Web Analytics


Русская Стратегия

"Только смелость и твердая воля творят большие дела. Только непреклонное решение дает успех и победу. Будем же и впредь, в грядущей борьбе, смело ставить себе высокие цели, стремиться к достижению их с железным упорством, предпочитая славную гибель позорному отказу от борьбы." М.Г. Дроздовский

Категории раздела

- Новости [4187]
- Аналитика [3150]
- Разное [1117]

ПОДДЕРЖАТЬ НАШУ РАБОТУ

Карта Сбербанка: 5336 6902 5471 5487

Яндекс-деньги: 41001639043436

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

Календарь

«  Ноябрь 2019  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

Статистика


Онлайн всего: 8
Гостей: 8
Пользователей: 0

Друзья сайта

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Главная » 2019 » Ноябрь » 11 » Борис Цитович – часовой забытой войны
    05:59
    Борис Цитович – часовой забытой войны

    Память Первой мировой в маленькой деревушке в Вилейском районе уже 43 года хранит белорусский художник Борис Цитович.

    Семья Бориса и Валентины Цитовичей давно стала достоянием Вилейщины, и я не погрешу против истины, если скажу, что, может быть, одним из самых значимых. 43 года назад минский художник вместе с женой-режиссером уехал жить в маленькую деревню.

    Сегодня Забродье знают не только в Беларуси — во многих странах мира. Здесь находится единственный в Беларуси музей Первой мировой войны. И создал его Борис Цитович. Он, конечно, оспорит: дескать, всегда везло на единомышленников и добрых людей. Но все-таки без него могилы в вилейских лесах молчали бы и дальше, пока окончательно не исчезли.

    Корреспондент Sputnik Светлана Лицкевич побывала в гостях у семьи художника и выяснила, по чем оно, отшельницкое счастье.

    Место, где свет

    Начиналось все романтично. Борис Цитович, еще совсем молодой, но уже иллюстрировавший произведения Ивана Мележа – за это издание коллектив получил Ленинскую премию, мечтал о мастерской. Но не в шумном Минске (с такими регалиями без проблем давали на Сурганова, в "башне художников"). Хотелось света и воздуха.

    Цитовичи не увязли в деревенской рутине, скорее, сделали все вокруг светлее
    © Sputnik / Виктор Толочко
    Цитовичи не увязли в деревенской рутине, скорее, сделали все вокруг светлее

    Сначала идею поддержали друзья, думали переехать в глубинку веселой творческой коммуной, но постепенно все нашли повод остаться в городе. Цитовичи уехали одни. Как говорит сам Борис Борисович, "знакомые с деревенской жизнью их жены отказались, и только моя Валентина – городская, сразу согласилась. Потому что деревни не знала". Так они оказались в Забродье, в Вилейском районе – всего-то 15 домов, спрятанных в аллее из старых кленов и лип.

    В 70-х годах прошлого века отъезд минчан в глубинку был событием невероятным. Все из деревни в город ехали. Цитовичи даже дом в деревне купили не сразу – не местные ведь. И только когда Валентина организовала детский театр в райцентре, им разрешили в деревне осесть.

    Отважно погрузившись сами не понимая во что, Цитовичи не увязли в деревенской рутине. Скорее сделали все вокруг светлее.

    Тайна лесных холмов

    Дело всей жизни началось просто. Когда собирали грибы возле Забродья, Цитовичи заметили: в лесу много непонятных холмиков, окруженных бруствером. Стали местных расспрашивать. Оказалось – это могилы солдат Первой мировой.

    "Тут вялiкi абоз быў, усе тут кармiлiся", — вспоминали старожилы. В имении Реутка, что когда-то стояло здесь, на берегу реки Нарочанка, был штаб 29 пехотной дивизии, в Забродье квартировали офицеры, а в лесу стоял дивизионный госпиталь. От него и осталось огромное кладбище.

    В лесах вокруг Забродья немало памятных знаков
    © Sputnik / Виктор Толочко
    В лесах вокруг Забродья немало памятных знаков

    Когда-то у могил были имена, стояли кресты. Старожилы вспоминали, что "за польскім часам" платили деньги за то, что находили одиночные захоронения, которых было очень много в лесу, и захоранивали в братские могилы. Но при советах за ними не ухаживали — Первая мировая считалась царской, "не нашей" войной. Забытой.

    "А потом мы поняли, что не сможем каждый день ездить через лес к своей деревне, зная, что тут заброшенные, исчезающие могилы. Не по-людски это", — объясняет Борис Борисович.

    Премия – первый венец часовни

    За 43 года поиска Цитовичам удалось вернуть немало имен. Не только в Вилейском краю, но и в других захоронениях Первой мировой в Беларуси.

    "У нас есть 350 новых имен, которые нужно увековечить. И нет таких слов, чтобы объяснить, что испытываешь, когда рядом с могилой без имени ставишь памятник с именами и фамилиями. Кстати – в основном это молодые пацаны, в армию призывали с 19 лет, самому старшему – 31 год", — рассказывает Борис Цитович.

    В часовне Бориса и Глеба, которая стоит на том месте, где располагался когда-то штаб дивизии, – единственный музей Первой мировой в Беларуси. Звон колокола отражается от темных вод Нарочанки как раз в том месте, где в Первую мировую была понтонная переправа.

    Первые венцы в деревянной часовне были приобретены на премию "За духовное возрождение", которую Борис Цитович получил в 2004 году. А достраивали ее всем миром.

    У этого мемориала сложно обозначить границы: братские могилы в лесу у Забродья, на опушке – часовня с колокольней, рядом – пять железнодорожных вагонов, стилизованных под Первую мировую, в которых будет продолжение музейной экспозиции – она давно уже не помещается в часовне. А в лесах вокруг немало одиноких памятных знаков, которые были установлены Борисом Борисовичем и единомышленниками.

    Первый венец для часовни Борис Борисович купил на премию За духовное возрождение
    © Sputnik / Виктор Толочко
    Первый венец для часовни Борис Борисович купил на премию "За духовное возрождение"

    Ясно одно: это по-настоящему народный, сделанный не по бумажному приказу, а по душевному велению мемориал.

    Как искали память

    К своей известности Цитовичи относятся с юмором. Они давно хотят передать свой музей государству и за три года, что этим занимаются, особых подвижек нет. Вроде их все поддерживают – и бывший минский губернатор Семен Шапиро руку жал, и бывший министр культуры Борис Светлов аж с двумя замами сюда приезжал, обещал помочь.

    "Многих из тех, кто мне обещания давал, уже сменили. А на мою "пасаду" очередь не стоит", — признается Цитович. Но потом вздыхает: не молод уже, что будет дальше с мемориалом, пока не ясно. Доходы – благотворительные пожертвования и экскурсии. Интерес у туристов есть, едут сюда охотно, особенно в мемориальные дни.

    "Недавно учредили благотворительный фонд памяти Первой мировой войны – наконец стали юрлицом, но все равно здесь тянет все Борисович", — говорит Валентина Петровна. А потом добавляет, что как приболела в этом году, так ему и вовсе все одному волочь пришлось – и стройку, и экскурсии.

    Пять вагонов в никуда

    Вот уже больше года Борис Цитович создает новый музей. Недалеко от часовни, на железнодорожной ветке, которая уходит в никуда, стоят пять железнодорожных вагонов – макетная реконструкция вагонов Первой мировой. Один из них по задумке художника будет штабным, другой — столыпинский, в таком возили сначала крестьян со скотом в Сибирь, а позже возили солдат Первой мировой, вместе с лошадьми. Следующие вагоны – лазарет, офицерское собрание и тир.

    Вагоны Первой мировой уходят в никуда
    © Sputnik / Виктор Толочко
    Вагоны Первой мировой уходят в никуда

    "Пока наш эшелон будто в лес уезжает. Надеюсь, позже появится еще бронированный вагон "Орлик" – тогда он вроде как из леса выезжать будет", — комментирует Цитович.

    В лазаретном вагоне сегодня впервые растопили походную буржуйку. Она весело занялась – даже не дымила. Раритет, которым в Первую мировую в армии грелись, был приобретен на пожертвования внука генерала Смирнова, который командовал здесь второй армией. Благотворителей у музея немало, и хотя пожертвования в основном небольшие, Цитович помнит имена всех.

    Рельсы пожертвовал Вторчермет, а вагоны вилейские предприятия и ДОСААФ. Весь прошлый год Цитович с местными жителями их перестраивал, а сейчас утепляет.

    В свое время одним из аргументов, почему семья выбрала Забродье, Цитович называет местных жителей. В небольшой деревушке они все были очень колоритные.

    "Здесь были прекрасные люди, традиционным укладом жили, настоящим крестьянским. Сейчас деревни нет – суррогат: где агрогородок, где дачные дома. И образ потерян, и традиции. И дети-внуки – они не городские и не сельские, хоть и через стеклопакет на свои многоэтажки смотрят, а все равно тоскуют по деревне, видят во сне дедову хату, но город уже все передернул", — говорит художник.

    Читать дальше: https://sputnik.by/live/20171026/1031581913/boris-citovich-chasovoj-zabytoj-vojny.html

    Категория: - Разное | Просмотров: 150 | Добавил: Elena17 | Теги: даты, Первая мировая война, просветители, созидатели, Современники
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Подписаться на нашу группу ВК

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 1549

    БИБЛИОТЕКА

    СОВРЕМЕННИКИ

    ГАЛЕРЕЯ

    АВТОРЫ

    Архив записей

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru