Web Analytics


Русская Стратегия

"Нам необходима зоркость к человеческой фальши; восприимчивость к чужой неискренности: слух для лжи; чутье зла; совестная впечатлительность. Без этого мы будем обмануты как глупые птицы, переловлены, как кролики, и передавлены, как мухи на стекле." И.А. Ильин

Категории раздела

- Новости [3732]
- Аналитика [2844]
- Разное [845]

ПОДДЕРЖАТЬ НАШУ РАБОТУ

Карта Сбербанка: 5336 6902 5471 5487

Яндекс-деньги: 41001639043436

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

Календарь

«  Май 2019  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

Статистика


Онлайн всего: 9
Гостей: 8
Пользователей: 1
mvnazarov48

Друзья сайта

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Главная » 2019 » Май » 30 » Директор Музея ГУЛАГа об оправдании сталинизма: "Вопрос чести, совести и IQ"
    23:33
    Директор Музея ГУЛАГа об оправдании сталинизма: "Вопрос чести, совести и IQ"

    Безусловное осуждение сталинских преступлений могло бы стать точкой нового общественного договора в России, но почему до сих пор не стало?

    Об этом корреспондент ИА "Взгляд-инфо" спросил одного из экспертов фильма Дудя, директора Государственного Музея истории ГУЛАГа, руководителя Фонда памяти жертв политических репрессий, члена СПЧ Романа Романова.

     - Почему люди в России по-прежнему оправдывают репрессии? Ведь часть общества задается вопросом, пусть и спорным: почему в Германии оправдывать нацизм недопустимо, а у нас сталинизм - допустимо?

    - В Германии совсем другая история. Германия была агрессором, напала на другие страны, была побеждена. И Нюрнбергский процесс проводился над проигравшей страной.

    Для нас история с репрессиями гораздо сложнее. У нас не было юридической оценки репрессий. Мы 70 лет находились в этой системе, и система скрывала эти преступления, и принудительный труд интерпретировался как воспитание, перековка. И по большому счету сегодня мы по-прежнему находимся в той пропагандистской системе. Мы из нее окончательно не вышли.

    Сегодня многие по-прежнему ничего не знают о репрессиях, зато имеют положительный опыт проживания в Советском Союзе, многие люди получили и квартиры, и образование, и медицинское обеспечение, и, конечно, для них Советский Союз это благо. А то, что происходит сегодня – люди сталкиваются с несправедливостью, с ситуациями, из которых они не могут найти выход, и они обращаются к этому советскому позитивному образу, и Сталин - часть той же мифологии. И когда люди говорят: "Вот был бы Сталин", они имеют в виду не репрессии, а порядок.

    Оправдание репрессий - это давняя история.  Некоторые люди занимаются этим профессионально и идеологически, кто-то играет в это и получает политические выгоды.

    В Германии был водораздел, а в России его не было, поэтому у нас другой путь. Мы являемся и судьями, и обвиняемыми, и защитниками самих себя, потому что мы это делали сами с собой.

    И все эти высказывания депутатов, которые могут быть поддержаны народом или, наоборот, вызывать праведный гнев, это в каком-то смысле естественная стадия пути к осмыслению и называнию преступления – преступлением.

    - И что нам, простым людям, нужно для этого делать?

    - В стране должна быть выстроена музейно-мемориальная инфраструктура – структура памяти. Да, есть Государственный музей ГУЛАГа в Москве, есть небольшие экспозиции в регионах, но в то же время в местах, где захоронены десятки тысяч наших сограждан, могут быть свалки, игровые площадки, спортивные тренажеры, гаражи – что угодно. Я говорю не приукрашивая.

    И то обсуждение, которое есть сейчас в Саратове, это поверхностная информационная часть. А если оглянуться на землю – остатки лагерей исчезают, и это – исчезающие доказательства и подтверждение массового истребления людей. Места массового захоронения не выявлены или могут быть в удручающем состоянии.

    В любом краеведческом музее, если вы туда придете, вряд ли обнаружите экспозицию, посвященную репрессиям, зато можете встретить выставку, посвященную выдающемуся деятелю конкретного региона. И там будет рассказываться, как много он сделал для региона, города, страны, и если его жизнь обрывается в 1937 году, то нигде не будет написано, что с ним произошло.

    - А если вернуться к политике. Ведь не случайно отдельные представители политического класса берут на себя роль активных сталинских защитников. Они знают – им за это ничего не будет, даже социального осуждения. Может, стоит обществу поставить этому заслон? Чтобы было понятно, что человек совершил нечто неприличное, недопустимое и общество это не принимает и отвергает…

    - А так ли это? Не принимает ли общество? Мне кажется, что это такой болевой вопрос, ключевой и показательный.

    Подобные высказывания - это же вопрос их совести, чести, понимания и вообще IQ. Или душевных качеств. Потому что оправдание репрессий – это еще и вопрос, подчеркну, душевных качеств.

    Но это еще и вопрос демократии, ведь есть люди, которые за вашего Чернышевского голосовали, которые его поддерживали. Если бы у нас был правовой механизм: репрессии и все, кто принимал в них участие, были осуждены, и это было прописано в законе – тогда можно было, как вариант, потребовать сдать мандат.

     - А моральная оценка? Разве она потеряла силу?

    - А моральную оценку может высказать любой гражданин. Я в силу своей деятельности вижу подобные высказывания не только среди депутатов, но и среди самых разных людей – разного уровня и кабинетов. Люди, которые раньше осуждали репрессии и делали все для того, чтобы их обличить, сейчас для них это становится нормой. Может быть, это конъюнктура, может, люди пытаются сориентироваться, а как сейчас выгодно говорить.

    Честно вам скажу - и Чернышевский, и Бондаренко, и другие подобные им депутаты меня возмущают меньше, чем свалка на местах массовых расстрелов и захоронений. И люди могут ходить вокруг этой свалки и говорить, что репрессии это недопустимо, а там под этой свалкой захоронены наши предки. И вот из этого отношения прорастают, в том числе, и вот эти депутаты.

    - 70 лет несвободы – это немало. Может, у нас стокгольмский синдром?

    - Нет, просто путь осмысления – он тяжелый, болезненный и очень долгий. И памятник жертвам политических репрессий, о котором говорили еще при Хрущеве, но так и не установили, его не установили и в девяностые, при Горбачеве. Он появился только два года назад.

    - Но если лояльно относиться к подобным высказываниям, где гарантии, что мы все осмыслим правильно, и что у нас опять не возникнет культа личности?

    - Гарантий никаких нет, только наша ответственность и наши поступки. Оправдание допустимо, пока нет правовой оценки.

    - А где эту правовую оценку приобрести?

    - До нее надо дорастать. Нужно больше активных людей, которые захотят этот камень перевернуть и отодвинуть. Ведь многие действительно про репрессии ничего не знают, огромное количество молодых людей.  И как бы многие не хотели, это не удастся в один момент сделать. В девяностые это не произошло, нам в школе про это никто ничего не говорил. Учителя тогда пытались выжить и понять, как им жить дальше, так что информация о репрессиях прошла мимо моего поколения. Это было гражданской ответственностью отдельных учителей. И сегодня все то же самое. Есть учителя, которые говорят точно так же, как ваш депутат. И это индикаторы того, где мы находимся. И перепрыгнуть эту стадию невозможно.

    У нас есть закон об увековечивании памяти жертв политрепрессий, есть закон об их реабилитации, там написаны красивые и правильные слова, но что с ними дальше делать – это вопрос нашей совести и нашего пылкого сердца.

    И мне кажется, что на самом деле преодоление происходит. Может быть, вот эти выкрики несколько сбивают фокус, но в целом у меня есть предчувствие, что мы на верном пути. Молодые люди, мне кажется, ваших депутатов совсем не слушают.

    - У Николая Бондаренко много лайков.

    - В интернете вообще много всего. Для меня это не показатель. Для меня показатель скорее фильм Юрия Дудя и реакция общества на него.

    Надо просто делать свое дело. У нашего Музея есть много программ, с которыми мы выезжаем в регионы. Можем приехать и в ваш регион, если будет приглашение от какой-либо институции.

    Наш приезд - это не только выставка, но и кинопоказы, и презентация книг, мастер-классы по работе в архивах и многое другое. И если мы приедем, обязательно пригласим господина Бондаренко и господина Чернышевского.

    Этот диалог и это общественное обсуждение очень полезны – они нас продвигают вперед. И люди, которые говорят что-то против, лишь делают нашу позицию сильнее.

    Материал подготовила Елена Балаян

    Источник

    Категория: - Аналитика | Просмотров: 143 | Добавил: Elena17 | Теги: россия без большевизма, преступления большевизма
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Подписаться на нашу группу ВК

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 1433

    БИБЛИОТЕКА

    СОВРЕМЕННИКИ

    ГАЛЕРЕЯ

    АВТОРЫ

    Архив записей

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru