Web Analytics
С нами тот, кто сердцем Русский! И с нами будет победа!

Категории раздела

- Новости [6551]
- Аналитика [6082]
- Разное [2374]

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

Календарь

«  Июль 2022  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Статистика


Онлайн всего: 7
Гостей: 7
Пользователей: 0

Информация провайдера

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Главная » 2022 » Июль » 21 » Виктор Правдюк. АВГУСТ 1944 ГОДА
    22:58
    Виктор Правдюк. АВГУСТ 1944 ГОДА

    В ликвидации диктатуры маршала Антонеску и в объявлении Румынией войны своему недавнему союзнику, гитлеровской Германии, важную роль сыграл 22-летний король Румынии Михай. 23 августа прилетевший с фронта, где дела шли неважно, Антонеску приехал в королевский дворец с визитом. Молодой король предложил маршалу немедленно подписать перемирие. Антонеску не оценил ситуации и высокомерно заявил: «Я сам знаю, что мне делать, меня не надо учить!» Михай ответил: «Тогда я вас смещаю», - и вышел. В зал вошли четверо военных и арестовали Антонеску. Для этого церемониала королю необходимы были и мужество, и энергия. Бухарест был переполнен немецкими воинскими частями и агентами. Но германское посольство так ничего и не заподозрило, и только поздним вечером немецкий посол Киллингер узнал, что в королевском дворце «что-то случилось». Когда послу удалось получить аудиенцию у короля Михая, Киллингер услышал ужасную новость о том, что Румыния подпишет перемирие с союзниками. Киллингер начал угрожать королю репрессиями, а через несколько дней, ощутив свою несостоятельность и ответственность за происшедшее, застрелился.

    Затем румыны отбили немецкие попытки захватить Бухарест. «Совершенно очевидно, - сказал тогда король Михай, - что наступление русской армии, которое сковало значительные немецкие силы в Молдове и Бессарабии, явились главным условием успеха государственного переворота 1944 года». Король имел в виду Ясско-Кишинёвскую операцию советского 2-го Украинского фронта.

    Румынский монарх был щедро награждён советским орденом «Победа». Это не помешало коммунистам заставить Михая отречься от престола и выслать его из Румынии. Орден «Победа» был румынскими властями реквизирован, а затем продан на тайном аукционе функционером из правящего клана Чаушеску. Чью коллекцию сегодня тайно украшает этот полководческий орден, мы не знаем…

    Войска 1-го Прибалтийского фронта, командующий генерал Иван Баграмян, в течение дня 1 августа передовыми частями вышли на побережье Рижского залива. Германская группа армий «Север» оказалась изолированной в Прибалтике, лишилась локтевой связи с армиями Вермахта из группы «Центр».

    Войска 1-го Белорусского фронта, командующий маршал Константин Рокоссовский, продолжали форсирование реки Вислы, наращивая силы на плацдармах западного берега -  Магнушевском и Пулавском. До сотни немецких танков ежедневно пытались сбросить русских с плацдарма в реку.

    3 августа и войска 1-го Украинского фронта, командующий маршал Иван Конев, с боями форсировали Вислу и расширили северо-западнее города Сандомира плацдарм глубиной до 25 километров. В этот день немцы провели против этого плацдарма семь яростных контратак, которые были нашими войсками отражены. Для ликвидации советских плацдармов на Висле Гитлер в начале месяца распорядился направить в восточную Польшу ещё две танковые дивизии. А ранее предназначены они были для Западного фронта.

    «Русский метод ведения наступления со времени последних наступательных операций стал ещё более совершенным, - отметил германский военный историк Курт Типпельскирх. - Правда, разведка боем накануне наступления сохранилась, но собственно наступлению теперь предшествовал гораздо более интенсивный по сравнению с предыдущими операциями многочасовой огонь артиллерии на уничтожение. Сочетавшийся со столь же необычным по своим масштабам использованием крупных сил авиации… Перешедшие в наступление после окончания артиллерийской и авиационной подготовки пехотные соединения поддерживались и прикрывались исключительно эффективными действиями авиации. После завершения пехотного прорыва в него немедленно вводились крупные танковые силы».

    В середине августа британские бомбардировщики провели серию массированных налётов на Кёнигсберг. Применялись бомбы с напалмом. Город Канта сравняли с землёй. Союзники уже рассчитывали заранее, что кому достанется после победы и в каком состоянии…

    1 августа в Варшаве началось массовое восстание. Оно было организовано армией Крайовой, поддерживавшей лондонское эмигрантское правительство. Армия Крайова боролась не только против нацистской Германии, но и против планируемой Сталиным советизации Польши.

    Немецкий гарнизон в польской столице был невелик, всего около трёх тысяч солдат и офицеров. Восставшие имели в первые дни августа явный перевес, и немцам пришлось ограничиться обороной нескольких важных объектов Варшавы. Гитлера выступление поляков привело в бешенство, и он возложил на рейхсфюрера СС Гиммлера ответственность за подавление восстания в польской столице. С беспощадной жестокостью, сказал Гитлер, не оставив от города камня на камне…

    В августе 44-го года союзное командование сделало заявление в Лондоне, что оно рассматривает армию Крайову в качестве части союзных вооружённых сил, автоматически подчинённую союзному командованию. Это означало, что на участников Варшавского восстания, на «аковцев», в первую очередь теперь должны были распространяться все международные конвенции, которыми регулировались обычаи и правила войны, в том числе и правила обращения с военнопленными. Генерал Бур-Комаровский за несколько дней до начала восстания обратился с просьбой к союзному командованию и польскому правительству в Лондоне перебросить в Варшаву отдельную польскую парашютную бригаду, которая очень бы пригодилась в дни восстания. К сожалению, технически это было неосуществимо.

    К началу августа три превосходно оснащённые армии союзников на Западном фронте, поддержанные с воздуха абсолютным господством своей авиации, продолжали наступление в районе французских городов Авранш и Фалез. Главнокомандующий союзными войсками генерал Эйзенхауэр решил усилить ударную мощь, перебросив на континент 3-ю армию генерала Паттона. Немцы контратаковали двумя танковыми дивизиями. Фельдмаршал Клюге предложил оставить Бретань и южную Францию, спасти упорно обороняющиеся там дивизии, но выстроить прочную оборону на рубежах реки Сены. Но Гитлеру были дороги порты на побережье Франции, и он запретил эвакуацию. Его приказ ставил перед 5-й танковой армией Вермахта задачу рассечь боевые порядки американских войск и разбить их по частям. Немецкие танковые дивизии под непрерывными ударами авиации союзников не сумели даже выйти в срок в районы сосредоточения. Танковые сражения развернулись исключительно упорные. Немецкие танкисты выдерживали нарастающее давление и на земле, и с воздуха. Союзники, особенно канадские дивизии, несли большие потери, но неуклонно продвигались вперёд. Стратегически положение немецких войск становилось проигранным. Но Гитлер отступать запретил. Упрямство Гитлера только помогало противнику. Ключевым событием августа на Западном фронте станет сражение у города Фалеза. К 15 августа там возник котёл, в котором оказались остатки 7-й армии и 5-й танковой. Три оставшиеся вне окружения немецкие танковые дивизии неоднократно пытались пробить коридор к своим товарищам, но сил у них для этого было явно недостаточно.

    Для отражения наступления на Париж у немцев в этот момент войны осталось всего лишь две с половиной дивизии…

    В августе Гитлер продолжал расправу с участниками июльского заговора. Первая волна арестованных после покушения 20 июля была подвергнута жесточайшим пыткам и начала давать показания, называя десятки новых имён. 7 августа открылся суд Народного трибунала во главе с бывшим военнопленным Первой мировой войны, сибирским большевиком Роландом Фрейслером. Первых обвиняемых, среди них был и фельдмаршал Вицлебен, через несколько дней казнили, подвешивая нечастных на крюках для мясных туш и удушая фортепьянными струнами. В числе первых повешены были генералы Хаазе, Гёпнер и Штюльпнагель. Гитлер смотрел киносъёмки этих казней, они взбадривали его. Роланда Фрейслера фюрер звал «моим Вышинским». Среди подозреваемых оказался и главнокомандующий Западным фронтом фельдмаршал фон Клюге, который по дороге в Германию принял цианистый калий. Под подозрение попали генерал артиллерии Фриц Линдеман, фельдмаршал Роммель, известный немецкий писатель и философ - фронтовик Эрнст Юнгер. Их судьба решится позднее. Вермахт пережил невероятный погром. Ещё более трёх десятков высокопоставленных генералов были уволены или арестованы, а главное, Гитлер теперь доверял только полководцам из гнезда Гиммлера, генералам СС и гестапо…

    В начале августа американская морская пехота и авиация продолжали атаки против уцелевших японских войск в горах острова Гуам. Японские части утратили связь с внешним миром, все морские подходы к Гуаму оказались в руках американцев, высадивших на остров около 50 танков. 11 августа погиб в бою командующий 31-й армией генерал-лейтенант Обата, и организованное сопротивление японцев на острове Гуам прекратилось. Сражение у Марианских островов привело к большим потерям кораблей и самолётов и значительно приблизило Японию к конечному поражению. Захват островов Гуам и Сайпан позволил американской стратегической авиации получить удобные базы для налётов на порты и города Японии. «Летающие крепости» с Марианских островов уже в конце августа появились в небе над Токио, Нагасаки и Осакой.

    В Варшаве польские повстанцы во главе с генералом армии Крайовой Тадеушом Бур-Комаровским контролировали уже большую часть города. Восставшие штурмовали так называемый «небоскрёб», здание в центре польской столицы, где располагался центральный узел связи гитлеровцев. После шести кровопролитных атак «небоскрёб» 20 августа перешёл в руки поляков. Но сама Варшава уже была окружена, изолирована войсками СС, которые готовились к подавлению восстания. Бои шли в предместьях, восставшим не хватало даже стрелкового оружия, не говоря уже о тяжёлой технике.

    Когда в Москве узнали о восстании в Варшаве, то Сталин квалифицировал его как авантюру, затеянную кучкой преступников. Понятно, что Сталина не устраивало самоосвобождение Польши, которая в этом случае ни в коем случае не примет советских видов на управление страной. Премьер-министр эмигрантского польского правительства Миколайчик в это время находился на переговорах в Кремле, и он, как и Черчилль, придерживался диаметрально противоположных взглядов. Когда к началу октября 44-го года Варшава и её знаменитое Старе Място превратились в груду дымящихся развалин, то на западе стали обвинять Советский Союз в том, что он сознательно не оказал помощи варшавским повстанцам. Конечно, нужно признать, что освободить Варшаву в августе Красной армии было достаточно сложно, не стоит забывать, что немцы ввели в сражение четыре танковых дивизии. Части польской армии под командованием генерала Берлинга форсировали Вислу в районе моста Понятовского, но закрепиться в левобережной Варшаве не смогли. Но нужно признать, что не только военные факторы сыграли главную роль в этой ситуации…

    Турция объявила о разрыве дипломатических отношений с Германией.

    В Неаполе прошли переговоры премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля с югославским маршалом Йосипом Броз-Тито.

    18 августа в концлагере Бухенвальд был убит лидер германских коммунистов Эрнст Тельман.

    Япония предложила Германии посредничество в заключении перемирия с Советским Союзом. Гитлер ответил отказом.

    Для боевых действий в Карпатах советская Ставка вновь образовала 4-й Украинский фронт. Командующий – генерал армии Иван Петров, член Военного Совета – генерал-полковник Лев Мехлис. Наверное, это были наиболее неприязненно относящиеся друг к другу люди во всей Красной армии, но Сталин в третий раз сталкивал их лбами.

    Войска Карельского фронта генерала Кирилла Мерецкова после освобождения Карелии вышли на советско-финскую границу. С учётом продвижения Ленинградского фронта на Карельском перешейке перед финским военным руководством был явлен призрак полного краха и оккупации Финляндии.

    1 августа парламент узнал о том, что президент Финляндии Рюсти Рюти подал в отставку. Через три дня, 4 августа, президентом Финляндии стал 77-летний «отец нации», как его называли, генерал-фельдмаршал Карл Густав Эмиль Маннергейм. Парламент Суоми практически единогласно проголосовал за него. Действительно, третий раз в истории финляндского государства этому человеку вручалась судьба страны. До этого дважды в 1918 и в 1939-40 годах Маннергейм спасал Финляндию от красной коммунистической заразы. На этот раз ему предстояло, наверное, провести своё самое важное последнее сражение. Маннергейм был в очень сложном положении. С одной стороны, ему нужно было найти возможности для того, чтобы вывести Финляндию из войны с минимальными потерями. С другой стороны, он понимал, что ему предстоит совершить «некий акт» по отношению к своему германскому союзнику, и с моральной точки зрения этот «акт» будет иметь двусмысленный характер. Но Маннергейм был готов пожертвовать частью своей репутации во имя спасения Финляндии, которую он искренне любил и народ которой он искренне уважал.

    Начальник германского Генерального штаба Гудериан вспоминал: «День 15 августа был бурным днём в главной Ставке фюрера. На основе донесений с Западного фронта я сделал доклад о положении танковых соединений. Я заявил Гитлеру: «Одна храбрость бронетанковых войск не в состоянии возместить отсутствие двух других составных частей вооружённых сил – авиации и флота». Гитлер пришёл в ярость».

    В районе города Фалеза союзникам удалось окружить основные бронетанковые войска Вермахта на Западе. Только небольшая часть из них сумела прорваться на северо- восток, но мосты через реки были уничтожены англо-американской авиацией. После упорных боёв 19 августа немецкие войска в Фалезском котле капитулировали, а те танковые подразделения, которым удалось вырваться, подойдя к наведённым речным переправам, убеждались, что тяжёлым «Тиграм» и «Королевским тиграм» не суждено будет оказаться на противоположном берегу – переправы не выдержат их тяжести. И немцы начали сами уничтожать дефицитные боевые машины… Дорога на Париж оказалась открытой. Гитлер приказал разрушить город, взорвать мосты, но комендант Парижа фон Хольтиц твёрдо решил этого не делать. 19 августа, в день капитуляции немцев под Фалезом, в Париже началось восстание. Немцы уже уходили из французской столицы, и им в спину парижане продемонстрировали запоздалую отвагу и храбрость. Объективно говоря, вклад Франции в войну на стороне Третьего Рейха – вклад в экономику, вооружение, техническое обслуживание – значительно превышает французский вклад в разгром Германии… А в дни восстания в Париже царила необыкновенная эйфория! Нет, чтобы восстать хотя бы в день «Д» или же в дни боёв за полуостров Котантен! Под занавес началась вакханалия мстительных расправ, судов скорых и неправых. Особенно досталось женщинам, замеченным в симпатиях к оккупантам. Восставшие вели себя похуже оккупантов, вошедших в город в июне 40-го года. Эту бы энергию, бесстрашие и патриотизм да летом 1940 года - может быть, история не была тогда столь пошлой…

    Война приносит кровь и страдания миллионам людей, война требует немалых жертв. Это очевидно и не требует доказательств. Но существует и совсем другой взгляд на войну как на демонстрацию лучших человеческих качеств, как на главный двигатель прогресса, если не вообще прогресса, то хотя бы технического, и взгляд на войну как на особую эстетику, озарённую громами и молниями. Вот, к примеру, описание бомбардировки Парижа, принадлежащее перу очевидца, выдающегося немецкого писателя и философа Эрнста Юнгера: «С крыши гостиницы «Рафаэль» я дважды видел, как в направлении Сен-Жермен поднимались мощные облака взрывов, а эскадрильи на большой высоте удалялись. Их мишенью были мосты через Сену… Во время второго налёта, при заходе солнца, я держал в руке бокал бургундского, в котором плавала клубника. Город со своими красными башнями и куполами был окутан чудным великолепием, подобно чашечке для смертельного оплодотворения, облепленной насекомыми. Всё было спектаклем, явлением силы как таковой – утверждённой и возвышенной страданием». Хорошая проза, не правда ли? В дневнике того же Эрнста Юнгера есть и такая запись: «В Германии растёт число участников секты под девизом: «Наслаждайся войной, ибо грядущий мир ужасен». Конечно, подобное отношение рождалось не только в Германии, но и в Советском Союзе, но совсем по другим причинам. Я знал трёх русских женщин, прошедших оборону Севастополя и фронты, которые утверждали, что лучшими годами их жизни были годы войны: только там мы и пожили, утверждали они…

    Одной из важнейших составляющих побед Красной армии стала ударная мощь советской авиации. Дело было, конечно, не в численном превосходстве, хотя и о нём не стоит забывать, а в умелом взаимодействии военно-воздушных сил с танками и пехотой. Теперь на командных пунктах фронтов и армий в обязательном порядке присутствовал авиационный командир для координации совместных действий. И это приносило весомые плоды на полях сражений. Кроме того, в рядах русских лётчиков через горнило ожесточённых боёв прошли пилоты, ставшие бесспорными лидерами воздушных боёв. 19 августа звание Героя Советского Союза в третий раз был удостоен полковник, командир истребительной авиационной дивизии Александр Покрышкин. Александр Иванович стал к этому времени легендарным русским воздушным богатырём, воспитателем и учителем нескольких десятков первоклассных асов. Покрышкин был и первооткрывателем многих оригинальных приёмов воздушного боя, которым он умело обучал и своих подчинённых. Александр Покрышкин является единственным трижды Героем Советского Союза, который все три Звезды получил в дни войны против Германии. Другой известный советский-летчик-истребитель Иван Кожедуб был награждён третьей Звездой героя летом 45-го года, как и маршал Жуков, который в пятидесятые годы стал четырежды Героем и обладателем десятков орденов. Бывалые солдаты шутили, что на животе у маршала повисли все наши победы…

    20 августа началась Ясско-Кишинёвская наступательная операция войск 2-го Украинского фронта генерала Родиона Малиновского. Она развивалась столь успешно и стремительно, что политическому руководству Румынии необходимо было поторопиться с переменой фронта. После ареста в королевском дворце румынского диктатора Йона Антонеску его отвезли на конспиративную квартиру на окраине Бухареста и поручили охранять арестованного коммунистическому подпольному отряду. А король Михай, подписав соглашение о перемирии с союзными державами, объявил войну Германии. Румынская армия начала перестраивать свои боевые порядки, возник хаос, немцы подвергли Бухарест жестокой бомбардировке с воздуха, румыны отразили попытки захватить Бухарест, но решающим, конечно, было приближение Красной армии.

    На Западном фронте 15 августа союзники начали давно и тщательно ими подготовленную операцию «Драгун» - высадку войск на средиземноморском побережье Франции. 17 августа германское командование приказывает отвести все свои части на укрепление фронта на севере Франции. Это разумное решение запоздало минимум на два месяца и имело бы гораздо больший смысл до высадки союзников в Нормандии.

    Великобритания уже убедилась, какая опасность угрожает ей с испытательного полигона в Пенемюнде, где немцы значительно опередили своих противников в создании новых видов оружия. 18 августа 597 английских бомбардировщиков совершили налёт на полигон Пенемюнде. Англичане потеряли 42 самолёта, разрушены главным образом были жилые помещения, но главный ракетосборочный завод не пострадал.

    25 августа честь первой войти в освобождённый Париж была предоставлена французской бронетанковой дивизии генерала Леклерка. В столице Франции начались трёхдневные торжества. Де Голль со своими сторонниками шагал по Елисейским полям, пользуясь всеобщим восхищением и любовью. Он, конечно, это заслужил, великий француз, своей неустанной борьбой против гитлеризма. Но в эти славные дни мало кто задумывался о тех противоречиях, которые привели французское общество к катастрофе четыре года назад. А ведь на самом деле реакция деления продолжалась, и буквально через несколько месяцев генерал Де Голль окажется перед тяжелейшими проблемами при отсутствии национального единства, идейной розни левых и правых. И в этом месяце возрождения Франции, в августе, эти проблемы продолжали существовать. Вот что записал, например, в дневнике писатель Дриё ла Рошель: «Гитлер нравится мне целиком и полностью, невзирая на все его ошибки, всё его невежество, всё его пустозвонство. По сути, он дал мне мой политический идеал: физическую гордость, устремлённость к движению, авторитету, воинскому героизму – и даже романтическую потребность исчерпать себя, самоуничтожиться в не просчитанном, не соразмеренном, чрезмерном гибельном порыве, но он не реализовал мой социальный идеал; у меня к нему огромные претензии за то, что он не уничтожил касту капиталистов и старую военную касту, которую я презираю и ненавижу! Короче говоря, от мифа о диктатуре пролетариата прок был, равно как и от мифа о материализме: этот миф был рычагом, чтобы избавиться от рухляди старых классов». Автор не марксист, но разрушить всё до основанья готов…

    В конце августа Вермахт занял Словакию, в этот же день, 29 августа, началось Словацкое национальное восстание. Как и почти все восстания этого периода, их начало было связано с неизбежным приходом Красной армии.

    Румыния короля Михая была спасена от яростных мстительных германских атак только армиями 2-го Украинского фронта и кораблями Черноморского флота, взявшим под контроль Констанцу и Плоешти. Германия рассталась с основными нефтяными источниками.

    Может быть, единственным германским успехом в войне в августе 44-го года стала удачная торпедная атака подводной лодки У-482, потопившей английский транспорт в 10.000 тонн водоизмещением…

    В конце августа немцы собрались с силами и под командованием группенфюрера СС Бах-Зелевски начали беспощадную расправу с участниками Варшавского восстания и жителями города. В польской столице развернулись уличные бои, в которых германские войска методично теснили и уничтожали восставших…

    Отношение к Варшавской драме 44-го года и сегодня чревато крайней поляризацией мнений и тем самым далеко от справедливости. Красная армия не пришла на помощь и не спасла варшавских повстанцев, значит не захотела. Это первое.

    Второе – армия Крайова и генерал Бур-Комаровский, возглавивший восстание в столице Польши, поначалу и не хотели, чтобы Красная армия приходила им на помощь, они торопились освободить Варшаву до её прихода, чтобы не допустить установления в Польше советской власти.

    Эти два положения и есть тот водораздел, в пределах которого нет и никогда не будет места согласию. А смягчающих обстоятельств сколько угодно. Например, нельзя не учитывать, что 1-й Белорусский фронт маршала Рокоссовского с боями прошёл до Вислы около 600 километров. Любая армия мира имела бы право на передышку в таком случае. С другой стороны, рядовые участники Варшавского восстания горели желанием покончить с оккупацией своего прекрасного города и не были участниками никаких политических замыслов. Они просто погибали в борьбе с тем же врагом, что и солдаты Красной армии, и, конечно, заслуживали отношения к себе как к соратникам по оружию…

    И ещё можно привести немало аргументов за и против. Но суть Варшавской трагедии в другом – в идеологическом характере войны. И в идеологических целях войны. Восстание в Варшаве, кроме всего прочего, несло в себе идеологический антибольшевицкий смысл, армия Крайова могла и должна была это себе позволить, а руководимая большевиками Красная армия имела все основания позволить себе игнорировать это восстание. В итоге погибли десятки тысяч людей. Излишне, наверное, напоминать, какое громадное число людей погибло во Второй мировой войне сугубо по идеологическим мотивам. Это и так все знают.

    Четвёртое военное лето на Восточном фронте предъявило миру совершенно неожиданную русскую армию. В нечеловеческих страданиях, в смертельном противостоянии открылось чувство русской национальной гордости и раскованности. Об этом феноменальном преображении размышлял тогда в Швейцарии философ Иван Александрович Ильин: «Трудно сказать, как развилась бы эта война, если бы немецкое наступление принесло русскому народу лёгкий режим… Однако действительность шла иным путём: чем дальше во времени и пространстве заходила война, тем заметнее пробуждался национальный русский инстинкт самосохранения, тем сильнее становилась решимость русского народа обороняться от врага и тем больше воюющие народные массы учились подчиняться дисциплине национального военного Верховного командования, не обращая внимания на партийный режим…

    Приобрести книгу в нашем магазине: http://www.golos-epohi.ru/eshop/

    Заказы можно также присылать на orders@traditciya.ru

     

    _______________________________

    ПОНРАВИЛАСЬ КНИГА?

    ПОДДЕРЖИ ИЗДАТЕЛЬСТВО!

    Карта ВТБ: 4893 4704 9797 7733

    Карта СБЕРа: 4279 3806 5064 3689 (Елена Владимировна С.)
    Яндекс-деньги: 41001639043436
     

    ВЫ ТАКЖЕ ОЧЕНЬ ПОДДЕРЖИТЕ НАС, ПОДПИСАВШИСЬ НА НАШ КАНАЛ В БАСТИОНЕ!

    https://bastyon.com/strategiabeloyrossii

    Категория: - Разное | Просмотров: 174 | Добавил: Elena17 | Теги: РПО им. Александра III, виктор правдюк, книги, россия без большевизма, вторая мировая война
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Подписаться на нашу группу ВК

    Помощь сайту

    Карта ВТБ: 4893 4704 9797 7733

    Карта СБЕРа: 4279 3806 5064 3689

    Яндекс-деньги: 41001639043436

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 1920

    БИБЛИОТЕКА

    СОВРЕМЕННИКИ

    ГАЛЕРЕЯ

    Rambler's Top100 Top.Mail.Ru