Русская Стратегия

      Цитата недели: "Отдавать судьбу интересов своего народа в чужие руки, подчинять его решению чужих держав правительство не имеет права. Это идея не государственная, а вотчинная, чуждая сознанию обязанности перед нацией и государством. Но такое правительство не может долго существовать, так как сомкнувшаяся в государство нация не допустит столь произвольного распоряжения своими судьбами." (Л.А. Тихомиров)

Категории раздела

История [1460]
Русская Мысль [235]
Духовность и Культура [266]
Архив [734]
Курсы военного самообразования [62]

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

ПРОГРАММА "РУССКИЕ БЕСЕДЫ" НА "РУССКОЙ СТРАТЕГИИ"

ПРОГРАММА "ТОЧКА ЗРЕНИЯ"

ИСТОРИЯ СТРАНЫ МОЕЙ

СВОД. НОВОРОССИЙСКИЕ СТРОФЫ

Статистика


Онлайн всего: 10
Гостей: 9
Пользователей: 1
Elena17

Друзья сайта

ПЕРВЫЙ ПОЛК РУССКОЙ АРМИИ
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • АРХИВ

    Главная » Статьи » История

    РУССКИЙ ОБЩЕ-ВОИНСКИЙ СОЮЗ (Краткий исторический очерк). Ч.4.

    Приобрести книгу в нашем магазине

     

    После исчезновения Миллера обязанности Начальника РОВС некоторое время выполнял генерал-лейтенант Фёдор Фёдорович Абрамов, возглавлявший Отдел РОВС в Болгарии. Но болгарское правительство не позволило генералу Абрамову занять пост главы Союза. 23 марта 1938 года Абрамов передал эту должность находившемуся в Бельгии генерал-лейтенанту Алексею Петровичу Архангельскому, на долю которого выпал, пожалуй, один из самых трудных периодов в истории РОВСа: едва успели стихнуть последние залпы гражданской войны в Испании, как в Европе уже готова была разразиться новая, куда более масштабная война...

    23 августа 1939 года нацистская Германия и Советский Союз заключили в Москве договор о ненападении и подписали секретный дополнительный протокол о разграничении сфер интересов в Европе – «в случае территориально-политического переустройства». Фактически это означало тайный раздел Европы между двумя тоталитарными режимами и закладывало предпосылки для развязывания новой мировой войны, в которой СССР и Германия выступали в качестве союзников.

    Советско-германский договор и тесное сотрудничество между большевиками и нацистами, развивавшееся в предвоенные годы, ещё более усугубили и без того сложное положение русских эмигрантов в Германии. Ещё в 1938 году под давлением гитлеровцев прекратил свою деятельность 2-й Отдел РОВСа (Германский). 22 октября 1938 года генерал Архангельский был вынужден выделить бывший 2-й Отдел в самостоятельную, независимую от РОВСа группу, с переименованием её в «Объединение Русских Воинских Союзов» (ОРВС).[1] А 6 мая 1939 года таким же образом прекратил своё существование в составе РОВСа и 6-й Отдел в бывшей Чехословакии, превращённой Гитлером в германский Протекторат Богемии и Моравии.[2]

    1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу, а 17 сентября удар по Польше нанесла Красная Армия. Гитлер и Сталин развязали Вторую мировую войну…

    Война географически разделила Белое Зарубежье, сделав практически невозможными общее руководство и координацию действий между разделёнными фронтом частями эмигрантских организаций. Работа РОВСа оказалась в значительной степени парализована.

    Подлинной трагедией для всех русских патриотов стало то обстоятельство, что ни одна из образовавшихся военных коалиций – ни германо-советская, ни англо-французская – не ставила в этой войне целей, совпадающих с интересам Русского народа. 28 сентября 1939 года на совещании начальников групп и председателей объединений, входивших в 5-й Отдел РОВСа (Бельгийский), генерал Архангельский подчеркнул, что ни одно государство не включило в цели войны восстановление национальной России, что обязывает РОВС к сохранению нейтралитета.[3]

    С началом Второй мировой войны многие русские белоэмигранты и русская молодёжь, выросшая в изгнании, были призваны в ряды армий тех стран, в которых они проживали – Польши, Франции и др. Так, например, по некоторым данным, в ходе мобилизации во Французскую армию было призвано порядка 3000 русских [4], значительная часть из которых состояла в Русском Обще-Воинском Союзе или в других русских организациях, идейно связанных с РОВСом. Среди них оказались как те, кто в 1920-е – 1930-е годы принял французское гражданство, так и те, кто продолжали считать себя подданными Российской Империи и отказывались от какого-либо иностранного гражданства (т.н. апатриды – эмигранты с Нансеновскими паспортами). «Это было несчастье для русских, вынужденных проливать свою кровь за чуждые нам интересы, – последствии отметит генерал-лейтенант А.П. Архангельский, – но избежать это несчастья мы не могли и должны были его нести, сохраняя честь и славу русского имени».[5]

    В большинстве своём члены РОВСа являлись боевыми офицерами и имели опыт Великой и Гражданской войн, однако французы, не считаясь с офицерскими чинами Русской Армии, записывали их в свою армию рядовыми.

    Для того чтобы поддержать соратников, отправленных на фронт в составе французских частей, был образован: «Комитет помощи русским мобилизованным при РОВСе во Франции». Комитет занимался сбором пожертвований в пользу мобилизованных и отправкой в армию посылок с продуктами и тёплыми вещами – помощь эта, как скоро выяснилось, была совсем не лишней. Активно помогала РОВСу в сборе пожертвований для этих целей и редакция журнала «Часовой». За время своей деятельности Комитет успел отправить во Французскую Армию несколько сот посылок.[6]

    Впоследствии, в начале 1950-х годов, Содружество Русских Комбатантов Французской армии в войну 1939–1945 гг. издало скорбный список русских офицеров и солдат, которые погибли, сражаясь за Францию против гитлеровской Германии. В списке было приведено более трёхсот фамилий лиц, павших смертью храбрых на европейском театре войны. По другим данным в рядах Французской армии погибло 450 русских эмигрантов.[7] Среди них были и посмертно награждённые французскими орденами.

     

    * * *

     

    В конце ноября 1939 года Советский Союз, устроив провокацию на советско-финляндской границе, развязал военные действия против Финляндии. По замыслу большевиков, эта страна, при помощи созданного в СССР марионеточного «народного правительства» Куусинена, должна была быть превращена в новую «социалистическую республику». А в быстрой и лёгкой победе над заведомо слабейшей армией северного соседа Сталин не сомневался.

    Советская агрессия против маленькой соседней страны, вызвавшая возмущение всего мира, была воспринята русской Белой эмиграцией с особым чувством: ведь Княжество Финляндское более ста лет, с 1809-го по 1918-й годы, являлось частью Российской Империи. К тому же во главе финской армии стоял бывший офицер Русской Императорской Гвардии, русский генерал-лейтенант, а позднее регент и фельдмаршал Финляндии Карл Маннергейм, который пользовался симпатией и авторитетом в кругах русских Белых эмигрантов.

    Начальник РОВСа генерал-лейтенант А.П. Архангельский считал, что успех Финляндии в её борьбе против коммунистических агрессоров никак не угрожает национальным интересам России, в то же время эта война при определённых условиях может стать тем толчком, который повлечёт за собой падение большевицкой диктатуры.

    В те дни, когда Красная Армия пыталась взламывать «Линию Маннергейма» на Карельском перешейке, редактор журнала «Часовой» капитан В.В. Орехов писал: «Наш долг – долг русской эмиграции – принять посильное участие в борьбе с большевизмом, всегда, везде и при всяких обстоятельствах. Не надо преувеличивать свои силы: никаких армий и никаких корпусов мы выставить не можем, единственно, что можно сделать – это создать значительный русских отряд под нашим флагом, который привлечёт к себе русских людей, ненавидящих советскую власть. Но мы можем помочь финнам нашей пропагандой, нашей верой в будущую справедливую Россию и борьбой всеми силами с Коминтерном. И если Финляндия захочет нашей помощи, мы должны будем вложиться в эту борьбу, памятуя, что каждая пуля против красной армии нам выгодна, каждый удар по большевикам идёт на пользу России и каждая неудача Сталина – радость русского народа».[8]

    Вскоре после нападения Красной Армии на Финляндию официальный представитель РОВСа в Англии, капитан 1-го ранга Г.Е. Чаплин (в прошлом – один из организаторов Белой борьбы на Севере России) начал хлопотать об организации в Лондоне русского центра по борьбе с большевизмом. Проект создания русских добровольческих отрядов одно время серьёзно обсуждался в Лондоне и Париже, но осуществить его не удалось.[9]

    В декабре 1939 года генерал А.П. Архангельский обратился к фельдмаршалу Маннергейму с предложением об участии русских Белых добровольцев в борьбе против Красной Армии на финляндском фронте. Фельдмаршал ответил, что в настоящем периоде войны он не видит возможности воспользоваться сделанным ему предложением, хотя и не исключает этого в будущем.[10] Но ещё до получения ответа от Маннергейма стало известно, что финское правительство, опасаясь политических осложнений, вообще запретило принимать русских добровольцев.

    Положение изменилось лишь в середине февраля 1940 года, с появлением в Финляндии значительного числа пленных красноармейцев. Тогда финское правительство, по предложению Б.Г. Баженова[11] (предварительно получившего соответствующие инструкции от Начальника РОВСа), решилось использовать добровольцев из числа пленных красноармейцев для партизанских действий в тылу Красной Армии и для антибольшевицкой пропаганды. С этой целью предполагалось организовать разъяснительную работу среди обманутых коммунистами бойцов и командиров РККА, привлечь их к борьбе за свержение коммунистической диктатуры и сформировать из них несколько небольших Русских Народных Отрядов под командой офицеров и унтер-офицеров РОВСа. В случае успеха отряды должны были быть развёрнуты в строевые части Русской Народной Армии.

    С согласия фельдмаршала Маннергейма этот план был принят. И первый же опыт дал огромный успех: из приблизительно 500 красноармейцев, размещённых в одном из лагерей для военнопленных, около 200 человек выразили желание вступить в Русские Народные Отряды. При этом, как отмечал в своём докладе Начальник РОВСа, военнопленных не только не принуждали к такому решению, но, напротив, предупреждали их об опасности, напоминая, в частности, что оставленные в СССР семьи добровольцев могут пострадать от рук НКВД. Показательно, что когда вступавших в Русские Народные Отряды спрашивали, с какими командирами они желают идти на фронт, с лицами из командного состава РККА или с Белыми офицерами, бывшие красноармейцы единодушно выражали желание, чтобы ими командовали Белые.[12]

    Всего было сформировано пять Русских Народных Отрядов, под командой офицеров РОВСа, проживавших в Финляндии и отобранных для этой цели начальником Подотдела РОВСа в Финляндии капитаном Шульгиным. Эти члены РОВСа были зачислены в Финскую армию с офицерскими чинами. До конца скоротечной советско-финляндской войны 1939–1940 гг. успели отправить на фронт только один отряд, численностью в 35–40 добровольцев. В деле эти добровольцы показали себя блестяще, приведя с фронта красноармейцев-перебежчиков в числе, значительно превышающем состав отряда – все перебежчики также выразили желание вступить в Русский Национальный Отряд.[13]

    11 марта 1940 года между СССР и Финляндией был заключён мирный договор – советская пропаганда затрубила о своей «победе». Но для всего мира было очевидно, что в «Зимней войне», как и в Испании, Сталин потерпел позорное поражение, ибо главной цели – оккупации и советизации Финляндии – большевики достигнуть не смогли.

    «Финский опыт» РОВСа показал, что многие люди в СССР, включая и значительную часть бойцов и командиров Красной Армии, несмотря на продолжавшуюся более двух десятилетий обработку коммунистической и интернационалистической пропагандой, не утратили своей русскости, отчётливо осознавали преступную сущность коммунистического режима и были готовы бороться против него с оружием в руках.

     

    * * *

     

    «Странная война» на Западном фронте неожиданно для французов и их союзников закончилась блицкригом: 10 мая 1940 года германская армия предприняла решительное наступление вглубь Франции, в обход знаменитой «линии Мажино», и в считанные дни оккупировав Бельгию, Голландию, Люксембург, прижав англо-французские войска к берегу Ла Манша, поставила Францию перед лицом поражения.

    В результате этих событий многие чины и руководители Русского Обще-Воинского Союза, включая генерала Архангельского, проживавшего в Брюсселе, оказались на оккупированной немцами территории, где победители сразу же принялись устанавливать свои порядки. В захваченных странах немцы организовали «Комитеты по делам русских эмигрантов», а затем «Управления по делам русской эмиграции» (УДРЭ), сильно стеснившие деятельность РОВСа, а то и сделавших её практически невозможной.

    Под давлением германских властей был вынужден уйти с должности начальника 1-го Отдела РОВСа (Французского) генерал-лейтенант В.К. Витковский. Был закрыт «Часовой» – неофициальный печатный орган РОВСа, так как, по мнению нацистов, идейная позиция журнала не соответствовала провозглашённому фюрером «новому порядку».[14] Сам генерал Архангельский фактически оказался в изоляции. В этих условиях он направил свою деятельность на борьбу за освобождение из плена русских людей, попавших в немецкие лагеря военнопленных, и здесь энергия генерала Архангельского часто вознаграждалась успехом.

    В апреле 1941 года Германия и её союзники напали на Югославию. Предвидя, что с развитием военных действия затруднения по координации действий будут только возрастать, генерал Архангельский 10 апреля 1941 года предоставил начальникам Отделов широкие права и большую самостоятельность.

    Начальник 4-го Отдела РОВСа (Югославского) генерал-лейтенант И.Г. Барбович и чины этого Отдела единодушно выразили готовность встать на защиту приютившей их братской славянской страны. Русские белоэмигранты, даже те, кто не был военнообязанным Югославянской армии, добровольно приходили на мобилизационные пункты. А командир Гвардейского казачьего дивизиона полковник А.И. Рогожин, как только немцы вторглись в Югославию, немедленно отправился к командующему военным округом генералу Джукичу и предоставил в его распоряжение свой дивизион – полностью укомплектованную и сохранявшую боеспособность часть РОВСа. Русские воины стойко сражались в рядах Югославянской армии, но «Апрельская война» продолжалась всего 12 дней: Югославия была быстро разбита и оккупирована. Деятельность РОВСа в этой стране была запрещена гитлеровцами.

     

    И.Б. Иванов


    [1] Приказ Русскому Обще-Воинскому Союзу № 36 от 22 окт. 1938 г.

    [2] Часовой. 1939. № 238–239. С. 37.

    [3] Часовой. 1939. № 244. С. 5.

    [4] Шкаренков Л.К. Агония белой эмиграции. М., 1986. С. 207.

    [5] Письмо ген.-л. А.П.Архангельского ген.-л. А.И. Деникину от 21.07.1946 // Новый часовой. 2006. № 17-18. С. 212–213.

    [6] Часовой. 1940. № 252. С. 4.

    [7] Назаров М.В. Миссия русской эмиграции. Т.1. М., 1994. С. 227.

    [8] Часовой. 1940. № 247. С. 2–3.

    [9] Часовой. 1950. № 295. С. 3–4.

    [10] Архангельский А.П. Финский опыт РОВСа // Вестник РОВС. 2004. № 8–9. С. 26.

    [11] Баженов Борис Георгиевич (1900-1982), помощник И.В. Сталина по делам Политбюро, советский перебежчик. Работал в аппарате ЦК ВКП (б), но глубоко разочаровавшись в коммунистических реалиях, в 1928 г. совершил побег из СССР и стал идейным борцом против коммунизма. Автор мемуаров «Воспоминания бывшего секретаря Сталина».

    [12] Архангельский А.П. Финский опыт РОВСа // Вестник РОВС. 2004. № 8–9. С. 28.

    [13] Там же.

    [14] Часовой. 1947. № 263. С.1.

    Категория: История | Добавил: Elena17 (30.03.2017)
    Просмотров: 68 | Теги: игорь иванов, РОВС, россия без большевизма, белое движение | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 548

    БИБЛИОТЕКА

    ГЕРОИ НАШИХ ДНЕЙ

    ГАЛЕРЕЯ

    ПРАВОСЛАВНО-ДЕРЖАВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru