Web Analytics
С нами тот, кто сердцем Русский! И с нами будет победа!

Категории раздела

- Новости [5626]
- Аналитика [4893]
- Разное [1907]

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

Календарь

«  Июль 2021  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031

Статистика


Онлайн всего: 7
Гостей: 7
Пользователей: 0

Информация провайдера

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Главная » 2021 » Июль » 19 » Забайкальский священник, сам оставшись без жилья, продолжает спасать людей
    21:27
    Забайкальский священник, сам оставшись без жилья, продолжает спасать людей

    В Забайкалье сгорел дом известного священника Александра Тылькевича, воспитывающего 12 детей, 10 из которых - приемные. Отец Александр известен тем, что ежегодно организовывает гуманитарные экспедиции в труднодоступные районы Забайкалья, оказывая помощь людям, оказавшимся в беде. Теперь он сам нуждается в помощи.
     

    Пожар пожаром, а экспедиция по расписанию: старт намечен уже на этой неделе. Отец Александр встретил меня в аэропорту города Читы проездом из Иркутска, откуда он на прицепе привез речной вездеход - аэролодку, которую подарил для экспедиции местный предприниматель. Она путешественникам просто необходима, ведь до многих поселков северных районов Забайкальского края можно добраться только по руслам рек - зимой на вездеходе, а летом на лодке. Речной катер оставили в Чите, где будет дооборудован необходимыми опциями и готов к старту через три дня.

    - Многие покрутят у виска пальцем: у него пожар, а он об экспедиции думает, - говорит отец Александр. - Но отменить ее просто невозможно, иначе пропадет огромный труд тех людей, кто ее готовил. Большое количество нашего груза, среди которого продукты и медикаменты, просто будет просрочено. Кроме того, многие участники похода заранее запланировали себе отпуска. Но самое главное - нас очень ждут жители поселков, где нет самого элементарного - электричества и связи. Они считают себя брошенными. Туда никому не охота ездить и завозить продукты, ибо нерентабельно. Живут они очень плохо: в половодье их дома затапливает, а в засуху они горят, поэтому летом мы с собой обязательно захватываем противопожарное оборудование.

    Теперь вот сгорел дом и самого отца Александра, стоявшего на территории Петропавловского храма, где настоятельствует батюшка. Потолок рухнул, стены изнутри выгорели, от мебели - черные скелеты, стоит едкий запах гари. Отец Александр ходит из комнаты в комнату и рассказывает, что здесь было. А было много чего: под одной крышей жилого дома, где большой семьей проживал отец Александр располагались воскресная школа, библиотека, гуманитарный центр, в котором сортировали продукты и вещи для экспедиции, а также спортзал для детей прихожан храма. И хотя стены устояли, благодаря тому, что были обложены кирпичом, но дом восстановлению не подлежит, уцелевшую часть придется разбирать.

    - Самое удивительное, что в ту ночь, когда произошло возгорание, дома никого не было, хотя он всегда был полон народу, как банка огурцами, - рассказывает отец Александр. - Моя супруга, Светлана Юрьевна, уехала в Читу ухаживать за своей мамой. А я с детьми махнул на церковное подворье в поселке Мирсаново. Когда мне сообщили о пожаре и я приехал, здесь уже работала пожарная команда.

    Милиции на пожарище не было, работал дознаватель из пожарного надзора. Через несколько дней батюшка получил уведомление об отказе от уголовного дела, в котором, однако, не была указана причина возгорания. По словам отца Александра, о том, что причиной стало самовозгорание электропроводки, ему сообщили в пожарном надзоре: в основу заключения дознаватели лег найденные в стене дома провод, в котором было оплавлено соединение меди и алюминия. Однако с таким заключением он, как бывший офицер милиции, согласится не может. Во-первых, в ту же самую ночь здесь же неподалеку, на церковном мемориале, были повалены два креста. По мнению батюшки, высока вероятность того, что эти два криминальных эпизода, произошедших рядом и практически в одно время, связаны между собой. Во-вторых, говорит он, в доме перед уходом были отключены от сети все электроприборы кроме стиральной машинки. А неработающая машинка не могла так нагреть провод, сечение жилы которого 2,5 "квадрата", считает батюшка.
    Жители труднодоступных поселков севера Забайкалья всегда с нетерпением ждут приезда экспедиции. Фото: Из архива Протоиерея Александра Тылькевича

    Чтобы выяснить мнение обратной стороны, я позвонил начальнику шилкинского отдела надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МЧС по Забайкальскому краю Игорю Масюкову, но он был категоричен: "Я по телефону никаких комментариев не даю. Откуда я знаю, кто вы". На предложение встретиться и удостовериться, Игорь Александрович пообещал перезвонить ближе к вечеру, как только освободится, но так и не перезвонил. Справедливости ради надо отметить, что это был выходной.

    - Да, есть такие подозрения, что это поджог, но их к делу не пришьешь, - считает Людмила Мукина, старшая приемная дочь и правая рука батюшки по всем хозяйственным вопросам. - Как бы то ни было, очень много народа откликнулось на нашу беду. Особенно наши прихожане: когда был пожар, они самоотверженно бросались спасать наши вещи. Люди у нас небогатые, но помогают чем могут - от продуктов и до сбора детей в школу. И это самое ценное.

    Сама Людмила замужем, имеет двоих детей, пять лет прожила в Красноярске, но вместе с мужем вернулась в Шилку. "Не могу без папы, - признается, - даже не представляю как сложилась бы моя жизнь, если бы он не забрал меня тогда из детского дома".

    История многодетной семьи Тылькевичей началась в лихие 90-е. Александр после службы в армии пошел работать в линейном отделе милиции на транспорте поселка Новая Чара. Пошел в органы, чтобы опровергнуть лозунг "Все менты - козлы". Взяток принципиально не брал. А когда стал командиром подразделения, вся его команда так работала. После своей дежурной смены оставался на следующую, участвовал почти во всех задержаниях, был уверен в своей миссии сделать мир лучше. За бессребренничество и справедливость его уважали даже бандиты. До тех пор, пока не женился и не появился первый ребенок, практически жил на работе.

    - В 90-е мы снимали очень много беспризорников с поездов, - вспоминает отец Александр. - В то время социальных служб еще не было, поэтому мы безуспешно пытались пристроить детей по больницам. И они почему-то стали у нас дома собираться. Так в нашей семье стали появляться эти дети, хотя уже своих было двое. Потом поехали в Новосибирск, зашли в детский дом, и там понравились Танюшка и Кирилл. А затем Темка из читинского дома появился. Нам вывели троих маленьких детей, из которых надо было выбрать одного. Нам глянулся один симпатичный малыш, мы стали с ним разговаривать. А Темка тогда был некрасивый - свищ на шее и глаза косят. Он понял, что нам неинтересен, отошел за угол и вдруг оттуда запел: "Маленькой елочке холодно зимой". И - всё, я подошел к нему, он в меня вцепился, залез на шею, и я понял - мой.

    Сегодня большинство из 12-ти детей четы Тылькевичей уже выпорхнули из родного гнезда: кто-то учится в институтах страны, а кто-то уже работает. Дома остались только четверо в возрасте от 13 до 17 лет. Их Тылькевич взял в семью уже будучи священником. Как милиционер стал батюшкой?

    - Однажды я поехал в очередную командировку, а по дороге почувствовал сильнейшую головную боль и потерял сознание, - делится отец Александр. - Очнулся в больнице. Там мне сделали томографию и обнаружили в голове опухоль. В течение длительного времени каждый день приступ повторялся, и я терял сознание от боли. Кололи сильные обезболивающие, но они не помогали. Жене врачи честно сказали, чтобы заказывала гроб. А в то время мне кто-то подсунул в руки книжку "Последние дни жизни Господа нашего Иисуса Христа" архиепископа Иннокентия Херсонского, дореволюционное издание. И вот когда я ее прочитал, то я испытал такое сильнейшее эмоциональное потрясение, что даже забыл, что у меня должен быть в тот день приступ. И на следующий день не было приступа. И еще через день. А когда повторно сделали томографию, то ее опухоль не обнаружили…

    Выписавшись из больницы начальник штаба отдела транспортной милиции Каларского района, так тогда называлась его должность, решил построить в Новой Чаре храм. Вскоре состоялась его встреча и с епархиальным архиереем - владыкой Евстафием. "Не надоело тебе еще воевать? - спросил владыка. - Пора бы и Богу послужить". "Не вижу в себе ни одного достоинства, чтобы стать священником", - ответил милиционер. Владыка подошел поближе и, почти шепотом, произнес: "Скажу тебе по секрету - я в себе тоже не вижу".

    Так милиционер стал священнослужителем, но в глубине души остался тем же прямодушным воякой, рубящим правду-матку невзирая на лица. А кому это понравится? Однажды он пришел к владыке, чтобы заступиться за знакомого священника. На следующий же день его сослали в старинный край каторжан - в Шилку. Наш благочинный, зачитавший указ архиерея, предупредил о грядущих перспективах: "В Шилке пять попов уже сожрали, и тебя сожрут". Да вот 20 лет никак не сожрут, - смеется отец Александр.

    Но поначалу было туго. Начало 2000-х, городок небольшой, депрессивный, людям работать негде - железная дорога да приусадебное хозяйство, выбор небольшой. Пьянство, криминал, уныние, разгулье сект. Первые три года вообще зарплату не получал, выручало только то, что всей семьей питались при храме. Потом дела пошли получше, прибавилось прихожан, нашлись деньги на ремонт храма. Деятельность молодого активного батюшки принесла свои плоды.

    А вот из восьми сект в городе не осталось ни одной, и это тоже ставят в заслугу отцу Александру, хотя он с ними и не боролся. А что делал? Окормляет 22 храма в разных районах Забайкалья, большинство из которых построил собственными руками, в том числе 5 - в труднодоступных северных местах. Не дал закрыть мирсановскую СОШ, на базе которой создал казачью школу, где обучается 120 кадетов - в основном вчерашних трудных подростков из малоимущих семей. В этом году был четвертый выпуск. Как и в прежние годы 100 процентов выпускников пошли в армию и военные училища. Создал приют для бездомных собак - несколько десятков псов и щенков пристраиваются в добрые руки. Построил Детскую деревню - пока это два дома, в которых проживают семьи с приемными детьми, со своим парком, площадкой для игр и храмом-часовней.

    Наша беседа с отцом Александром опять вернулась к теме возможного поджога: "У вас есть недоброжелатели, батюшка?"

    - Наверняка есть, приходится иногда выслушивать такое: "Тебе что, больше всех надо? Ты самый умный? Чего спокойно не живется?" Людям часто дискомфортно, когда кто-то пытается разворошить их болото. Сектанты? Вряд ли. После пожара одними из первых позвонили мне со словами поддержки руководители пятидесятнической и католической общин Читы. Криминалитет? Тоже вряд ли. Несколько лет назад на наш дом было совершено разбойное нападение, когда я был в командировке - разбили стекло и украли электронику. Представители местной ОПГ после этого пришли ко мне и заверили, что грабители были не местные, а гастролеры. Чиновники? Смотря какие. Было дело, когда я, как председатель Забайкальского общества помощи детям, возбудил судебный процесс против регионального Минсоцзащиты. В то время, а это было 10 лет назад, в Забайкалье выплачивали за каждого приемного ребенка 1400 рублей в месяц. Объяснялось это тем, что регион депрессивный, и не в состоянии выплачивать больше. Процесс мы выиграли - в регионе тогда стали платить приемным родителям по 4,5 тысяч за ребенка. А вскоре в моем доме появилась комиссия из областной службы опеки. Случайно ли это совпадение, я не знаю. Они заглядывали в холодильник, фиксировали отсутствие дома компьютера и телевизора, опрашивали перепуганных детей, не обижают ли их. Когда члены комиссии ушли, дети с дрожью в голосе спросили у нас с мамой: "Нас что, в детский дом отправят?". Не отправили, потому что про папу ничего плохого не сказали. Ну а прокуратура в возбуждении дела против меня органам опеки отказала, не найдя ни одного реального факта ущемления прав детей…

    Впрочем, сейчас более важен вопрос не кто виноват, а что делать. Дети временно размещены на подворье в походных храмах и конюшне. Условия сносные - корреспондент "РГ" в этом убедился. Часть денег на строительство нового дома уже собрана. Осталось собрать остальную часть и с начала августа, когда возвратится с северов экспедиция, уже можно будет начать стройку, правда, пока непонятно где.

    Глава города Шилки Сергей Сиволап в беседе с корреспондентом "РГ" заверил, что городская администрация не оставит многодетную семью в беде. Все выплаты, предусмотрены законодательством, погорельцам будут выплачены. К сожалению, они небольшие и не смогут хотя бы частично компенсировать утраченное. Но администрация будет искать другие пути. Например, на днях Сергей Николаевич обратится к руководству края выделить Тылькевичам под строительство дома один из земельных участков с уже залитым фундаментом неподалеку от церкви.

    Забайкальское лето короткое, поэтому цель - возвести дом под крышу к 1 сентября, тем более, что детям нужно будет ходить в школу и жить за городом на подворье они не смогут.

    Человек, который всегда помогал другим, теперь сам нуждается в помощи. Желающие помочь финансово могут перечислить средства батюшке на карту Сбербанка 5469 7400 1039 1872 (прикреплена к номеру телефона 8-914-499-91-23), Александр Михайлович Т.


    Андрей Полынский

    источник

    Категория: - Разное | Просмотров: 143 | Добавил: Elena17 | Теги: Современники, созидатели
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Подписаться на нашу группу ВК

    Помощь сайту

    Карта Сбербанка: 5336 6902 5471 5487

    Яндекс-деньги: 41001639043436

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 1845

    БИБЛИОТЕКА

    СОВРЕМЕННИКИ

    ГАЛЕРЕЯ

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru