![](https://sun9-22.userapi.com/impg/DI9y8-bxEh9PIZy-VZJC4hHAuy6uielZqlP7dQ/DtTFd_d1WAQ.jpg?size=604x352&quality=95&sign=16bfc2ec1265006c0b49f422b6d7f07d&type=album)
«Ужасное злодеяние случилось в Москве, - записал в дневнике Император Николай II, - у Никольских ворот дядя Сергей, ехавший в карете, был убит брошенною бомбою, а кучер смертельно ранен. Несчастная Элла (Великая Княгиня Елизавета Федоровна, супруга убитого), благослови и помоги ей, Господи!»
В день трагедии был издан Высочайший манифест: «Объявляем всем верным Нашим подданным: Провидению угодно было поразить нас тяжелою скорбью. Любезнейший Дядя Наш Великий Князь Сергей Александрович скончался в Москве в 4-й день сего февраля на 48 году от рождения, погибнув от дерзновенной руки убийц, посягнувших на дорогую для Нас жизнь его. Оплакивая в нем Дядю и друга, коего вся жизнь, все труды и попечения были безпрерывно посвящены на службу Нам и Отечеству, Мы твердо уверены, что все Наши верные подданные примут живейшее участие в печали, постигшей Императорский Дом Наш, и соединят теплые молитвы свои с нашими об упокоении в Царстве праведных души усопшего Великого Князя».
Сын первого убитого революционными заговорщиками Императора России Александра Второго – Великий Князь Сергий также погибает от их сатанинской злобы. За ними последуют другие Романовы. Обезглавить Империю, запугать шатающихся, увлечь народ сказками о «земном рае без богачей» - вот цель врагов России, окопавшихся на Западе и прикармливающих всякий сброд внутри страны. Это видно и сегодня – в начале 21 века. Весь Запад сбросил маски и ополчился на Россию в стремлении уничтожить ее всеми силами, ибо Россия мешает их планам установления мирового господства.
За полгода до смерти Сергий Александрович писал своему племяннику Императору Николаю II: «Дела еще ухудшились, и положение Москвы крайне меня тревожит в политическом и социальном смысле... Мы переживаем страшно трудные времена, и враги внутренние в тысячу раз опаснее врагов внешних. Брожение умов, например, в Москве нехорошее, я наслышался со всех сторон того, что никогда прежде не слыхал». Люди без крепкой веры, что стадо без пастуха – сегодня кричат осанну, а завтра требуют распять. Если в начале 1904 года у генерал-губернаторского дома на Тверской проходили восторженно-патриотические манифестации по поводу начала русско-японской войны, то уже в конце 1904 года в ходе студенческих безпорядков в окна этого же дома летели камни.
В речи на панихиде по убиенному Великому Князю 5 февраля 1905 года протоиерей-мученик Иоанн Восторгов произнес: «Выстрел за выстрелом, взрыв за взрывом, кровь за кровью и убийство за убийством на Русской Земле. И вот пролилась кровь, благородная кровь ближайшего Сродника Государева. Не в честном бою, не пред лицом открытого ополчившегося врага, а от злодея, из-за угла поджидавшего жертву, от фанатика, исповедующего убийство во имя жизни и насилие во имя свободы, пал царский Сродник и Слуга. Люди русские! Одумаемся! Знамения Господни зовут нас к этому... Государство в опасности, люди гибнут на войне и внутри страны, презренное и гнусное убийство вышло из темных углов и нагло показывается на улицах, а сыны народа, почитаемые его мыслящею частью, как будто ничего не случилось, твердят и твердят о своих мечтательных и заморских идеалах, своими писаниями плодят и плодят недовольство в стране вместо успокоения, несут разделения, раздоры вместо мира и согласия... Люди русские! Одумаемся! Суд при дверях. Господь близ. Жертвы кровавые перед нами. Поминая молитвою эту новую и страшную жертву - убиенного Великого Князя Сергея Александровича, восплачем о нем, восплачем о растерзанном сердце Царя, о несчастной терзаемой России, восплачем и о себе самих!»
9 февраля Великая Княгиня Елисавета Феодоровна нашла в себе силы отдать последний христианский долг верному слуге Князя - кучеру Андрею, также погибшему от взрыва. Княгиня переоделась их траурного в другое платье и при разговоре со смертельно раненым кучером не сказала ему о гибели Князя. Тот скончался в мирном состоянии духа, и ныне там, в райских селениях, они, конечно, вместе. Елисавета Федоровна присутствовала за Литургией и панихидой в церкви Яузской больницы, а затем шла 3 версты пешком вместе с вдовой, сопровождая гроб раба Божьего Андрея до Павелецкого вокзала. В селе Ивановском Ступинского района Московской области есть могила с надписями на крымском камне: «Здесь похоронен кучер Великого Князя Сергея Александровича АНДРЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ РУДИНКИН. Крестьянин Московской губернии Серпуховского уезда Хатунской волости, деревни Сумароковой», «Умер от ран, полученных им от бомбы, убившей Великого Князя Сергея Александровича в Московском Кремле 4-го февраля 1905 года», «Добрый и верный раб! В малом ты был верен, над многими тебя поставлю; войди в радость господина твоего», «Памятник сей поставлен Великой княгиней ЕЛИСАВЕТОЙ ФЕДОРОВНОЙ Августейшей супругой в Бозе почившего Великого Князя Сергея Александровича»…
«Наши крамольники не оставили его (Князя Сергия – прим. авт.) в покое. Зная, что он не вмешивается уже более в политику, что он не может вредить их намерению довести Россию путем смуты до гибели, они мстили ему за то, что он свято исполнял свой долг в прошлом, за то, что он никогда раньше не изменял своему долгу Царского слуги и верноподданного. Вот почему сатанинская злоба извергов решила погубить его. Но была и другая причина, заставившая крамольников поднять руку на Великого Князя. Они не могли не сознавать, что затеянное ими адское дело - низвержение Царского Самодержавия - ни на какой прочный успех рассчитывать не может, что рано или поздно русский народ встанет во весь свой исполинский рост и дружными усилиями избавит Россию от революционной крамолы. В этой освободительной борьбе, несомненно, приняли бы живейшее участие все русские люди, которым Великий Князь, конечно, служил бы доблестным примером самоотверженной преданности Царю и России. Лишить Россию не только в настоящее время, но и на будущий период ее возрождения сильных и убежденных защитников - вот гнусная цель наших революционеров», - писали в возмущенной свершившимся злодеянием прессе.
Итак, Елисавета Феодоровна находит силы посетить в тюрьме убийцу своего супруга. Она передает ему образок со словами: «Я вас прощаю, Бог будет Судьей между Князем и вами, а я буду ходатайствовать о сохранении вам жизни». Это она сказала от себя и зная, что Князь Сергий поступил точно также, когда дело касается прощения личных врагов. Но прощение отнюдь не означает сюсюкание и сердобольность в отношении разбойников и убийц. После убийства министра внутренних дел Дмитрия Сипягина Елисавета Федоровна писала Николаю II: «Неужели нельзя судить этих животных (убийц министра - прим. ред.) полевым судом?..» Княгиня предлагает «не публиковать фамилий тех, кто совершил покушение или преуспел в подобных преступлениях… Необходимо сделать все, чтобы не допустить превращения их в героев, чтобы убить в них желание рисковать своей жизнью и совершать подобные преступления (я считаю, что пусть бы он лучше заплатил своей жизнью и таким образом исчез!). Но кто он и что он - пусть никто не знает… и нечего жалеть тех, кто сам никого не жалеет».
Подобно Христу Княгиня Елисавета призывает убийцу в камере к покаянию. Тот был сначала ошеломлен. Он явно не ожидал такого поворота событий. Однако его замешательство было недолгим. Он ни о чем не жалел. Каляев не проявил раскаяния и отказался просить о помиловании. Он даже дерзко писал Великой Княгине, что лишь «посочувствовал» ее горю, потому и говорил с ней, но не жалеет о содеянном зверстве…»
Из дневника Великого Князя Константина Константиновича (поэта К.Р.): «Под сводами храма, арками отделенного от церкви, где покоятся мощи Святителя Алексия, посередине стоял на небольшом возвышении открытый гроб. Видна была только грудь мундира Киевского полка с золотыми эполетами и аксельбантом (Князь погиб, как доблестный воин, на боевом посту – он все еще являлся Командующим Московского военного округа – прим. авт.); на месте головы была положена вата, задернутая прозрачным покрывалом, и получалось впечатление, что голова есть, но только прикрыта. Сложенные накрест пониже груди руки, а также ноги были закрыты серебряным парчовым покровом; гроб дубовый, с золочеными орлами».
На 10 февраля было назначено отпевание. В 10 часов утра по городу разнесся скорбный перезвон кремлевских колоколов. Первые лица Москвы, представители обществ, жена и приемные дети покойного отправились в Чудов монастырь для участия в траурной церемонии. Когда-то маленький Сережа в удивление всем горячо молился здесь на архиерейском Богослужении. Поддержать Великую Княгиню Елизавету Федоровну приехали из Англии ее сестра принцесса Виктория Баттенбергская и брат Великий герцог Эрнст Людвиг с супругой, а также герцогиня Эдинбургская - сестра Великого Князя Сергея Александровича. Проститься с Сергеем Александровичем приезжал также его младший брат Павел Александрович. Ворота Кремля оставались закрытыми. На Красной площади собрались люди. В тот же день и в то же время в церкви Большого Царскосельского дворца в присутствии Императора Николая II и членов Императорской Семьи состоялось заупокойное Богослужение. Запаянный гроб с останками Великого Князя был перемещен в Андреевский храм Чудова монастыря.
Погребение Великого Князя Сергия было смиренным, простым и скромным. Он был бы рад именно такому прощанию самых близких ему людей. Для погребения в той части Чудова монастыря, которая непосредственно примыкала к Николаевскому дворцу, за год по проекту художника П.В.Жуковского был построен храм-усыпальница во имя преподобного Сергия Радонежского. В этой усыпальнице 4 июля 1906 г., накануне дня обретения мощей преподобного Сергия Радонежского, и состоялось торжественное захоронение. В нем приняли участие супруга и приемные дети Великого Князя, лица свиты, старшие чины генерал-губернаторского управления, а также специально приехавшие на похороны Великий Князь Константин Константинович с супругой Елизаветой Маврикиевной, Великие Князья Алексей Александрович (старший брат Сергея Александровича) и Борис Владимирович, королева эллинов Ольга Константиновна (двоюродная сестра Сергея Александровича) и ее сын королевич Христофор Греческий. После всенощного бдения в Андреевском храме гроб с останками мученика Сергия Романова перенесли в Алексеевский храм, где была отслужена лития. Затем гроб переместили в усыпальницу. Печальная процессия с гробом и зажженными свечами несколько раз пересекала Царскую (Ивановскую) площадь, где шпалерами стояли чины 5-го Гренадерского Киевского полка, шефом которого являлся Великий Князь Сергей Александрович. В храме-усыпальнице была совершена панихида, гроб опустили в заранее подготовленный склеп. Так один из Династии Романовых стал первомучеником Московского Кремля, в котором и был погребен.
Вспомним слова Священномученика Иоанна Восторгова, произнесенные им 29 апреля 1907 г. при закладке храма в память убиенного Великого Князя Сергия Александровича и всех павших при исполнении долга от руки злодеев-революционеров: «Творим ныне молитвенную память и чествуем благоговейною любовью тех многих убитых, растерзанных, погубленных, которые пострадали даже до крови и смерти во имя долга, вспоминаем с молитвою о тех верных рабах, которые закон, Господом данный, и долг, Им возложенный, возлюбили паче сребра и злата, паче меда и сота. В годину помутившейся общественной совести, в годину сатанинского издевательства над долгом и присягою, когда нарушение их объявляется уже не позором и низкою изменой, а признаком свободы и высшего развития; в годину, когда страшная сила зла захотела отринуть богооткровенный Закон и построить жизнь личную, общественную и государственную исключительно на началах эгоизма, личных прихотей и похотей, на началах удовольствия и пользы, – во всех слоях русского общества нашлись люди, оказавшиеся верными идеальным заветам христианства, пострадавшие за них, нашлись мученики долга. В великом множестве проходят они пред нашим духовным взором, в великом множестве: их десятки тысяч только в эти последние два-три года. Здесь Великий Князь приснопамятный Сергий Александрович и здесь же убитые солдаты, казаки, городовые; здесь министры, губернаторы, высшие начальники и здесь же зарезанные, застреленные артельщики, сторожа, всякие служащие лица, виновные лишь в том, что они охраняли чужую жизнь, несли чужое имущество или оберегали его от воровства и грабительства, именуемых ныне «экспроприациями»; здесь убитые священники, не умолкнувшие пред злом и его изобличавшие; учители и воспитатели, пробовавшие образумить молодежь; здесь писатели, общественные деятели, что будили в других сознание долга; здесь члены патриотических союзов, во всех концах России избиваемые; здесь случайно подвернувшиеся под бомбы и выстрелы современных варваров прохожие, старики, женщины и малолетние дети. Многие из этих жертв долга наперед ясно знали, что их ожидает. Когда служили панихиду по разорванном на части бомбою министре Плеве, покойный Великий Князь Сергий Александрович, склонившись в молитве и весь отдавшись Богу и Его воле, уже знал твердо, что его участь решена, и его смерть будет такою же, как смерть оплакиваемого покойника. Слепцов, Игнатьев, Лауниц, Павлов и другие, на смерть обреченные; солдаты, казаки, городовые, выходившие на пост после вчерашних расстрелов из-за угла их товарищей, – все они знали, на что идут, что их ждет. Когда и теперь городовой утром станет на свое опасное место, крестится на все стороны и смотрит пред собою с молитвой на крест ближайшего храма, он обрекает себя на смерть, а семью на сиротство, бедность и лишения... Кто войдет в душу этих мучеников, кто измерит глубину их молчаливого страдания, кто постигнет всю тяжесть угнетавшего их чувства осужденных на смерть за верность долгу, осужденных каким-то беззаконным кровожадным судилищем, не знающим ни правды, ни жалости, упивающимся в веселии кровью, решающим жизнь и смерть без суда, без допроса, по одному безудержному размаху злобы, фанатизма и кровавого помешательства?! Да, тяжко им было, но тем выше, тем дороже, тем славнее их подвиги. Революционная волна идет на убыль, но слишком медленно, почти неприметно. Убийства продолжаются. Знаем, что многим из нас грозит смерть, знаем, что многие из нас обречены на кровавую расправу за смелость борьбы с революцией даже словом; остановка только за благоприятным и подходящим случаем... Но пока еще свет очей с нами, и жизнь не отнята – над нами родное небо, ласкающее солнце, кругом родная природа, расцветающая теперь весеннею красой, с нами родные и близкие люди, родные храмы... Но что сказать вам, безвременно погибшие, убиенные и растерзанные мученики долга? Кто вас утешит и восхвалит за понесенные страдания, за отданную Родине в молчаливом подвиге жизнь, за кровавые, горящие раны? Где теперь ваше родное, ваше небо, ваше солнце? Где ваш храм и где вы служите Богу, Которого вы возлюбили?
Отвечает святой тайнозритель Иоанн: Взглянул я, и вот, великое множество людей, которого никто не мог перечесть... стояло пред Престолом и пред Агнцем в белых одеждах и с пальмовыми ветвями в руках своих... И, начав речь, один из старцев спросил меня: сии облеченные в белые одежды, кто и откуда пришли?.. И он сказал мне: это те, которые прийти от великой скорби; они омыли одежды свои и убелили одежды свои Кровью Агнца. За это они пребывают ныне пред Престолом Бога и служат Ему день и ночь в храме Его, и Сидящий на Престоле будет обитать в них. Они не будут уже ни алкать, ни жаждать, и не будет палить их солнце и никакой зной... и отрет Господь всякую слезу от очей их, и смерти уже не будет, ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло. Для них уготован на небе новый и великий город, святой Иерусалим... Господь Бог Вседержитель — Храм Его, и Агнец. И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего, ибо слава Божия осветила его, и светильник его — Агнец... Ворота его не будут запираться днем; а ночи там не будет. И принесут в него славу и честь народов (Апок. 7:9,13-17; 21:4,10,22-26). Вот где покой ваш, мученики долга, вот ваше небо, вот новый город, ваша вечная Родина! В царство вечного вашего покоя пусть проникнет к вам молитва любви с вашей Родины земной. И скорби, и стоны, и слезы – горючие слезы ваших вдов и сирот, отцов и безутешных матерей, родных, близких и всех честных русских людей, верных долгу пред Богом и Родиной, – пусть взойдут на небо. Океаном горя нашего поднимутся эти слезы и достигнут Вечного Града вашего, вашей новой Отчизны. Они предстанут безмолвные пред Сидящим на Престоле и будут умолять о вас вечного Агнца, Искупителя мира, умолять вечную Милость и Правду... Долго-долго будут они литься по скорбному лицу вашей земной страдающей Родины: просочатся они и до ваших земных могил и омоют ваши страдальческие кости! Нам же, еще оставшимся в живых, всем слугам добра и Отчизны, нам в заповедь: молитва о вас и память, почитание вашего подвига не словом только, но делом, верностью христианским началам жизни, верностью нашему долгу пред Богом и Родиной, неустанною борьбой с замутившеюся общественною мыслью и совестью, готовностью постоять во имя долга до смерти и крови. Только в этом выразятся наше почитание и наша благодарность мученикам за Родину. А страх, уступки, измена тому, чему они служили, – это будет признанием безплодности и ненужности их подвига, горькою насмешкой над пролитою их кровью, вторым их распятием. Кровь Агнца Непорочного – Христа, пролитая во оставление грехов мира, будет приноситься здесь воспоминательною, умилостивительною о них Жертвою. Да будет она для них очищением и залогом вечной к ним милости и вечного спасения. Они ушли от земли, ибо так подобало им исполнить всякую правду, по образу Христа. Да будет правда Его и милость их вечным покровом, их вечною радостью! Аминь».
Поражает цифра жертв революционного террора и где - в Императорской России! Всего за два-три года десятки тысяч невинно убиенных… Не репетиция ли это кровавой бойни позже устроенной этими же, но уже пришедшими к власти, терористами после 1917 года, когда погибали сотни тысяч, если не миллионы таких же невинных и поэтому позже реабилитированных людей?!
Великий Князь Сергий стал мучеником не в момент взрыва бомбы разбойника, но гораздо раньше, мучимый тем, что видел и слышал. Нелегка и борьба со своими собственными страстями. Сколько труда, сколько боли, какие слезы, какие молитвы необходимы для того, чтобы пришло даже малое облегчение! Настоящее мученичество! Не в этом ли причина того, что немало людей отказывается от духовной борьбы и мирятся со злом? Но если наша духовная борьба основана на Камне веры – Христе, то исход ее – награда не от людей, а от Бога Сущего на Небесах.
В 1995 году на Ивановской площади Московского Кремля во время ремонтных работ был обнаружен склеп с захоронением убиенного мученика Великого Князя Сергия. Фактически это было вторым обретением мощей Князя-страдальца. 17 сентября 1995 года его останки по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II при большом стечении народа были торжественно перенесены из Кремля в Новоспасский монастырь, где упокоились первые Романовы.
2 апреля 1908 года на месте гибели Великого Князя Сергея Александровича вместо временного чугунного креста был установлен массивный восьмиконечный бронзовый семиметровый Поклонный Крест в древнерусском стиле работы художника В.М. Васнецова. Внизу Креста была начертана надпись: «Прости им, Господи, ибо они не ведают, что творят».
Немало людей сегодня стремятся к покою, причем к покою житейскому – «вот бы не было боли и болезней», «вот всегда бы было здоровье», «вот не нуждаться бы ни в чем: есть, спать, радостно работать и получать хорошую зарплату», «вот бы отдыхать с музыкой и песнями» и т.д.. Но покоя нет, да и какой может быть покой у грешников. Будит Господь спящих во грехах болезнями, напастями, войнами, бедами, страданиями, а воз и ныне там. Не хочет исправляться и изменяться к лучшему человек. И это самое страшное мучительство в жизни. Совсем другое – все делать стараться ради Бога, с рассуждением, по молитве, со смирением и любовью. Тут Господь дает Благодать, и все разрешается чудно и к пользе, хоть и не без труда. Вот кто может сказать, как управляется огромная страна Россия? Невозможно объяснить это без Бога. Настоящий мученик – это не только официально казнимый за любовь и веру, за исполнение христианского долга, но тот, кто по примеру Господа молится за распинающих и убивающих его. Делая такое, каждый получит милость и помощь Божию. Вот единственный путь к миру Божьему в наших душах, а иначе будет безпрерывная война и погибель. Все обители на Небесах – это обители мучеников кровных и безкровных, кто сердцем и душой болел за торжество Святости.
В комментариях к материалу «КНЯЗЬ-МУЧЕНИК - Великий Князь Сергей Александрович» Натальи Домниной (Интернет-портал «Православие.RU» отыскался удивительный факт: некая Света пишет 16 февраля 2018, 21:48: «Сергея Александровича стоит канонизировать не по причине смерти от рук террориста, а по причине служения Христу, Которому он служил своей жизнью: Палестинское православное общество, забота о сиротах, благотворительность. Достаточно посмотреть в глаза. В них простота, свет и никакой лжи. Лично я давно удивляюсь, почему он не канонизирован. Год или чуть больше назад во сне я оказалась в храме Марии Магдалины в Палестине, Великий Князь помазал мне лоб миром и сказал «вот хорошо». Я проснулась. Комната благоухала. Уже позже я узнала, что Сергей Александрович строил этот храм. И еще я знаю: независимо от того канонизируют его или нет: он нас любит»
Многие ожидают от веры в Христа и пребывания в Церкви радости, благополучия, разрешения материальных проблем и т.д., что само по себе неплохо. Но только желать, а самим продолжать жить, как хочется, - от этого ничего хорошего не выйдет. И тогда немало людей… уходят из Церкви, вместо того, чтобы исполнить Закон Божий и бороться со злом. Это и есть духовное поражение. Такие неверы, маловеры и вообще потребители по жизни не заслуживают Царство Небесное и вообще высокого звания человека, как создания Божьего. Сам Бог показал, что без борьбы, без любви жить нельзя. Отдай кровь и примешь Дух.
«Что ж получается, вера всегда связана с мучением?» - вопрошают те, кто намерен жить всегда и везде сладко, без боли. Мучение мучению рознь. Кто мучительно преодолевает грех и злые страсти, тот непременно радуется, видя результат. Вера – это не мучение, а преодоление злобы, прежде всего, внутри себя. Без борьбы победить ни в чем не удастся. Сами сластолюбцы потом убедятся, что их жизнь вовсе не была счастливой, а скорее горестной и осужденной Богом и людьми.
«Когда будешь идти по жизненному полю, то собирай цветочки, и соберешь целый букет, а плоды получишь потом. Цветочки - это печали и горести. Вот их и нужно собирать, и получится чудный букет, с которым предстанешь в День Судный, и тогда получишь плоды – радости» (Преподобный Нектарий Оптинский).
Почему Святость невозможно победить? Бог Свят и Вечен! Побеждать-то, оказывается, надо себя, грешника в себе и становиться святым. Русь в Божественной Святости есть Дом Божий и Пресвятой Богородицы. И кто верен этому Дому, любит этот Прекраснейший Дом, тот и настоящий русский, кем бы он не был по национальности. Поэтому быть русским, означает быть православным. Кто неправославен, то не русский, не имеет части в Доме Отца Небесного и Матери Небесной. Быть настоящим русским – высочайшая честь и достоинство.
Советские историки не уставали петь дифирамбы подвигу СССР во второй мировой войне. На самом деле победили не безликость и безбожие, но дух народа, его вера в правое дело победы Любви над любыми видами насилия, которую дарует Господь по Своей великой милости за исповедание Святости. Не удалось безбожному строю выветрить даже за несколько десятилетий веру в Христа. И именно эта безкорыстная вера и совершила победу над врагом.
В 2022 году исполнилось ровно 130 лет со дня избрания Великого Князя Сергия Александровича Почетного членом Берлинского Православного Свято-Князь-Владимирского Братства. Братство было основано в 1890 г. настоятелем посольской церкви в Берлине протоиереем Алексием Мальцевым для помощи российским подданным и православным христианам любой национальности, оказавшимся в беде заграницей, а также с целью оказания помощи православным храмам. Цели Братства, как и цели Паломнической Миссии в Иерусалиме вполне конкретны – оказание милосердия людям в крайне сложных ситуациях. Членами Братства числились такие личности как Святитель Феофан Затворник, праведный Иоанн Кронштадтский, Равноапостольный Николай Японский, Священномученик Митрополит Владимир (Богоявленский) (при вступлении в Братство Экзарх Грузии и Архиепископ Карталинский и Кахетинский, позже Митрополит Киевский), Преподобномученица Великая Княгиня Елизавета Феодоровна, Страстотерпец Великий Князь Михаил Александрович (брат Императора Николая II), Королева Вюртембергская Ольга Николаевна (дочь Императора Николая I), Великий Князь Алексей Александрович, Великий Князь Павел Александрович, Великий Князь Георгий Михайлович, Великий Князь Михаил Михайлович, Князь-мученик Владимир Павлович Палей, принцесса Альтенбургская и герцогиня Мекленбургская Елена Георгиевна, граф М.Н.Муравьев, граф А.В.Голенищев-Кутузов, генерал-адъютант И.Л.Татищев, контр-адмирал Ф.В.Дубасов, К.К.Грот, В.А.Дашков, композитор и дирижер А.Г.Рубинштейн и другие. В пригороде Берлина был создан Дом памяти Императора Александра III, в котором люди находили ночлег. При Доме были созданы разные мастерские, столярная, типография и садоводческое хозяйство, в которых попавшие в беду лица могли поработать и своим трудом заработать достаточно денег, чтобы вернуться в Россию, не теряя лицо и достоинство. При Доме находились также русская библиотека и музей русской культуры. Стараниями Братства был устроен храм во славу небесного покровителя Великого Князя Сергия - Преподобного Сергия Радонежского Чудотворца в Бад-Киссингене (1901 г.).
Братство – вот самое подходящее слово для понимания того, как должны были бы жить люди на земле, но только Братство во Христе (Братство и Сестричество), а не лжебратство грешников, которые толпятся друг за другом в духовной слепоте, идут наугад и погибают.
Что помогает творить доброе, святое, саму жизнь в порою ужаснейших и несносных условиях нарастания зла? Ответ – помогает не что, не нечто, а только БОГ. В конце игры немецкий композитор И.С.Бах всегда писал «Soli Deo gloria» (Только Богу слава), а в начале – «Господи помоги». В детстве он потерял мать, потом отца, затем 10 детей в первом и втором браке. Все же, не смотря ни на что, продолжал творить во Славу Божью. Его музыка до сих пор утешает человеческие сердца.
Что в мире нет утешения, мы это видим на примере жизни Великого Князя Сергия и его супруги Елисаветы, ибо они были гонимы миром не от Христа и злобно умерщвлены им. Мир не от Святой Троицы ничего им не дал для счастья и, тем более, спасения, да они и не ждали ничего такого от него, ибо все верующие предупреждены Спасителем: «Как Меня гнали, так и вас будут гнать за имя Мое». Но это отнюдь не значит, что Мученики и страстотерпцы Сергий и Елисавета не были счастливы. В духовном смысле счастливее их еще надо было поискать. Ведь у Сергия и Елисаветы был Бог, Святая Русь и семья! А где Бог, Церковь, Святость, взаимная любовь – там и счастье, которое никто не может отнять у верующих счастливцев. Поэтому, не смотря на все трудности жития святых мучеников, весь их путь пронизан неземным Светом и утешением. Поэтому Бог и говорит: «Иго Мое и бремя легко есть». И вот это утешение от святых подвижников, мучимых миром злобы, передается и нам, оставаясь навсегда в сердце. В мире ведь как чаще всего – обратили на нас внимание и тут же забыли, но Бог и святые Его не забывают жалеть и утешать людей даже после своей кончины. Единственно о чем жалеют мученики за Христа, так это о том, что слишком мало людей знают Бога, слишком много люди делают глупостей, а то и преступлений, не ведая Спасителя. «В этот раз у меня такое странное впечатление от Петербурга – безмерная жалость к человечеству. И слова Христа такой грустью наполняют душу: «Сколько раз хотел я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели» (Мф. 23:37). Этот свет – наряжаются, торопятся, клевещут... а жизнь так коротка, и вся Христова любовь ждет нас, а они и не помнят об этом, бедное человечество» (Княгине З.Н. Юсуповой 1 октября 1908 г.). В этих словах – ответ на вопрос, почему же стала возможной революция в России. Но, слава Богу, святые подвижники молятся и в земной жизни и там, в Жизни нестареющего века за всех, чтобы спаслись многие.
Святые слова, то есть идущие из сердца по любви к Богу и ближнему, всегда оставляют неизгладимый отпечаток. Если прочитать тех же Романовых – святых мучениц Александру и сестру ее Елисавету, то можно многое понять и многому научиться, чтобы идти не за переменчивым и обреченным на неизбежные изменения миром, а за Вечным Христом.
В мае 1944 года писатель И.А.Бунин (1870 - 1953) так описал образ Княгини Елизаветы: «...На Ордынке я остановил извозчика у ворот Марфо-Мариинской обители: там во дворе чернели кареты, видны были раскрытые двери небольшой освещенной церкви, из дверей горестно и умиленно неслось пение девичьего хора. Мне почему-то захотелось непременно войти туда. Дворник у ворот загородил мне дорогу, прося мягко, умоляюще: «С лилиями - Нельзя, господин, нельзя!» - «Как нельзя? В церковь нельзя?» - «Можно, господин, конечно, можно, только прошу вас за ради Бога, не ходите, там сичас Великая Княгиня Ельзавет Федровна и Великий Князь Митрий Палыч... Я сунул ему рубль - он сокрушенно вздохнул и пропустил. Но только я вошел во двор, как из церкви показались несомые на руках иконы, хоругви, за ними, вся в белом, длинном, тонколикая, в белом обрусе с нашитым на него золотым крестом на лбу, высокая, медленно, истово идущая с опущенными глазами, с большой свечой в руке, Великая Княгиня; а за нею тянулась такая же белая вереница поющих, с огоньками свечек у лиц, инокинь или сестер, - уж не знаю, кто были они и куда шли...».
В отличии от писателя, Великая Княгиня и детские души знали, что идут они за Христом, что целью христианской жизни как раз и является следование за Спасителем во исполнение Его же слов: «Возьми крест свой и следуй за Мной» Куда же нам следовать, как не в Царство Небесное!
«Воспоминания о Великой Княгине Елизавете Феодоровне» написала проживавшая в Италии (Сан-Ремо) графиня Александра Андреевна Олсуфьева (1846-1929), урожденная Миклашевская. Графиня была хорошо знакома с княгиней Елизаветой и знала многие факты ее биографии. В тексте воспоминаний графини читатели находят для себя тот важный тезис, содержание которого было давно предугадано игуменом Серафимом: «... Она (Княгиня Елизавета) была подобна первым мученикам христианства, погибшим на Римских аренах. Возможно, что ко времени наших правнуков, Церковь ее причислит к лику своих святых».
Казненной безбожниками Александре Нарышкиной Елисавета Федоровна писала: «Я счастлива, что Вы разделяете мое убеждение в истинности выбранного пути; если бы Вы знали, до какой степени я чувствую себя недостойной этого безмерного счастья, ибо, когда Бог даст здоровье и возможность работать для Него, это и есть счастье. Вы ведь достаточно меня знаете, чтобы понять, что я не считаю свою работу чем-то совершенно необыкновенным, я ведь знаю, что в жизни каждый – в своем кругу, самом узком, самом низком, самом блистательном… если мы при этом и исполняем свой долг и в душе нашей и молитвах доверяем свое существование Богу, чтобы Он нас укрепил, простил нам наши слабости и наставил бы нас (направил на путь истинный). Моя жизнь сложилась так, что с блеском в большом свете и обязанностями по отношению к нему покончено из-за моего вдовства; если бы я попыталась играть подобную роль в политике, у меня бы ничего не получилось, я бы не смогла принести никому никакой пользы, и мне самой это не принесло бы никакого удовлетворения. Я одинока – люди, страдающие от нищеты и испытывающие всё чаще и чаще физические и моральные страдания, должны получать хотя бы немного христианской любви и милосердия – это меня всегда волновало, а теперь стало целью моей жизни……Вы можете вслед за многими сказать мне: оставайтесь в своём дворце в роли вдовы и делайте добро «сверху». Но, если я требую от других, чтобы они следовали моим убеждениям, я должна делать то же, что они, сама переживать с ними те же трудности, я должна быть сильной, чтобы их утешать, ободрять своим примером; у меня нет ни ума, ни таланта – ничего у меня нет, кроме любви к Христу, но я слаба; истинность нашей любви к Христу, преданность Ему мы можем выразить, утешая других людей – именно так мы отдадим Ему свою жизнь… Я верю, что иногда и в мою сторону кто-нибудь посмотрит, и придет мне помочь, и оставит на несколько часов пустые развлечения, если хоть раз увидит, какую безграничную радость дают доброе слово, поддержка, пусть даже небольшая, помощь в поиске работы или утешение в страданиях» (из письма Елисаветы Феодоровны Романовой к А.Н. Нарышкиной 20 января 1909 года).
Кто выбрал путь следования за Христом, тот должен приготовиться и к искушениям, которыми проверяется прочность веры и дел. «Чем выше мы пытаемся подняться, чем большие подвиги налагаем на себя, тем больше старается диавол, чтобы сделать нас слепыми к Истине. Чем выше мы возносимся, тем чаще падаем. Подвигаться вперед надо настолько медленно, чтобы казалось, что стоишь на месте. «Дом души – терпение, пища души – смирение» (Великая Княгиня Елисавета Федоровна - Императору Николаю II. 26 марта 1910 г.).
Действительно, главная задача злобы - любыми способами отвратить человека от исповеди и Святого Причастия, то есть от спасения. Пусть даже знает, как и бесы, Писание, читает духовное, молится и в храме свечки ставит, но не причащается и живет, как вздумается, но не как Бог велит. Это и есть пусть погибели – убедить, что человек «и так живет хорошо», что надо жить «как все», что «Бог один во всех религиях» и пр.. Особенно лестно нечистым духам, когда люди с головой погружаются в житейский круговорот работы над одним земным, забывая о Небесном. «Богатей, гуляй, пой, развлекайся и делай, что душа желает», лишь бы забыть о Боге и Страшном Суде.
Антихристы нередко мучают людей постоянным напоминанием о конце, смерти, насилии и пр. безобразиях, чтобы человек отошел от пасхальной радости и принял злобу, как нечто должное быть на земле. Но кто не думает о смерти, тот самообманывается. А кто ее боится, парализован смертным страхом, то думает только о себе, тот еще горд и не готов жертвовать своим для других безкорыстно. Помнить о смерти, значит, забыть себя и добрыми делами во Славу Божию готовиться к переходу в Вечность.
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------
Княгиня Елисавета с болью думала о любимом супруге: «Вот снова уехал один, без охраны, словно готовится к неизбежному…» Мысль о смерти заполнила душу, но не отравляла ее, а принуждала к действию, не позволяла расслабиться, особенно в наступившие тяжелые времена.
Вдруг за окном хлопнуло, но как-то глухо, словно большая масса снега свалилась с крыши вниз… «Это Сергей!» - каким-то шестым чувством поняла Княгиня и бросилась на выход. Не видя ничего, кроме начинавшейся собираться толпы, она, словно голубь, слетела к ужасному месту преступления. На месте казни в окровавленном снегу, среди обломков кареты, лежало истерзанное тело Сергея. «Надо собрать все», - громким голосом призвала Княгиня. Памятуя о том, что Сергей ненавидел кровь и безпорядки, она быстро принялась собирать останки супруга. «Сереженька, дорогой мой, милый голубь, вот что с тобой изверги сделали…» Кто-то принес носилки. Приносимые другими останки тоже клали на них и прикрывали военной шинелью. Принесли ордена, бумажник, обрывки мундира… «Погиб на посту, как солдат», - мелькнуло в голове Елисаветы. Она снова обратилась к людям: «Ради Христа, найдите крест!» Наконец кто-то обнаружил изогнутый взрывом крест Князя, весь залитый кровью. И этот крест Княгиня Елисавета сжала в своей руке, как самое дорогое сокровище. «Все, Сережа, отныне кончились для тебя мучения…» Сознание смерти дорогого Сергея и где – в Кремле, при всей ее мучительности отзывалось глухо внутри и не вызывало сильнейшей, непереносимой боли и скорби. Но Княгиня действовала и говорила, как в каком-то замедленном полусне, который то ускорялся, то замедлялся совсем. «Господи, помилуй нас, помилуй душу убиенного Сергея». Наконец, носилки, с которых начала капать невинная кровь, перенесли в храм Чудова монастыря возле раки Святителя Алексия Чудотворца. Зазвучали слова первой панихиды: «Благословен Бог наш всегда, ныне и присно, и во веки веков…» - «Живый в помощи Вышняго…» - «Как же жив, если убит…» - «В крове Бога Небеснаго водворится» - «Господи, водвори душу новопреставленного убиенного Сергия под кровом Своим, даруй ему оставление грехов и Жизнь Вечную» - «Не Ангелы ли это поют: Господи, помилуй. Об оставлении согрешений, во блаженней памяти преставльшегося, Господу помолимся... О неосужденным предстати у страшнаго престола Господа славы, Господу помолимся… О вселити ему идеже присещает свет лица Божия, Господу помолимся… О яко да Господь Бог наш учинит его душу в месте светле, в месте злачне, в месте покойне, идеже вси праведнии пребывают, Господу помолимся.,. О причтении его в недрех Авраама, и Исаака, и Иакова, Господу помолимся… Яко Ты еси воскресение и живот, и покой усопшего раба Твоих Великого Князя Сергия, Христе Боже наш, и Тебе славу возсылаем, со безначальным Твоим Отцем, и пресвятым и благим и животворящим Твоим Духом, ныне и присно, и во веки веков…»
«Вечная память» возносилась под своды храма, туда, где сиял Немеркнущий Свет Божества, где ликуют Ангелы и праведные человеки, где нет печали, слез и воздыханий, где ЖИЗНЬ БЕЗКОНЕЧНАЯ.
Русская Стратегия |