья». В результате ядром ополчения наряду с нижегородцами становятся служилые люди пограничных районов, прибывшие в окрестности Арзамаса после падения Смоленска,— смоляне, беляне, дорогобужане, вязьмичи, бренчане, рославцы и другие. Их собралось около 2 тыс. человек, и все они были опытными бойцами, не раз участвовавшими в боях. В дальнейшем в Нижний пришли дворяне из Рязани и Коломны, а также служилые люди, казаки и стрельцы из «украинных городов», которые сидели в Москве при царе Василии Шуйском.

    Узнав о формировании Второго ополчения в Нижнем Новгороде и не имея возможности противодействовать этому, обеспокоенные поляки обратились к патриарху Гермогену с требованием, чтобы он осудил «изменников». Патриарх отказался это сделать. Он проклял обратившихся к нему по поручению Гонсевского московских бояр как «окаянных изменников». В итоге его заморили голодом. 17 февраля 1612 года Гермоген умер.

    Руководителям второго ополчения необходимо было решить вопрос об остатке Первого ополчения. Руководители казацкой вольницы Заруцкий и Трубецкой ещё имели значительную силу. В результате с декабря 1611 года в России действовали два временных правительства: «Совет всея земли» подмосковных казаков, где руководил атаман Иван Заруцкий, и «Совет всея земли» в Нижнем Новгороде. Между этими двумя центрами силы шла борьба не только за влияние на местных воевод и за доходы, но и по вопросу о том, что делать дальше. Заруцкий и Трубецкой, при поддержке богатого и влиятельного Троице-Сергиева монастыря, предлагали как можно быстрее вести ополчение к Москве. Они опасались быстрого роста силы и влияния нижегородской рати. И планировали под Москвой занять главенствующее положение. Однако «Совет всея земли» Нижнего Новгорода считал нужным выждать, чтобы как следует подготовиться к походу. Это была линия Минина и Пожарского.

    Взаимоотношения между двумя центрами власти стали откровенно враждебными после того, как Трубецкой и Заруцкий начали переговоры с псковским самозванцем Сидоркой (Лжедмитрием III), которому в итоге и присягнули. Правда, им вскоре пришлось отказаться от своего «крестного целования», так как такой поступок не нашел поддержки у простых казаков и был резко осужден Мининым и Пожарским.

    Начало похода

    После упорной работы к началу февраля 1612 года нижегородское ополчение представляло собой уже внушительную силу и достигало 5 тыс. воинов. Несмотря на то, что работа по военному устройству Второго ополчения полностью ещё не была завершена, Пожарский и Минин поняли, что выжидать больше нельзя и решили начать поход. Первоначально был избран самый кратчайший путь — от Нижнего Новгорода через Гороховец, Суздаль на Москву.

    Момент для наступления был удобным. Находившийся в Москве польский гарнизон испытывал большие сложности, особенно острый недостаток в продовольствии. Голод заставил большую часть польского гарнизона уйти из разоренного города в окрестные уезды на поиски продовольствия. Из 12-тыс. вражеского войска в Кремле и Китай-городе остался примерно 4-тыс. гарнизон, ослабленный голодом. Самые отборные отряды польских головорезов под командованием гетмана Ходкевича расположились в селе Рогачево недалеко от города Дмитрова; отряд Сапеги находился в городе Ростове. От Сигизмунда III помощи осажденному гарнизону не было. А «семибоярщина» сколько-нибудь реальной военной силы собой не представляла. Таким образом, это было самое удобное время для освобождения Москвы.

    Воевода Дмитрий Пожарский составил план освободительного похода. Замысел был в том, чтобы воспользовавшись раздробленностью сил интервентов, разбить их по частям. Сначала планировалось отрезать от Москвы отряды Ходкевича и Сапеги, а затем разгромить осажденный польский гарнизон Гонсевского и освободить столицу. Пожарский надеялся на помощь казацких подмосковных «таборов» (остатков Первого ополчения).

    Однако атаман Заруцкий начал открытые враждебные действия. Он решил захватить ряд крупных городов Северо-Восточной Руси и тем самым не допустить туда нижегородцев и сохранить свою сферу влияния. Воспользовавшись отводом из Ростова Великого отряда Сапеги, Заруцкий в феврале приказывает своим казакам захватить Ярославль — важный в стратегическом отношении приволжский город. Туда же должен был направиться из Владимира казачий отряд атамана Просовецкого.

    Как только стало известно о действия Заруцкого, Минин и Пожарский вынуждены были изменить первоначальный план освободительного похода. Они решили двинуться вверх по Волге, занять Ярославль, минуя опустошенные районы, где действовали казачьи отряды подмосковных Заруцкого и Трубецкого, и объединить силы, которые поднялись против интервентов. Казаки Заруцкого первыми ворвались в Ярославль. Горожане попросили помощи у Пожарского. Князь направил отряды своих родственников князей Дмитрия Лопаты Пожарского и Романа Пожарского. Они быстрым рейдом заняли Ярославль и Суздаль, захватив казаков врасплох и не допустили туда отряды Просовецкого. Отряду Просовецкого, бывшему на подходе к Ярославлю, не оставалось ничего другого, как повернуть назад, к подмосковным лагерям. Боя он не принял.

    Получив от Лопаты-Пожарского известие о том, что Ярославль находится в руках нижегородцев, Минин и Пожарский в начале марта 1612 года отдают ополчению распоряжение выступить из Нижнего Новгорода в поход для освобождения столицы Русского государства. Ополченцы в начале апреля 1612 года вступили в Ярославль. Здесь ополчение простояло четыре месяца, до конца июля 1612 года.

    Александр Самсонов

    Категория: История | Добавил: Elena17 (13.09.2016)
    Просмотров: 320 | Теги: русское воинство, смутное время | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Наш опрос

    Нужно ли в России официально осудить преступления коммунистической власти и запретить её идеологию?
    Всего ответов: 365

    ГАЛЕРЕЯ

    ПРАВОСЛАВНО-ДЕРЖАВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ

    БИБЛИОТЕКА

    ГЕРОИ НАШИХ ДНЕЙ

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru