Web Analytics
С нами тот, кто сердцем Русский! И с нами будет победа!

Категории раздела

- Новости [9334]
- Аналитика [9100]
- Разное [4388]

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

Календарь

«  Ноябрь 2026  »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30

Статистика


Онлайн всего: 23
Гостей: 22
Пользователей: 1
Elena17

Информация провайдера

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Главная » 2026 » Ноябрь » 20 » Кредо священного берега Отечества. К 80-летию со дня рождения и 10-летию кончины писателя
    21:35
    Кредо священного берега Отечества. К 80-летию со дня рождения и 10-летию кончины писателя

    «Россия призвана быть страною, всегда готовою к отпору всякому на нас посягательству, то есть страною прежде всего военною… грозными нам надо быть в войне, в отпоре натисков на нашу ширь, на нашу кормилицу-землю, позволяющую быстро размножаться, а при временных перерывах войн, ничуть не отлагая, улучшать внутренние порядки, чтобы в каждой новой защите являться с новою бодростью и с новым сильным приростом военных защитников и мирных тружеников, несущих свои избытки в общее дело. Разрозненных нас сразу уничтожат, наша сила в единстве, воинстве, благодушной семейственности, умножающей прирост народа, да в естественном росте нашего богатства и миролюбия».

    Это мысли великого ученого и былинного витязя иммунной стражи России Дмитрия Менделеева, одного из семнадцати детей в семье сибиряка из святого града Тобольска, сказанные им в связи с началом войны с Японией.

    Прошло сто лет, а призывы Менделеева к единству стократно теперь актуальней.

    Поведаем читателю о самой наиконкретнейшей географии нашего отечества, связанной с береговой линией России - границей, которую омывают 14 морей бассейна трех океанов – Атлантического, Тихого и Северного Ледовитого.



    Святорусский север



    В VIII веке, а может и ранее, реки, эти «Божьи дороги», как говорили в старину, привели руссов-словен к Белому морю. Край поразил их суровой красотой и тишиной. Теперь ни ураганы, ни льды, стужа и полярная ночь не могли остановить молодой народ. Это нынче, когда душа у людей дряхлеет, они ищут южные пляжи, расслабляющие удовольствия, деньги и чужие страны. А тогда Новая Земля, Грумант (Шпицберген), Карское море, устья Оби, Енисея манили руссов, как магнит. Поморы взялись век за веком осваивать побережья Северного океана, которое станет фасадом их Отечества – святорусского царства, пороги которого и поныне лижут студеные волны океана.

    Россия в лице новгородских мореходов стала первой в мире арктической державой, достигнув до X века устья Двины, берегов Белого моря. Между 1110–1130 годами новгородцы заложили в устье Двины монастырь архистратига Михаила, который станет началом города Архангельска. Это самая заря XII века. До освящения Архангельского монастыря русская колонизация севера имела уже многовековую традицию, уходящую корнями в языческую эпоху. Когда новгородцы основали Колу на Мурмане (ныне Мурманск), на всем Кольском полуострове не было в X веке ни одного шведа или норвежца – только редкие юрты лопарей и саами под переливами северного сияния. Что до англичан и голландцев, то их корабли появились здесь только в XVI веке – несчастная экспедиция Х. Вилоби (1553 г.) и Баренца, скончавшегося за три года до наступления XVII столетия.

    Под 1364 годом новгородские летописи сообщают, что отряд воевод Александра Абакумовича и Степана Ляпы, «воевавшее по обе реке до моря, а другая половина рати на верх Оби воеваша». Более чем за два века до Ермака русские дружины достигали мест, где ныне расположены города Тобольск и Новосибирск. Новгородцы в честь добычливого похода в Западную Сибирь воздвигли в родном городе церковь.

    Итак, не позже XIII века до нашествия монгольской орды огромный простор Великого Северного морского пути, начиная от крайней западной части Кольского полуострова и до устья Оби включительно был уже хорошо известен и освоен русскими мореходами. Тогда же совершались первые плавания поморов к Шпицбергену и Новой Земле.

    На скалах и у проливов Новой Земли новгородцы возводили громадные православные кресты. Одни кресты венчали могилы поморов, другие выполняли роль навигационных знаков. Тогда говорили – от Холмогор до Колы тридцать три Николы. Купола храмов и кресты на скалах от Колы и Новой Земли до устья Оби зримо включали суровые берега Арктики в состав Святой Руси.

    Отважный мореход Иван Новгородец из боярско-купеческой семьи Амосовых написал книгу «Си книги оуставец акиана моря руського и воде и ветром. Хожение Иваново Олельковича сына ноугородца». Ключевые слова для нас в этом названии «Моря руського», так великий мореход по древней устоявшейся традиции называет нынешнее Баренцево море.

    Иван Новгородцев много плавал по торговым делам от Новой Земли, Печоры, Югорского Шара до Готланда на Балтике, повторяя путь своего деда и прадеда Амоса Коровинича. Они неизменно ставили кресты на мымсах, заворотах и скалах. Кресты на скалах и могилы будут век за веком окаймлять берега Святой Руси от Колы на Восток в устьях великих сибирских рек, на Камчатке, Курилах, Сахалине, вплоть до Владивостока и острова Русский. В первой четверти XVIII века в Голландии отпечатана карта по заказу Петра Великого со следующим наименованием: «Размерная карта, начинающаяся от уского проходу между Русского и Белого моря и проч. Повелением царского пресветлого величества грыдоровал на меди Андриян Шхонбек».

    И здесь для нас ключевыми являются слова «между Русского и Белого моря». Как вы догадываетесь, «Русского моря» — это нынешнего Баренцева моря. Почему мы заостряем на этом ваше внимание? Да потому, что пройдет еще десяток лет и произойдет нечто вроде международного мошенничества или даже бандитизма. Среди бела дня у России выкрадут целое море. Нагло и бесцеремонно. Шаг за шагом станут издавать карты, где Русское море будет заменено на Баренцево, а обнаглев окончательно, станут утверждать, что Шпицберген тоже открыл Вили Баренц. И все это при полном молчании российского общества. Такое молчание святые отцы в смуту называли «безумным молчанием».

    Весь русский север от Колы (Мурманск) до Анадыря, Охотска и острова Русский в православных крестах, отмечающих могилы землепроходцев, а кресты на скалах указывают путь мореходам.



    Морские подвиги



    Со времен Петра I начинается эпоха героических подвигов русских морских офицеров по всему периметру морских границ России. В историческом плане моряки сменили беспримерную по мужеству вахту казаков. Последние не сошли со сцены, но деятельно сотрудничали с флотом.

    В 1713 году Федор Степанович Салтыков представил царю свою знаменитую «Пропозицию»: «Об изыскании свободного пути морского от Двины реки до Амурского устья и до Китай». Петр не был бы Великим Петром и Святым Преобразователем, если бы нуждался в смелых «пропозициях». О пути от Двины до Амурского устья и до Китая он думал еще в XVII веке во время Азовских походов, одновременно разведывая пути на Индию.

    Еще в 1648 году казак Семен Дежнев на кочах прошел проливом, отделяющим Чукотку от Аляски. В Москве он был награжден собольей шубой и званием наказного атамана. В 1636 году казак Москвитин вышел с казаками к Охотскому морю. Русские посещают Камчатку в 1696 году в период Второго Азовского похода царя Петра I. На следующий год казак Владимир Атласов начал поход по всей Камчатке и завершил его в 1699 году у мыса Лопатка. Казаки Данила Анциферов и Иван Козыревский посещают в 1713 году Курилы, и через год с бесшабашным отрядом казаков-мореходов Козыревский осваивает первые три острова Курильской гряды (1713). Это тот самый год, когда Федор Салтыков представил царю свою «пропозицию».

    Прошло столетие со дня победы Ермака, как в 1683 году 11-летний царь-отрок основал Потешные полки, которые вскоре прославятся в боях за Азов, как невиданная по отваге и безудержности гвардия. Сто лет от Ермака и до Петра I казаки формировали отряды в «святом граде Тобольске» столице Сибири и по рекам, несмотря на любые лишения рвались к океану и к «устью Амура и до Китай», чтобы сделать Сибирь составной частью святорусского царства, «яко изучении соколы».

    Казаки и отряд Ермака и себя воспринимали орудием Бога в борьбе с неверными и смыслом своей жизни считали, чтобы «солнце евангельское землю сибиръскую осия» до устья Амура и залива Петра Великого, Босфора Восточного и острова Русского, где их вахту примут русские военные моряки. Не за пушниной и зипунами рвались казаки к океану, вопреки клевете марксистов, а чтобы всю Сибирскую землю сделать такой же святой, как и «святый град Тоболеск». Так называлась икона, посвященная столице Сибири.

    С той же целью – освоить Тихоокеанский берег отечества – Петр I снаряжает Первую Камчатскую экспедицию под началом Витуса Беринга, который честно служил Петру со времен Азовских походов. В помощники царь назначил Берингу потомственного дворянина, выпускника Навигацкой школы Алексея Чирикова. Царь присутствовал на экзамене и распорядился присвоить Чирикову сразу звание унтер-лейтенанта – второй офицерский чин тогдашнего флота. Беринг до назначения на Камчатку командовал самым крупным линейным кораблем Императорского флота, 90-пушечным кораблем «Лесное». Царь отправлял в опасное путешествие на край Сибири цвет русского флота.

    Первая Камчатская продлилась пять лет до 1730 года.

    Вернувшись в Петербург, Беринг представил Адмиралтейству проект новой экспедиции с учетом идеи Петра, Салтыкова и Федора Саймонова о сквозном плавании через льды на Восток. План Беринга (и, несомненно, Чирикова) назывался: «О мерах к устройству Охотского края и Камчатки, о проведывании пути к Америке и Японии для учреждения с оными странами торговли и о проведывании северного берега Российской империи между Обью и Леной».

    Проект Беринга нельзя не назвать смелым и даже грандиозным. Но дух Петра Преобразователя уже стал реалистичным и главным фактором русской жизни и государства. Он пробудил в россиянах дремавшие в них былинные силы. То, что утвердила Адмиралтейств-коллегия через два года, иначе как чудом назвать нельзя – это то, что источниковедческие кабинетные мыши назовут то «Второй Камчатской», то просто «Северной экспедицией», на самом деле речь идет о самой грандиозной в истории «Великой Сибирской экспедиции». Ни одно государственное предприятие не может сравниться с этим проектом до сего дня. Ей по размаху и смелости уступают даже наш урановый проект и прорыв в космос, который рано или поздно, но наступил бы.

    О Великой экспедиции можно написать не одну книгу и снять десяток фильмов. Но мы здесь принципиально упомянем один отряд, формировавшийся в столице Сибири Тобольске и возглавленный лейтенантом Дмитрием Леонтьевичем Овцыным. Он кончил Морскую Академию в Петербурге в 1726 году, на следующий год после смерти императора Петра Великого. Одним из учителей и наставников Овцына был Алексей Чириков.

    Зиму 1733/34 гг. весь состав Великой Северной экспедиции провел в Тобольске, готовясь к трудному пути. Лейтенант Дмитрий Овцын назначен начальником отряда, коему поручалось произвести съемку побережья между устьями Оби и Енисея. Отряду придана дубель-шлюпка «Тобол», построенная в Тобольске.

    Здесь «святый градъ Тоболескъ» выполнил архетип почти всех древнейших русских городов. Все русские города возникали, как правило, на мысах при слиянии рек и имели с языческих времен в своем генотипе три особенности, а именно: острог (как защита), храм (духовность) и плотбище, т. е верфь, как возможность движения. Реки тогда именовали «Божьими дрогами».

    Мы выбрали Тобольский отряд, потому что Тобольск со дня основания в 1587 году выполнял не только роль стольного града Сибири, но и резиденции митрополитов, и был, и остается душой Сибири. Не случайно сегодня именно в Тобольске создан первый в истории Зауралья общесибирский историко-художественный литературно-публицистический альманах «Тобольск и вся Сибирь». Название, кстати, предложил член редакционного совета писатель Валентин Распутин. Возглавляет редакционный совет президент Российской академии наук Ю. С. Осипов – родом тоболянин.

    В трудный и смутный 1994 год, когда, казалось, утратились ориентиры духовные, решением Святейшего Синода Русской православной церкви Тобольск наряду с Москвой и Санкт-Петербургом провозглашен одним из трех духовных центров России.

    В конце XVII века в царствование Петра I и в период Азовских походов и освоения Камчатки и Курил в юго-западной оконечности Софийского двора возведена круглая Павлинская башня с шатровым деревянным верхом, единственная сохранившаяся до сего дня. На плане Тобольска 1714 года виден венчающий башню павлин – древнейший символ бессмертия и воскресения – райская птица, неизменно украшавшая стены катакомб первых христиан.

    Школьники Тобольска должны иметь в своих музеях если макеты не всех кораблей Великой Северной, то макеты дубель-шлюпки «Тобол» и бота «Обь-Почтальон» должны украшать вестибюли их родных школ.

    Экспедиция к Японии, опись Курильских островов и берегов Охотского моря были поручены выходцу из Дании капитану Мартыну Петровичу Шпанбергу. Он уже участвовал в первой экспедиции Беринга на Камчатку. В Охотске для отряда Шпанберга построили два судна, одномачтовый «Архангел Михаил» и дубль-шлюпка «Надежда» - трехмачтовое судно с гафельными парусами. Шпанбергу выделили еще отремонтированный бот «Святой Гавриил» и шитик «Фортуна».



    Первый академик на Камчатке



    Освоение Курил, их принадлежность из-за безволия, малодушия и апатии властей к своим священным границам стала вновь политически сверхактуальна - Курилы русские казаки начали осваивать во время Азовских походов молодого Петра I, когда Япония наглухо отгородилась от мира и не осваивала даже нынешний свой северный остров Хоккайдо.

    Экспедиция Шпанберга длилась с 1738 по 1742 годы. Бот «Фортуна» под командой штурмана Родичева послали в Большерецк. Ветхий бот был уже в Большерецком устье, когда его волной выбросило на берег, и он был разбит в щепки. Тогда-то, 13 октября 1737 года будущий автор «Описания земли Камчатки», первый русский академик и выпускник Навигацкой школы Степан Крашенинников вышел ошалелый на берег «в одной рубахе».

    Вполне, в этой связи, можно 13 октября 1737 года считать началом Сибирского Отделения Академии наук, а так как тогда в ходу была латынь, то это день рождения «Academia Sibirica».

    Бригантиной «Архангел Михаил» командовал сам Шпанберг. Дубель-шлюпку «Надежда» он поручил лейтенанту Вилиму Вальтону (выходец из Англии). Ботом «Св. Гавриил» поручено командовать выходцу из Голландии лейтенанту Алексею Шельтингу.

    15 июля 1738 года Шпанберг из Большерецка стал спускаться к югу вдоль Курильских островов, нанося их на карту. Описав остров Уруп, он обогнул его и 17 августа вернулся в Большерецк на Камчатку. Шпанберг нанес на карту 31 остров. Алексей Шельтинг потерял в пути Шпанберга и вернулся в Большерецк на Камчатку. Тем временем лейтенант Вальтон на дубель-шлюпке «Надежда» отделился от Шпанберга, прошел всю Курильскую гряду до восточного берега острова Хоккайдо и нанес на карту 26 островов. Вальтон вернулся в Большерецк 27 августа 1738 года.

    За время зимовки в Большерецке построили из камчатской березы 18-весельный шлюп «Большерецк» и отдали его под команду квартирмейстера Василия Эрта.

    21 мая 1739 года все четыре судна вышли из Большерецка. 14 июля на подходе к Японии своенравный Вальтон вновь отлучился от Шпанберга, который был вне себя от ярости. Шпанберг и Шельтанг достигли южных островов Итуруп и Шикотан, где налились водой.

    Шпанбергом и Вальтоном (за 1738-1739 гг.) была составлена карта Курильских островов. Справедливости ради следует отметить, что на карте Львова (1726 г.), составленной по местным известиям и на основе работ Евреинова и Лужина (1721 г.) Курильские острова показаны вернее. Так или иначе, но честь составления первой в мире карты Курильских островов принадлежит русским военным морякам, которых сотворил Петр Великий на радость Святой Руси.



    «Подвиги русских морских офицеров на крайнем востоке России»



    21 августа 1848 года Кронштадт, эту великую крепость и колыбель всех русских кругосветок, покинул скромный военный транспорт «Байкал». На капитанском мостике 33-летний капитан-лейтенант Геннадий Иванович Невельской, костромской дворянин и потомственный моряк. За его плечами уже шестнадцать лет плаваний с тех пор, как он 17-летним мичманом закончил Морской кадетский корпус, которым руководил сам адмирал Иван Крузенштерн, первый русский «кругосветник». Духом великих открытий и походов был настоен воздух Морского корпуса. Россией правил твердой рукой император-рыцарь Николай I. За свое царствование он 93 раза посетил Морской корпус. С 1917 года, к примеру, почти за сто лет ни один до сего дня глава государства не посетил Морской корпус, ставший Военно-морским училищем при коммунистах, а ныне институтом имени Петра Великого.

    Невельской давно задумал придти на Камчатку на месяц раньше срока и оставшееся время навигации посвятить изучению устья Амура и Сахалина с тем, чтобы навсегда эти земли закрепить за Россией. Ему было предписано после Петропавловска привести «Байкал» в Охотск. Но капитан-лейтенант Невельской ослушался высочайшей воли и повел «Байкал» к устью Амура.

    До исследований Невельского географы во всем мире были убеждены, что дельта Амура, разбившись на рукава, теряется в прибрежных песках и отмелях, а Сахалин соединяется с материком и является полуостровом. Так думали все, кроме Невельского. Даже учитель его Крузенштерн в 1804–1805 годах дважды пытался проникнуть в Татарский пролив, но с севера, а не с юга, как его предшественник французский мореплаватель Лаперуз. После героических попыток экипажа «Байкала» великое открытие свершилось – Сахалин остров, а устье Амура судоходно и имеет два выхода – на север в Охотское море и на юг в Татарский пролив с глубинами в пять метров. При этом на берегах Амура ни одного китайского поселения, никого кроме редких гиляцких стойбищ.

    Геннадий Иванович Невельской вернулся на Амур и начал с того, что вновь нарушил инструкцию властей. Поступить иначе он не мог. Во-первых, присоединение Амура давно стало смыслом его жизни. Как великий политик и моряк он понимал, кто владеет Амуром, тот владеет Сибирью, а кто владеет Сибирью, владеет вместе с тихоокеанским берегом и миром. К тому же Невельской должен был спешить. Местные гиляки сообщали, что все чаще видят в районе Амурского лимана иностранные корабли.

    И Геннадий Невельской основывает в Амурском лимане первый русский пост и поднимает национальный флаг.

    Невельской стал деятельно осваивать оба берега устья Амура. Первый пост в заливе Счастья он назвал «Петровским». В 1850 году он основал Николаевский пост в честь императора Николая I. Пройдет всего шесть лет и этот пост станет городом Николаевом-на-Амуре.

    На правом берегу Амура Невельской обнаружил у селения Тырс русские надписи, высеченные в скалах. На одном выбито было «1644 год» — это время появления в устье отряда отважных сибирских казаков атамана Пояркова. Другая надпись на скале «1669 год» со славянской буквой «Ъ» принадлежала неизвестной станице казаков. Сибирские казаки были первыми европейцами, достигшими устьев Амура. Вскоре другие сибирские казаки – Уссурийские – установят свою столицу во Владивостоке. Амур-батюшка исконно русская река. Амурские казаки устроят столицу в Благовещенске, городе, основанном и освященном апостолом Сибири святым Иннокентием (Вениаминовым).



    Пришли казаки на Амур



    Впервые казаки пришли на Амур в 1644 году и тогда же достигли устья великой реки. Вел казаков атаман Поярков. Через семь лет в 1651 году здесь с отрядом отважных сибирских казаков появился Ерофей Хабаров и основал острог Албазин. И Поярков, и Хабаров явились на Амур из Тобольска – православного сердца Сибири духовно включили Амур с тихоокеанским побережьем в материальные и духовные границы Сибири и святорусского царства.

    До них к тихоокеанскому берегу в 1636 году вышел в районе Охотска отряд казака Москвитина. В его отряде был старый воин, в молодые годы воевавший в отряде Ермака.

    Моряки во главе с Невельским основали в устье Амура в 1850 году Николаевский пост. Через четыре года в 1854 году на Амуре возник военный казачий пост Хабаровка (Хабаровск). События развивались теперь стремительно. Через четыре года (1858) учреждено Амурское казачье войско из казаков-переселенцев из Забайкальского войска. Казаки явились вновь на Амур через двести лет, осененные подвигами неустрашимых казаков Албазина и иконой Албазинской Божией Матери.

    Албазинское сидение казаков сродни Азовскому сидению их братьев. В 1685 году маньчжурские войска цинской династии разрушили Албазин. В тот же год казаки его восстановили. Пекин послал в 1686 году к Албазину крупный отряд из шести тысяч пехоты и полторы тысячи кавалерии и 40 орудий. Семи с половиной тысячам войск богдыхана противостояли 800 казаков с восьмью пушками и тремя пищалями. Казаков возглавлял воевода Толбузин и атаман А. Бейтон, обрусевший православный немец. Казаки дрались с невероятным упорством и воодушевлением, хотя несли серьезные потери, они заставили войска богдыхана отступить. Казаки верили, что с ними вместе сражаются все русские святые, а ограждает их чудотворный образ Албазинской Божией Матери. Военно-религиозное сословие доблестных казаков уже тогда отстояли России Амур.

    Потому, когда в 1860 году появился высочайший указ об учреждении Амурского казачьего войска, казаки уже более четверти тысячелетия служили России, одухотворяя Сибирь от Урала до Тихого океана и включая ее органично в святорусское царство.

    В подтверждение этого апостол Сибири и Аляски архиепископ Иннокентий (Вениаминов) основал на Амуре город Благовещенск, назвав его в честь храма в Иркутске, где он начинал службу священником. Благовещенск стал столицей амурских казаков, которые должны были охранять границу с Китаем по правому берегу Амура и левому берегу Уссури вплоть до морского побережья. Они же должны были обеспечивать судоходство по амуру и Уссури. Для этих целей в 1897 году учреждена Амуро-Уссурийская казачья флотилия. Капитанов пароходов набирали из знающих дело казачьих офицеров. В 1889 году возникло Уссурийское казачье войско, пополненное казаками Донского, Терского и Оренбургского казачьих войск.

    В 1858 году святитель Иннокентий с графом Н. Н. Муравьевым-Амурским отправились отслужить благодарственный молебен в церкви первого русского поселения в устье Амура, основанного моряками адмирала Невельского за восемь лет до этого, в Николаевск-на-Амуре.

    Святитель Иннокентий при Петре I стал первым обер-иеромонахом Русского флота. Приход священника Ивана Вениаминова, будущего апостола Сибири и Аляски, был расположен на шестидесяти островах вечно бушующего моря. Гряда Алеутов растянута от Камчатки до Аляски. Так свт. Иннокентий Вениаминов стал самым великим моряком в истории русской церкви.

    Иван Вениаминов был пострижен в монахи в 1840 году самим митрополитом Филаретом (Дроздовым), «природным патриархом Руси». 15 декабря того же 1840 года о. Иннокентий хиротонисан в Казанском соборе Петербурга во епископа. Император Николай I сказал обер-прокурору Синода:

    - Новому архиерею следовало бы именоваться не епископом Северо-Американским и Камчатским, а Камчатским, Курильским и Алеутским.

    На смущенное возражение обер-прокурора, что на Курильских островах нет ни одной церкви:

    - Поставить! – твердо и строго сказал Государь. Именно это повеление Государя следует выполнять неизменно нынешнему поколению и поставить вначале четыре церкви на четырех островах южных Курил и освятить их в присутствии патриарха. Там же на всех мысах возвести православные кресты, видимые из Японии.



    Идет ХХ век



    Крупнейшее в XX веке и последнее на планете географическое открытие тоже связано с нашим отечеством, на пути «от устья Двины до устья Амура и до Китай». Гидрографическая экспедиция на ледовых судах «Таймыр» и «Вайгач» под руководством капитан-лейтенанта Бориса Андреевича Вилькицкого в 1913 году в год 300-летия царствующего дома Романовых открыла в Ледовитом океане севернее мыса Челюскин обширный архипелаг, названный Вилькицким Землей Императора Николая II. Один из островов получил имя Цесаревича Алексея, другой – Колчака, учителя Бориса Вилькицкого. В 1920 году Вилькицкий вместе с семьей покинул страну. Большевики в 1918 году выпустили карту Ледовитого океана, на которой Земля Императора Николая II вообще отсутствовала. Позже она появилась на картах, но уже под названием Северной земли, каковой до сих пор фигурирует.

    Кроме Земли Императора Николая II большевики город Романов–на–Мурмане переименовали в Мурманск, Императорскую Гавань - в Советскую. Памятник адмиралу Невельскому снесли, объясняя тем, что «кипит наш разум возмущенный». Но, похоже, котелки все еще кипят на плечах «праворульных» приморцев, которые называют себя на радость врагам «дальневосточниками». «Дальний Восток» провокаторы начали внедрять в слабые головушки еще со времен русско-японской войны, когда они радовались поражению русских войск и ликовали от Цусимы.

    Тогда в Порт-Артур из Киева была послана икона Божией Матери, которая адресовалась «Воинам Дальней России». Помните, как называл свои воспоминания адмирал Невельской? «Подвиги русских морских офицеров на крайнем востоке России». Русофобы во время японской войны злобно лгали в газетах, что царское правительство намерено силой создать «Желтороссию» из Маньчжурии, как бы по аналогии с Малороссией и Белороссией. Чтобы территорию Приморья отсечь от Сибири и от святорусского царства, стали называть землю уссурийских казаков и базу Сибирской флотилии Владивосток – не просто Востоком, а еще и Дальним, что оставляло как бы без материнской опеки жителей Сибирского Приморья. Последним под Андреевским флагом после гражданской войны в 1922 году контр-адмирал Старк, командующий Сибирской военной флотилии, увел из Владивостока остатки Сибирской флотилии и Сибирский гвардейский экипаж.

    Повторим, Спаситель предупреждал: «Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет, и дом, разделившийся сам в себе, падет» (Лк. XI:17).



    Заветы будущему



    Солнечным майским утром 1891 года на Владивостокском рейде залива Петра Великого бросил якорь крейсер «Память Азова», совершающий кругосветное плавание. Ликующие жители от мала до велика высыпали на набережную. На берег сошел Его Императорское Высочество Наследник Цесаревич Николай Александрович. Во Владивостоке он заложит камень в основание вокзала будущего Великого сибирского рельсового пути. Ему будет суждено самому и проложить Транссиб.

    В том же мае Наследник Цесаревич и Августейший атаман всех казачьих войск России Николай Александрович сел на окраине Владивостока в коляску, увитую ландышами, и она в сопровождении сотни уссурийских казаков покатила под пологом третичных лесов Сибирского Приморья в сторону родного дома. Впереди уже нетерпением ждут Августейшего атамана станицы Амурского казачьего войска. Став императором, Николай II создаст из Владивостока базу Сибирской флотилии, одну из сильнейших морских крепостей в мире. Ядром этой твердыни станет остров Русский. Когда по пути домой Наследник Цесаревич посетит станицы амурских казаков, его путь к станичным храмам казачки будут устилать головными платками.

    В России около семисот чтимых икон Божией Матери. Но изображения святой Руси в ее исторических границах до 1917 года настоятельно требует время и новые поколения. Пусть границы России удела Богоматери сегодня не политические, но религиозные. На свете нет ничего более реалистичного, чем мистическая правда и святые границы. Если сибиряки могли молиться перед иконой «Святый градъ Тоболескъ», то тем более угодна будет Богу молитва перед иконой Святой Руси в ее истинных границах. Священные рубежи святорусского вечного и неистребимого царства должны быть окаймлены православными крестами от Колы, то есть Романова-на-Мурмане, вдоль всего берега Отечества и до острова Русский на крайнем востоке Сибири.

    Девять православных крестов в устьях рек от Двины и Печоры по всему берегу Ледовитого океана и до Амура в память подвигов и жертв девяти экспедиций Великой Северной. Отдельно крест в Пустозерске в память святого атамана иммунной стражи апостола Аввакума Петрова, сожженного в срубе.

    К 1917 году у России было 11 казачьих войск. Когда быть казаком стало смертельно опасно, дерзновенно возникли в 1918 году еще три войска – Алтайское, Енисейское и Иркутское. В память жертвенного подвига казаков и их атаманов четырнадцать крестов должны на карте-иконе святой Руси окаймлять южную границу Руси от Владивостока и Амура до устья Днепра и Дуная в память православных подвигов в Измаиле, Очакове, Севастополе русского воинства и казаков во главе со святыми воеводами Суворовым, Потемкиным, Ушаковым. Отдельный крест – в Ливадии, другой – в Тобольске и третий – в Екатеринбурге. Наибольшее число крестов – на Балтике и на фортах, островах и скалах Морской крепости Петра Великого.

    Окаймленные крестами бессмертное святорусское царство, запечатленное в сердце, делает каждого гражданина, каждого матроса, солдата необоримее, рождая силы чудо-богатыря.

    Вот икона-стяг, эмблема святой, а значит подлинной географии России – всенародного достояния.



    Подготовила вдова писателя Нина Шамильевна Булатова


    РНЛ

    Категория: - Аналитика | Просмотров: 14 | Добавил: Elena17 | Теги: Свеча памяти, Мыслители, даты
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Подписаться на нашу группу ВК

    Помощь сайту

    Карта ВТБ: 4893 4704 9797 7733

    Карта СБЕРа: 4279 3806 5064 3689

    Яндекс-деньги: 41001639043436

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 2114

    БИБЛИОТЕКА

    СОВРЕМЕННИКИ

    ГАЛЕРЕЯ

    Rambler's Top100 Top.Mail.Ru