Web Analytics
С нами тот, кто сердцем Русский! И с нами будет победа!

Категории раздела

- Новости [5807]
- Аналитика [5178]
- Разное [2013]

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

Календарь

«  Август 2021  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

Статистика


Онлайн всего: 6
Гостей: 6
Пользователей: 0

Информация провайдера

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Главная » 2021 » Август » 30 » Д.В. Соколов. Преодоление зла. Советский социальный эксперимент: последствия, наследие, осмысление
    20:38
    Д.В. Соколов. Преодоление зла. Советский социальный эксперимент: последствия, наследие, осмысление

    Трагедия, пережитая народами России в ХХ столетии, своими разрушительными последствиями сравнима с ядерной катастрофой. Хаос, охвативший страну после крушения монархиивфеврале-марте 1917 г. был только началом грядущей апокалипсической драмы. Ужаса, который развивался по нарастающей.

    Гражданская война, террор, искусственный голод, разруха, «безбожные пятилетки», раскулачивание, лагеря, ссылки, принудительный труд.

    Все это не только уносило миллионы человеческих жизней, но развращало и калечило души. Никогда прежде так много людей и в такое короткое время не испытали на себе столько унижений, страха за свою жизнь и жизнь своих близких, произвола и беззакония. Никогда прежде граждане огромного государства не вовлекались столь массово в порочный круг ненависти, тем самым становясь вольными или невольными соучастниками совершавшихся злодеяний, с готовностью примеряя на себя роли доносчиков, палачей и убийц.

    «Возведя нетерпимость и ненависть в государственную идеологию,- писал в предисловии к «Черной книге коммунизма» один из главных архитекторов «перестройки», политик, ученый и публицист Александр Яковлев, - большевизм сделал все возможное и невозможное, чтобы превратить людей в соучастников вандализма.

    Люди всегда творили преступления. Творили их и организованно, и спонтанно, но такой преступности власти, которую породил большевизм, в истории не было. И все под прикрытием заботы о всем человечестве.

    Террор — вот путь переделки человеческого материала во имя будущего. С точки зрения человеческой, этому названия просто нет. Трудно синтезировать в одно понятие социальный каннибализм, каинизм, геростратство, иудин грех в своем законченном развитии — от предательства Учителя до предательства Отца, что и Святому Писанию неведомо.

    Пренебрежение к конкретному человеку большевики полностью взяли из марксизма. Но не только. Были и свои, российские, традиции — нигилизм, нечаевщина, анархизм.

    Маркс в конце концов отбросил рассуждения о гуманности и любви, которые были в первых его произведениях. Он уже не говорит о моральной справедливости, хотя беспрерывно морализирует, изобличая и осуждая своих врагов. И все это выросло в утверждение, что нравственно все, что соответствует интересам революции, пролетариата, коммунизма.

    Именно с такой моралью и расстреливали заложников в гражданскую войну, уничтожали крестьянство, строили концентрационные лагеря, переселяли целые народы.

    Примат иллюзорного будущего над человечностью давал полную свободу не стесняться в средствах, быть по ту сторону добра и зла, когда дело шло о власти, насильственных действиях, репрессиях и тому подобном. Действительные ценности — доброта, любовь, сотрудничество, солидарность, свобода, верховенство закона и т. д. — оказались непригодными, излишними, они ослабляли классовое сознание.

    Есть раны, которые не заживают. Как могло случиться, что миллионы ни в чем не повинных людей были уничтожены по прихоти небольшой группы преступников, а еще миллионы были обречены на бесконечные страдания, оказавшись изгоями общества, жертвами злой государственной машины?

    И все это при молчаливом или шумливом одобрении других миллионов, сбитых с толку и едва ли отдающих себе отчет в том, что они тоже принадлежат к расстрелянному поколению.

    Трагедия не только в мертвых, но и в живых.

    Миллионы людей честно трудились, радовались, были счастливыми, растили детей, мечтали о лучшем будущем. Они верили в это будущее и отвергали тех, кто, как им внушалось, мешал быстрому бегу к этой вожделенной минуте счастья.

    Проклятые времена, но и времена противоречивые, с разделенными сердцами и душами, с совестью, исковерканной лживой верой»[i].

    Это продолжалось десятилетиями. Лишь после смерти Сталина в марте 1953 г., и то не сразу, тотальное насилие перестало быть средством управления государством. Но и в заметно более «мягком», позднем варианте советский режим полностью не отказался от столь удобного для него инструмента, перейдя от практики массового запугивания к более «адресным» преследованиям. Хотя масштаб репрессий в послесталинское время был несопоставим с террором первых десятилетий существования СССР, преследование инакомыслящих продолжалось вплоть до конца 1980-х гг.

    Практически неизменными оставались и другие порочные практики: контроль государства и партии над распространением информации, цензура. Командно-административная, плановая экономическая модель, существовавшая в стране в течение многих десятилетий, была эффективной в развитии военной промышленности, строительстве предприятий-гигантов, но не могла удовлетворить потребностей населения. В этих условиях продукты повседневного спроса становились предметами роскоши.

    Было существенно ограничено либо и вовсе сделалось невозможным качественное развитие целых отраслей знания, которые оказались в прокрустовом ложе господствующей идеологии.

    В Крыму, словно в капле воды отразилось все то, что на протяжении многих десятилетий было повседневностью в условиях коммунистического режима.

    Советская система прекратила существование, но продолжают сохраняться ее рудименты. Многие проблемы современного общества прямо или косвенно связаны с мрачным наследием прошлого.

    Пагубные последствия большевизма, мешающие восстановлению нормальной жизни в стране, разнообразны. Проанализируем их более подробно.

    Пожалуй, самое главное преступление коммунизма — это не массовые убийства и голод, а развращение миллионов. И если компартийная идеология в том виде, в каком она существовала в СССР, уже много лет пребывает на свалке истории, то созданный ей человеческий тип ныне вполне жив и здравствует.

    Эпоха репрессий первых десятилетий советской власти наложила на людей отпечаток страха, и, как справедливо отметил новосибирский историк Алексей Тепляков, «сформировала уродливый социум с перевернутыми моральными принципами и лишенный подлинной элиты. Мы не преодолели последствий этого террора – слишком велики оказались человеческие потери, и это сказывается до сих пор. И то, что наши люди боятся государства и не верят ему, но охотно подчиняются государственной машине и пропаганде – это тоже следствие массовых убийств, пик которых пришёлся на 1937 и 1938 гг.»[ii]

    Страх приучил людей говорить одно, думать другое, делать третье, и чтобы в результате получалось четвертое. Эта модель поведения оказалась чрезвычайно живучей. По-прежнему актуальными остаются пожелания «не высовываться», «не говорить лишнего», не брать на себя прямую ответственность, не проявлять инициативу. Культивируются безразличие и апатия, психология подчиненного, за которого отвечает начальство.

    К пагубным последствиям советского опыта, проявляющимся в повседневной действительности, также следует отнести неспособность к самоорганизации, безнравственность, правовой нигилизм. Добавим сюда повсеместные зависть и хамство, чьей оборотной стороной является равнодушие. Все также широко распространено взаимное недоверие, разобщенность, зависть к чужому успеху.

    Конечно, коммунистический режим не породил все эти пороки. Но именно советская отрицательная селекция сделала их нормой жизни. С момента прихода к власти большевики учили, что убивать ради «дела» - можно; что частная собственность – это плохо, поэтому нет ничего дурного в том, чтобы ее отобрать.

    Такая мораль культивировалась. Показательны следующие рассуждения Ленина:

    «В каком смысле отрицаем мы мораль, отрицаем нравственность?

    В том смысле, в каком проповедовала ее буржуазия, которая выводила эту нравст­венность из велений бога. Мы на этот счет, конечно, говорим, что в бога не верим, и очень хорошо знаем, что от имени бога говорило духовенство, говорили помещики, го­ворила буржуазия, чтобы проводить свои эксплуататорские интересы. Или вместо того, чтобы выводить эту мораль из велений нравственности, из велений бога, они выводили ее из идеалистических или полуидеалистических фраз, которые всегда сводились тоже к тому, что очень похоже на веления бога.

    Всякую такую нравственность, взятую из внечеловеческого, внеклассового понятия, мы отрицаем. Мы говорим, что это обман, что это надувательство и забивание умов ра­бочих и крестьян в интересах помещиков и капиталистов.

    Мы говорим, что наша нравственность подчинена вполне интересам классовой борьбы пролетариата. Наша нравственность выводится из интересов классовой борьбы пролетариата»[iii].

    Иными словами, нравственно и морально лишь то, что служит делу мировой революции.

    Стоит ли после этого удивляться, что созданная большевиками система насилия, угнетения, лжи и бесправия, как верно заметил замечательный русский писатель Владимир Солоухин, «разрушила общество как таковое, привела его к дефициту нравственности, человечности, духовности, что, в свою очередь, привело к тотальному алкоголизму и к тотальному расцвету преступности»?[iv]

    Именно советский режим приучил людей не иметь устойчивых убеждений, относится к идее как к средству. Вопреки утверждениям о монолитном единстве народа и власти, партийную номенклатуру граждане СССР все время рассматривали как нечто чуждое и враждебное. Подтверждением служит большое количество антисоветских фольклорных произведений: анекдотов, песен, частушек, в которых высмеивалось руководство страны.

    Ощущение чуждости власти, якобы правящей от имени и в интересах народа, сформировало специфическое отношение к ней: ее не считалось зазорным обмануть, обокрасть. Выражая внешнее одобрение действиям партии и правительства, обыватель в то же время, что называется, «держал фигу в кармане». Это двуличие сегодня проявляется и в восприятии действующей власти. Даже если чиновник объективно лучше предшественников, и по мере сил пытается что-то делать для развития своего региона, его все равно критикуют. Порочным явлением современности, перекочевавшим из советской действительности, является «двойная бухгалтерия» (пишем одно, на самом деле другое).

    Рудименты советской системы выпукло проявляются и в работе государственных органов. Там, где возможно обойтись силами отдела, а то и двух-трех сотрудников, создаются целые учреждения с отдельными помещениями, раздутыми штатами, обилием бессмысленной волокиты. В результате решение элементарных вопросов для среднего гражданина растягивается, в лучшем случае, на недели. В худшем — на многие месяцы и даже годы.

    Распространенной картиной, которую в большей или меньшей мере можно сейчас наблюдать среди сотрудников предприятий, учреждений и организаций государственной и бюджетной сферы, является отсутствие горизонтальных связей, раболепие перед начальством, интриги, приспособленчество. Часто во главу угла ставится вовсе не эффективность и достижение реального результата, а их имитация. Нередки примеры, когда назначение на ответственную и престижную должность происходит не потому, что работник – профессионал, а потому что «в обойме». В результате на руководящем посту чаще всего может оказаться человек, не обладающий необходимым уровнем компетентности.

    Пренебрежение к людям, в советский период бывшее господствующей анти-ценностью, продолжает сохраняться и в настоящее время. Оно проявляется во множестве бытовых деталей: неубранных свалках, годами не ремонтируемых дорогах и тротуарах, отсутствии объектов доступной среды для инвалидов.

    Порочным явлением постсоветской действительности стало пренебрежение нормами права. Сколь часто можно услышать, что «законы существуют для того, чтобы их обходить», а их строгость компенсируется «необязательностью их исполнения»! С другой стороны, есть немало примеров, когда работники правоохранительных органов, напротив, пренебрегают процессуальными нормами, духом и буквой закона, и ради повышения показателей раскрываемости преступлений, внеочередных поощрений, могут обвинить невиновного, подбросить оружие или наркотики, выбить показания пытками. Наследием эпохи террора является низкий процент оправдательных приговоров, когда суд безоговорочно выступает на стороне обвинения, пренебрегая доводами защиты. Наследием советского времени также является «телефонное право», когда судебные решения выносятся исключительно по звонку сверху. В современных реалиях подобная практика приобрела еще и денежный эквивалент.

    В этих условиях никто не гарантирован от того, чтобы не пострадать от полицейского или судебного произвола.

    Наследие советской поры проявляется и в деятельности пенитенциарной системы. Во-первых, сохраняется географическая преемственность в расположении исправительных учреждений. Во-вторых, в их работе продолжают использоваться методы сталинского ГУЛАГа. Система исполнения наказаний по-прежнему продолжает оставаться закрытой, со стороны ее сотрудников фиксируются нарушения прав человека.

    Печальной страницей новейшей истории является межнациональная напряженность, этнические конфликты, распространение радикального национализма и русофобии. Это – прямое следствие ленинской национальной политики, которая исходила из того, что русский народ угнетал другие народы Российской империи, и ставила во главу угла развитие национальных окраин. Национальные республики и автономии пользовались значительными преимуществами: они получали повышенное финансирование из центра, уделялось больше внимания развитию местной культуры и образования, социально-экономическому благополучию населения. При этом административные границы нацреспублик и областей проводились без учета исторических особенностей. В результате два исторически чуждых друг другу народа могли оказаться в составе одной автономии. Так закладывались «бомбы замедленного действия», которые сдетонировали после распада СССР.

    В той или иной мере эти явления проявляются на всем постсоветском пространстве, и будут напоминать о себе еще долго.

    Следует согласиться с мнением российского общественного деятеля, историка и публициста, генерала Службы внешней разведки Российской Федерации (в отставке) Леонида Решетникова:

    «Формально в 1991 г. советская власть пала, но новое государство в полном смысле пока не состоялось. Если в социально-экономической области произошли во многом коренные перемены, то в области ментальной, мировоззренческой, духовной мы одной, а порой и двумя ногами все еще в Советском Союзе. Оттуда родом и олигархи, и политики, и киллеры, и коррупционеры, и большинство нашего народа. И не только потому, что в СССР прошли их молодые и даже зрелые годы, сколько потому, что мало у кого произошла глубокая переоценка всего того, что пережила наша Родина. Для осознания трагичности российской истории, недавнего прошлого, подлинных причин событий ХХ в. необходимы серьезная внутренняя работа, внутреннее покаяние, очищение ума и души от чуждых и ложных ценностей. Однако советские штампы, советские подходы по-прежнему преобладают и в политике, и в экономике, и в гуманитарной сфере»[v].

    В этой связи неудивительно, что, несмотря на принятие законодательных актов о реабилитации жертв политических репрессий, осуждающих многолетний террор, память о преступлениях советской системы по-прежнему не является общественной доминантой. У части ныне живущих произошедшие ужасы вызывают желание их преуменьшить,а то и вовсе предать забвению. Вызвано это, прежде всего, морально-психологическим дискомфортом, который проявляется всякий раз, когда встает вопрос о возможной причастности к преступлениям предков или кого-то из родственников.

    Левые идеи все так же весьма популярны среди населения. Ввиду отсутствия должной политической и моральной оценки, сегодня во множестве находятся люди, пытающиеся оправдывать ленинско-сталинскую политику массового террора какой-то «исторической необходимостью» либо «высокими достижениями» позднейшего времени. Прилавки книжных магазинов заполнены низкопробной литературой, расхваливающей достоинства советской системы и изображающей СССР едва ли не наивысшей точкой развития всей русской цивилизации. Тексты аналогичного содержания в огромном количестве можно увидеть на страницах журналов и газет, в интернете. Огромную популярность имеют Youtube-блогеры марксистского и неосталинистского толка. Используя мультимедийные и IT-технологии, они пытаются преподнести неискушенной аудитории адаптированные к реалиям современности и сдобренные личными рассуждениями образчики советского агитпропа. Очевидный показатель духовного нездоровья и невежества, что эти поделки востребованы. Свидетельством нравственной деградации является глумление над памятью о жертвах репрессий и голода, оправдание палачей.

    Следствием коммунистического эксперимента стала утрата национального самосознания, исторической памяти. Произошло разрушение межпоколенческих связей. В результате крайне мало людей знает о своих предках дальше дедушек с бабушками, да и то – не всегда.

    Наследие большевизма продолжает сохраняться в названиях населенных пунктов, улиц и площадей. Как следствие, спустя более двух десятилетий с моментакраха СССР топонимика по-прежнему остается зоной увековечивания памятисоветских партийных и государственных деятелей, ответственных за массовые репрессии, голод и другие преступления советской системы. При этом инициативы переименования одной-единственной улицы, демонтажа мемориальной доски разбиваются о стену бюрократизма. Например, в Симферополе есть улица Бела Куна – венгерского интернационалиста, причастного к организации красного террора в Крыму в начале 1920-х гг. Разговоры о ее переименовании ведутся начиная с 1990-х гг. Устное согласие с данной инициативой выражали даже отдельные депутаты и высокопоставленные чиновники. Но до настоящего времени проблема не получила положительного решения.

    Также не встретила поддержки инициатива переименования объектов топонимики, названных в честь Петра Войкова – большевистского деятеля, связанного с расстрелом императора Николая IIи членов его семьи. С этим предложением в 2018 г. выступила депутат Государственной Думы Наталья Поклонская.

    К сожалению, в Общественной палате(ОП) Крыма придерживались иного мнения. Отмечалось, что переименование вызовет процесс декоммунизации, который станет необратимым[vi]. Называлась и другая, прозаическая причина нецелесообразности подобного рода мероприятий: то, что в результате придется вносить изменения в регистрационные и правоустанавливающие документы.

    В ответ на это парламентарий обрушилась членов ОП с жесткой критикой.

    «Сохранять у улиц и скверов имена преступников – соглашаться, что сегодня и завтра это может случиться с любым человеком, с каждым из нас» - сказала Наталья Владимировна[vii] и посоветовала общественникам найти применение в других сферах, если страшно брать ответственность на себя[viii].

    Приведенные примеры показывают, сколь сложно в наше время добиться возвращения улицам и целым населенным пунктам старых названий либо переименования их.

    Между тем, ревизия топонимикии увековечивание памяти о репрессиях является не данью изменчивым веяньям времени, а важной необходимостью.Это необходимо для формирования нравственных ориентиров, возвращения утраченного национального самосознания, и предупреждения повторения подобных трагедий в дальнейшем.

    В этой связи непреходящую ценность имеют мемориальные и просветительские мероприятия, которые призваны напомнить о драматичных страницах истории региона в ХХ столетии.Пусть зачастую это дело группы энтузиастов, но всякое удачное начинание есть шаг на пути к возрождению.

    Начиная с 1990-х гг. и до настоящего времени местными учеными, историками, журналистами, краеведами, религиозными и общественными деятелями проделана большая работа по увековечиванию памяти о Белом движении, Крымской эвакуации 1920 г. (известной как «Русский Исход») и массовом красном терроре, который захлестнул полуостров в первые месяцы после окончательного установления советской власти осенью 1920 г.

    С 1995 г. в Севастополе, а затем и в других городах полуострова, стали проводится ежегодные массовые мероприятия в память о соотечественниках, которые были вынуждены уйти на чужбину осенью 1920 г. И если в 1990-е – начале 2000-х гг. годовщина Исхода отмечалась преимущественно узким кругом неравнодушных (представителями религиозных и общественных организаций, историками, краеведами), то ныне она привлекает сотни и тысячи людей. Во многом это стало возможно благодаря активному участию священноначалия Симферопольской и Крымской епархии и городских благочиний. Сегодня дни Русского Исхода в Крыму не проходят без поминальных служб и крестного хода, в котором принимают участие огромное число прихожан.

    Особенно массовыми были мероприятия, посвященные 90-летию Крымской эвакуации, прошедшие осенью 2010 г.

    В таком же формате они проводятся и по сей день. Памяти о Белом движении, трагедии Гражданской войны и судьбах людей, вынужденных покинуть страну (или, напротив, остаться и претерпеть все крестные муки) – посвящены исторические конференции, концерты, музыкально-поэтические вечера.

    Традиция получила развитие после принятия Севастополя и Крыма в Российскую Федерацию в марте 2014 г. 10 марта 2015 г. принят Закон города Севастополя № 122-ЗС «О праздниках и памятных датах города Севастополя». Статьей 2 вышеуказанного закона 14 ноября – День исхода Русской армии (1920 год) определена в числе памятных дат.

    Особенно торжественно в двух молодых субъектах проводились мероприятия, приуроченные к 95-летию Крымской эвакуации (осень 2015 г.), и ее 100-летнему юбилею в 2020 г.

    Увековечивание памяти о Белом движении, Русском Исходе и красном терроре в Крыму происходит и путем установки мемориалов: поклонных крестов, часовен, памятных досок. Так, в Севастополе ноябре 1995 г. на подпорной стене Графской пристани была установлена мемориальная доска с надписью: «В память о соотечественниках, вынужденных покинуть родину в ноябре 1920 года».

    Памятные кресты жертвам красного террора в Крыму появились и в других городах. В Феодосии - 2 мая 2005 г. на берегу Черного моря рядом с древней церковью Иверской Божией Матери; в окрестностях Алупки, на месте массовых расстрелов в районе бывшего бассейна Шаан-Канского водопровода – в 2007 г.; в Евпатории - в 2009 г. на территории Храма святого Илии установлен православный памятный крест в память о жертвах террора в январе — марте 1918 г.; в Керчи – в 2010 г. на территории храма во имя апостола Андрея Первозванного. Поклонный камень в память о жертвах политического террора, войн и голода в XX столетии по инициативе конгресса русских общин осенью 2007 г. был установлен в Центральном парке Симферополя. Крест в память о Русском Исходе работы известного российского скульптора Вячеслава Клыкова был установлен в 2006 г. в Керчи. Спустя десять лет, в 2016 г., в Керчи на территории храма апостола Андрея Первозванного состоялось открытие памятника генералу Врангелю.

    Осенью 2005 г. по благословению митрополита Симферопольского и Крымского Лазаря на месте одного из предполагаемых захоронений жертв массовых расстрелов в 1920-1921 гг. в окрестностях Ялты, в урочище Караголь («Багреевке») было начато сооружение памятника-часовни чудотворной иконы Знамение Пресвятой Богородицы Курской-Коренной. Ее строительство было завершено в 2006 г. Воздвигнутая на средства потомков и родственников безвинно погибших, часовня в Багреевке является сегодня самым известным памятником, воздвигнутым в память о жертвах красного террора в Крыму в начале 1920-х гг., одновременно служит символом покаяния и предостережением современникам и будущим поколениям. 26 сентября 2009 г. на набережной Ялты, в канун великого и спасительного праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, при большом скоплении народа, митрополит Симферопольский и Крымский Лазарь совершил чин освящения часовни в честь Собора Новомучеников и Исповедников Российских - в память о погибших и пострадавших в Ялте в годы террора и в ходе Гражданской и Второй мировой войн. Вопрос о возведении памятника-часовни в окрестностях городского водохранилища, на месте которого в 1920-1921 гг. происходили массовые расстрелы, подняли и жители Симферополя.

    Значимой вехой является в деле восстановления исторической справедливости и уврачевания векового раскола является создание в Севастополе храма-мемориала в память о жертвах российского лихолетья.

    Идея увековечить память о людях, пострадавших в переломное для страны время, появилась давно.

    Осенью 1995 г. в районе одной из балок Максимовой дачи (одном из мест массового уничтожения большевиками пленных офицеров и солдат Белой армии, гражданских лиц в 1920-1921 гг.) состоялась закладка и чин освящения памятного знака погибшим во время Гражданской войны по обе стороны фронта. В 2010 г. на этом месте был установлен «крест примирения». 17 ноября 2013 г., в рамках прошедших в Севастополе мероприятий, посвященных 93-летию крымской эвакуации и в память о жертвах репрессий в ходе Гражданской войны, рядом с дорогой на Максимову дачу состоялось освящение закладного камня на месте строительства будущего мемориального музейного комплекса и храма во имя Новомучеников и исповедников Российских.

    В дальнейшем было принято решение о строительстве здесь Духовно-просветительского центра с храмом-памятником и музеем Гражданской войны. Проект храма-мемориала был впервые представлен 14 ноября 2018 г.

    В 2020 г. деятельность по возведению будущего мемориального центра вышла в активную стадию: 31 января начаты земляные работы; 9 февраля, в День памяти Собора Новомучеников и Исповедников Церкви Русской, на месте будущего храма состоялся молебен, а также освящение источника с купелью в честь священномученика Климента Римского. Торжественная закладка небольшого храма в честь иконы Божией матери «Умягчение злых сердец», являющегося частью будущего мемориального комплекса, состоялось 27 июля 2020 г. Молебен возглавил епископ Ялтинский Нестор, викарий Симферопольской и Крымской епархии в сослужении благочинного Севастопольского округа протоиерея Сергия Халюты и духовенства. 18 сентября 2020 г. по благословению митрополита Симферопольского и Крымского Лазаря состоялось освящение накупольного креста на строящийся храме.

    Осенью 2020 г.строительство храма было завершено. 15 ноября 2020 г. в храме была совершена первая Божественная литургия, которую возглавил благочинный Севастопольского округа протоиерей Сергий Халюта в сослужении настоятеля храма протоиерея Илии Алдошина и клириков Севастопольского Благочиния.

    По окончании богослужения была совершена заупокойная лития по всем погибшим в годы Гражданской войны. Затем у древнего обустроенного источника святого Климента Римского состоялась закладка Аллеи Русского Исхода.Почетные гости, среди которых были потомки русских эмигрантов, князья Владимир и Николай Трубецкие, высадили деревья в память об ушедших в изгнание и погибших в годы Гражданской войны.

    Таким образом, произошло символичное воссоединение обретших на чужбине вечный покой соотечественников с родной землей.

    Мемориальные мероприятия, призванные напомнить о страшных страницах в истории региона, охватывают не только заключительный период Гражданской войны.

    Так, 24 января 2019 г. в Симферополе прошло шествие, приуроченное к 100-летию начала политики расказачивания. В тот же день в столице Республики Крым и в Севастополе состоялись поминальные службы по павшим казакам, на которых присутствовали представители местных органов власти[ix]. Также было опубликовано официальное обращение Главы Республики Крым Сергея Аксенова с осуждением произошедшей трагедии[x].

    30 октября 2019 г., в День памяти жертв политических репрессий, в двух городах Крыма – Симферополе и Ялте, состоялись митинги-реквиемы и заупокойные литии о жителях полуострова, погибших в годы террора. В Ялте между церковными службамипроисходило чтение у микрофона заранее приготовленных списков репрессированных на Южном Берегу Крыма. В Симферополе участникимитинга призвали убрать имена всех деятелей коммунистического режима, причастных к террору, из топонимики Крыма, перенести памятник Ленину и вернуть старое название центральной площади Симферополя, создать специальную комиссию по оценке исторических событий в Крыму в годы репрессий и террора советской власти. Минутой молчания участники митинга-реквиема почтили память безвинных жертв[xi].

    Без преувеличения можно сказать, что в настоящее время единственным общественным институтом, который на постоянной основе проводит мероприятия, связанные с увековечиванием памяти жертв политических репрессий, является Русская Православная Церковь, что подтверждают приведенные выше примеры.

    В деле увековечивания памяти о трагических эпизодах истории региона в советский период огромное положительное значение имеет исследовательская и просветительская работа. выпускаются монографии, фотоальбомы, проводятся конференции и тематические «круглые столы». Снимаются документальные фильмы. Каждое выступление, статья, монография, сборник документов, исследование, конференция, круглый стол –шаг к устранению «белых пятен» в истории региона, вклад в восстановление справедливости.

    Но все же процесс осмысления трагедии прошлого, преодоления порочного наследия советской системы, увековечивания памяти погибших, идет слишком медленно.

    Сегодня часто можно услышать, что массовый террор и другие преступления большевизма были оправданы, жертвы не заслуживают сочувствия, и вообще нечто подобное следует повторить. Говоря подобные вещи, апологеты насилия и несвободы, очевидно, полагают, что это их не коснется. При этом они забывают, что среди тех, кого перемололи жернова ленинско-сталинского террора, было немало его горячих сторонников.

    Следствием утраты исторической памяти, духовной и нравственной деградации также является наличие огромного числа равнодушных. Даже события недавнего прошлого им просто неинтересны.

    Излишне говорить, что оба этих пути – тупиковые.

    Важным условием преодоления порочного наследия прошлого является активная созидательная и просветительская работа, которая должна перестать быть делом ограниченного круга людей.

    Необходимо изучить и осмыслить, как позитивный, так и отрицательный опыт попыток осуждения преступлений марксистских режимов в ХХ столетии и в новейшее время.России необходимо, наконец, определить свою идентичность и сферу правопреемственности. Грамотно расставить акценты. Отделить собственно большевизм от страны, в которой он утвердился. Сделать это сложно, но не так уж невыполнимо.

    Сегодня нет другой альтернативы поэтапному осмыслению прошлого.

    Дмитрий Соколов

    Русская Стратегия


    [i]Яковлев А.Н. Большевизм – социальная болезнь ХХ века // Куртуа С., Верт Н., Панне Ж-Л., Пачковский А., Бартошек К., Марголен Ж.-Л. Черная книга коммунизма. Преступления, террор, репрессии. - М.: Издательство «Три века истории», 1999. – С.8-9

    [ii]Тепляков А.Г. «Уравнивание красного и белого террора лишено научной перспективы» // http://rys-strategia.ru/news/2017-10-19-4027

    [iii] Ленин В.И. Полное собрание сочинений, т.41 – М.: Издательство политической литературы, 1981. - С.309

    [iv] Солоухин В.А. При свете дня. – М., 1992. – С.220

    [v]Решетников Л.П. Вернуться в Россию. Третий путь или тупики безнадежности. – 3-е изд. – М.: Издательство «ФИВ», 2015. - С.200

    [vi]https://social.primechaniya.ru/blog/43572219783/Pereimenovanie-v-Kryimu-ulits-Voykova-mozhet-pererasti-v-protses

    [vii]https://ria.ru/20181123/1533390195.html

    [viii]https://www.crimea.kp.ru/daily/26911/3957700/

    [ix] Соколов Д.В. 100-летие геноцида казачества вспомнили в Севастополе и Крыму // http://rys-strategia.ru/news/2019-01-24-6709

    [x]https://glava.rk.gov.ru/ru/article/show/2644

    [xi] Соколов Д.В. Молитва памяти на крымской земле // http://rys-strategia.ru/news/2019-11-02-8370



     

    Категория: - Разное | Просмотров: 401 | Добавил: Elena17 | Теги: РПО им. Александра III, Дмитрий Соколов, россия без большевизма
    Всего комментариев: 2
    avatar
    1 fadeewa-iv • 15:20, 02.09.2021 [Материал]
    Потрясающая цитата от архитектора перестройки Яковлева. Оказывается, я была в плену общепринятых клише на его счет. Надо его почитать и послушать. Заинтересовали.
    avatar
    2 fadeewa-iv • 15:35, 02.09.2021 [Материал]
    Уважаемый автор во многом подтвердил мои выводы по гнилому советскому наследству. Но нравственность после войны и 1961-го года, когда ввели "моральный кодекс коммуниста", в основании которого были заложены ветхозаветные заповеди, все же была в советской России на относительно здоровом уровне. Если бы не это, то советские апологеты сегодня были бы инопланетянами по отношению к русским православным. Это та точка соприкосновения и остатки традиции, которые помогают нам понять друг друга и противостоять глобальному переделу мира с его трансгуманизмом.

    Хотя с другой стороны, эта ущербная нравственность стала основанием еретического "христианского социализма", который мало отличается от протестантизма. Поэтому апология еретика Осипова процветает на псевдорусской РНЛ, а коммунисты, стоящие со свечкой в храме, называют себя "православными".
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Подписаться на нашу группу ВК

    Помощь сайту

    Карта Сбербанка: 5336 6902 5471 5487

    Яндекс-деньги: 41001639043436

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 1863

    БИБЛИОТЕКА

    СОВРЕМЕННИКИ

    ГАЛЕРЕЯ

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru