В публикациях о предках Н.В. Гоголя иногда можно встретить утверждения, что в роду у писателя каких только не было корней: и татарские, и еврейские, и польские… Берутся эти легенды из любительских занятий генеалогией без какого-либо документального обоснования. Но порой подобные мифы появляются, увы, и в работах профессиональных исследователей.

В случае с «татарскими корнями» Гоголя история как раз такая. Литературовед из Полтавы Р.А. Смирнова, общавшаяся в XX в. с внучатой племянницей Н.В. Гоголя — Софьей Данилевской, записала с ее слов, что «род бабушки Гоголя со стороны матери… происходил из татар».

Речь идет о малороссийском дворянском роде Шостак, внесенном в родословные книги Черниговской и Таврической губерний Российской империи. Некоторые его представители оставили след в истории: в XIX столетии они входили в военно-политическую элиту Российской империи. Но в литературоведении эта довольно близкая родня Гоголя с высокими чинами и видным положением в государственной иерархии доныне оставалась неизвестна — по той лишь причине, что она не играла никакой роли в жизни семейства Гоголь-Яновских и самого писателя. Попросту говоря, матушка Николая Васильевича по каким-то причинам «скрыла» эту родственную ветвь и от сына, и от будущих гоголеведов.

В своих автобиографических записках Мария Ивановна Гоголь-Яновская сообщила о роде Шостак, из которого происходила ее собственная мать, лишь краткие и неопределенные сведения: «Это многочисленное семейство было очень щасливо, очень доброе, и все имели большие способности. Сыновья… пошли служить, и по службе были очень щасливы и по женитьбе богаты все». Один из них «брал на откуп города и имел по миллиону» и однажды разослал в подарок всем своим сестрам и братьям большие деньги.

Сложно себе представить, что Мария Ивановна не знала подробностей «счастливой службы» своих родных дядьев. При той огромной роли, которую играли кланово-родственные связи в дворянской среде XVIII—XIX вв., такое неведение о ближайшей родне было попросту невозможным. Похоже, между семейством Гоголь-Яновских и представителями рода Шостак не было не только общения, хотя бы в переписке, но даже родственной приязни.

Кстати говоря, это сокрытие фактов семейной истории матерью Гоголя было на руку литературоведам советского периода. Тогда было принято подчеркивать невысокий социальный статус Гоголь-Яновских, намеренно принижая происхождение классика (у которого в роду не только гетманы и полковники казачьего Войска Запорожского, но и более близкие предки с чинами секунд-майора, премьер-майора, надворного советника). Особенно в социальном принижении Гоголя преуспел поэт, писатель и критик Андрей Белый, чуть ли не глумливо писавший о том, что Николай Васильевич «притянулся» «к писарям и дьячкам в силу уз крови», о его «тяге к мещанскому сословию» и «снюханности с бытом писцов и поповичей» и т. п.

Родственная связь с Шостаками образовалась благодаря женитьбе деда Н.В. Гоголя по материнской линии — поручика в отставке Ивана Матвеевича Косяровского на дочери премьер-майора Ильи Афанасьевича Шостака, происходившего из казачьего рода.

В документах о присвоении Шостакам прав дворянства имеется еще одна родословная легенда: что произошли они якобы «из древнего польского рода, выехавшего в Россию» в XVIII в. Это всего лишь дань моде, существовавшей в Малороссии в эпоху Екатерины II, когда бывшая казачья старшина Войска Запорожского занималась сочинением собственных родословных и для доказательства «шляхетства» рода часто выводила своих предков из польского панства.

Реальная, а не вымышленная история малороссийского рода Шостак, по документальным источникам выглядит так: c XVII в. они жили в городке Чернухи, сотенном центре Лубенского полка Войска Запорожского (ныне это поселок в Полтавской области), были простыми казаками. Прапрадед Гоголя Афанасий Шостак служил в первой половине XVIII в. городовым атаманом Чернух и на этой должности приобрел немало недвижимости в самом городке и округе. Прадед Илья Шостак был сотником, дослужился до казачьего чина полкового обозного (первый старшина в полку после полковника), в отставку вышел в 1780-х гг., после упразднения Екатериной II Войска Запорожского, в чине премьер-майора. Мать Н.В. Гоголя назвала его в своих записках «малороссийским помещиком» с небольшим имением и дюжиной отпрысков.

А вот что скрывается за фразой Марии Ивановны о счастливой службе ее дядьёв. На 1795 г. они имели чины: Василий Ильич Шостак — секунд-майор, надворный советник; Павел Ильич Шостак — секунд-майор; Андрей Ильич Шостак — полковник. Все трое служили в административных учреждениях Новороссии. Два других брата: Антон Ильич Шостак — строительный подрядчик в Одессе начала XIX в.; Григорий Ильич Шостак — главный подрядчик госпиталей Молдавской армии во время Русско-турецкой войны 1806—1812 гг.

Из них наиболее блестящую карьеру сделал Андрей Ильич Шостак. В литературе есть его биография, опубликован послужной список. Вот только нигде не говорится, что он старший брат бабки Гоголя. Начав службу с 15 лет в Севском пехотном полку, А.И. Шостак вышел в отставку в 1816 г. с должности вице-губернатора Таврической губернии в чине действительного статского советника. «За усердную службу, труды и деятельное исполнение должностей» ему были жалованы ордена Св. Владимира 4-й степени и Св. Анны 2-й степени. В 1809 г. он «удостоен монаршего благоволения» и пожалован бриллиантовым перстнем, чуть позднее награжден бриллиантовым знаком ордена Св. Анны. Через несколько дней после отставки А.И. Шостак скончался. Его внучатому племяннику Николеньке Гоголь-Яновскому в тот год было 7 лет.

Женой Андрея Ильича Шостака была Елизавета Яковлевна, в девичестве Рудзевич. Ее отец и брат хорошо известны в российской историографии. Род Рудзевичей татарско-литовского происхождения: Якуб-ага (Яков Измайлович) Рудзевич был заметным политическим деятелем на службе крымских ханов в 1760-х гг. Во время Русско-турецкой войны 1768—1774 гг. он перешел на сторону России, немало способствовал вхождению Крыма в состав Российской империи, был сотрудником светлейшего князя Г.А. Потемкина. После смерти Якова Измайловича в 1784 г. его вдова с детьми по приглашению Екатерины II жила в Петербурге, сыновья и дочери были крещены в православие, их восприемниками стали сама императрица, ее невестка и внуки, великие князья Александр и Константин. Александр Яковлевич Рудзевич, брат жены А.И. Шостака, — участник почти всех военных кампаний, которые вела Россия в 1800-х — 1820-х гг. с Турцией и с Наполеоном. В 1826 г. он получил чин генерала от инфантерии. Императоры Александр I и Николай I благоволили ему за геройство и военные дарования. В биографическом словаре начала XX в. о нем сказано: «Рудзевич, одаренный от природы недюжинным умом и получивший хорошее образование, всего себя посвятил военному делу. На войне он являлся начальником самым распорядительным и не знавшим опасности; везде он проявлял хладнокровие, сметливость, верный взгляд на дело; в молодости он был исполнителем важных поручений, в годы мужества совершил ряд подвигов. Все это дает ему право занять видное место среди знаменитейших генералов своего времени».

Татарское происхождение жены Андрея Ильича Шостака, двоюродного деда Гоголя, и внесло в родословие классика мотив «татарских корней».

Очевидно, среди потомков сестер Николая Васильевича сохранялась память о татарской крови их родственников Шостаков, потомков Андрея Ильича. Странным образом эта татарская кровь затем «перешла» в родословие Гоголя.

У семьи А.И. Шостака были в Крыму имения с крепостными «душами», вероятно, большей частью — приданое его жены. В разных уездах Таврической губернии — Феодосийском, Евпаторийском, Симферопольском и Перекопском — они владели татарскими деревушками и несколькими тысячами десятин земли.

После смерти мужа Елизавета Яковлевна Шостак осталась с 10 детьми. Она ходатайствовала перед сановными лицами в Петербурге об определении старших сыновей в пажи при императорском дворе и в Пажеский корпус для обучения. Главным ходатаем выступил ее брат генерал Александр Яковлевич Рудзевич.

Эти эпизоды биографий двоюродных дядьев Н.В. Гоголя обнаружены автором статьи в архивных документах. Из них следует, что Александр I и Николай I доброжелательно-покровительственно относились к детям таврического вице-губернатора А.И. Шостака и племянникам героя Отечественной войны 1812 года генерала А.Я. Рудзевича. В мае 1817 г. «пажи Александр и Константин Шостаки помещены в Корпус в число пансионеров на счет Кабинета Его Величества». А в 1826 г. Николай I повелел также трех младших сыновей вдовы «определить к Высочайшему двору пажами и внести в список кандидатов для помещения в Пажеский корпус».

Из пяти братьев Шостак — кузенов матери Н.В. Гоголя — трое затем прошли через гвардию: Александр и Григорий — в Преображенском полку, Андрей — в Семеновском. Яков начинал службу в Кирасирском полку.

Старший, Александр Андреевич Шостак, с середины 1830-х гг. исполнял должность полицмейстера Одессы, в следующем десятилетии служил чиновником по особым поручениям при новороссийско-бессарабском генерал-губернаторе. В 1847 г. в чине полковника он был назначен наказным атаманом Дунайского казачьего войска. В годы Крымской войны (1853—1856) уже в чине генерал-майора стал военным комендантом Одессы, а затем возглавил созданный Одесский военный округ, дослужился до чина генерал-лейтенанта. Умер он в 1871 г. Некролог в «Одесских вестях» сообщал: «Покойный пользовался почетной известностью по своим заслугам как человек, посвятивший более 30 лет служению Новороссийскому краю».

Генерал-лейтенантский чин имел и его брат Андрей Андреевич Шостак. С 1846 г. он был полицмейстером Тифлиса (ныне Тбилиси), затем в годы Крымской войны командовал последовательно Дагестанским и Белостокским пехотными полками на кавказском фронте. Позднее был начальником дивизий. Полковник Яков Андреевич Шостак также служил полицмейстером в Крыму — феодосийским и бахчисарайским.

Когда молодой Николай Васильевич Гоголь впервые в 1828 г. прибыл с амбициозными намерениями в Петербург, двое кузенов его матери, Яков и Андрей Шостаки, обучались в Пажеском корпусе: получали превосходное образование, чтобы затем войти в военно-государственную элиту Российской империи. Третий, Григорий, заканчивал столичную Школу гвардейских прапорщиков. Старший из братьев Александр Шостак в эти годы принимал участие в Русско-турецкой войне 1828—1829 гг. Однако в переписке Гоголя с матерью они нигде и никогда не упоминались.

Если Николай Васильевич и знал о существовании своих двоюродных дядюшек, то не предпринимал никаких попыток свести с ними личное знакомство.

В апреле 1848 г. Гоголь впервые посетил Одессу, пробыв тогда в Южной Пальмире три недели. О пребывании литературной знаменитости в городе сообщала одесская пресса. В честь Гоголя был дан званый обед «в сообществе многих почитателей знаменитого русского таланта», как писал «Одесский вестник». Пересеклись ли тогда пути двоюродных дяди и племянника, Гоголя и Александра Андреевича Шостака, наказного атамана Дунайского казачьего войска? Об этом ничего не известно, и по молчанию источников на сей счет можно сделать вывод, что нет, не пересеклись. Меж тем полковник Шостак по делам службы должен был нередко бывать в Одессе. На Дунайское войско были возложены функции в том числе охраны полицейского порядка в Одессе, Аккермане и Херсоне. Административно Войско находилось в ведении новороссийско-бессарабского генерал-губернатора, чья резиденция была в Одессе.

Повторно Гоголь побывал в Одессе через два с половиной года, провел там зиму 1850/51 г. Для знакомства с высокопоставленным дядюшкой у Николая Васильевича было достаточно времени — полгода. Но встречи вновь не случилось. А ведь матушка могла бы ему в письме подсказать свести знакомство с родственником-генералом. В юности Николай Васильевич и сам мечтал принести пользу России на государственной службе — но судьба распорядилась иначе.

Так почему же мать писателя, Мария Ивановна Гоголь-Яновская, не лишенная, как хорошо известно, тщеславия, в своих фантазиях нередко приписывавшая близким людям (собственному отцу, сыну Николаю) несуществующие заслуги и достижения, полностью игнорировала облеченную властью и чинами близкую родню? Возможно, она не хотела обнародовать сведения о родственниках, добившихся высокого положения на государственной службе, и тем самым в какой-то степени затмить славу Николая Васильевича? Вероятно, она понимала, что в глазах немалой части общества чины и ордена ценятся гораздо выше литературного таланта…

                   Андрей Андреевич Шостак, двоюродный дядя Н.В. Гоголя. Акварель художника Яцевича