.

Капитан саперных войск, Георгиевский Кавалер, Барон Георгий Кистер разыскиваемый чекистами, как «враг народа», сентября 1918 года, переодетый де­мобилизованным солдатом, пробрался из Петрограда в занятый немцами Псков. Пройдя бесконечные до­просы, угрожаемый большевицким расстрелом н под­купив немецкого караульного солдата (так как немцы никого в Псков не пропускали). В Пскове в то время уже существовал штаб «Северной Армии» и форми­ровались два полка русских добровольцев, но форми­рование шло медленно и, допустивши его, германские военные власти не давали русским никакого вооружении. Барон Кистер был назначен па символическую должность помощника корпусного инженера.

Предоставляем ему описать события на этом участ­ке белого фронта.

Через несколько дней после моего прибытия в Псков туда от красных перешел отряд Балаховича с артиллерийской батареей и большим обо­зом. Этот переход был организован нашей подпольной организацией в Петрограде.

Балахович был типом атамана гражданской войны. Люди его были хорошо вооружены, и он крепко держал их в своих руках. С точки зрения военной, его отряд был хорошо организованной силой. Его прибытие подняло дух не только белых добровольцев, но и местного русского населения.

Прошло несколько дней и в Псков пробралась делегация от Талабских рыбаков, живших на трех островах Псковского озера. На самом большом из них находился отряд в полсотни красноармейцев с комиссарами, которые чинили полный произвол и реквизировали весь улов рыбы, обещая за это присылку хлеба. Но хлеб не приходил, и рыбаки начали голодать.

Узнав о существовании в Пскове «белых», ры­баки просили их прогнать красных и завладеть островами.

В отряде Балаховича были два брата, оба рот­мистры, Пермикины. Один из них, Борис Сергеевич собрал группу в 17 добровольцев и добыл два пулемета Максима. Встал вопрос, как добраться по озеру до островов. Но псковской реке Великой стоял небольшой пароход того же типа, что обслу­живали в Петрограде сообщение по Неве от Лет­него Сада со всеми островами. Машина была испорчена, а механик этого парохода сказался больным.

Я взялся починить машину, получивши приказ приготовить пароход в 24 часа. Смазали, как могли, машину, накачали вручную воду в котел и стали разводить пары. Каменного угля не было и пришлось топить дровами, что не позволяло достигнуть нормального давления. Инжектор ра­ботал слабо и с машиной вообще не ладилось. Спас положение «больной» механик, видимо пере­трусивший, который принес вынутый из цилиндра высокого давления и спрятанный у него золотник. Все было налажено, за исключением пониженного давления пара в котле и с началом сумерек мы отплыли. Я был за машиниста, а на рулевом колесе стал один из рыбаков, хорошо знавший русло реки Великой и Псковское озеро.

С наступлением ночи мы достигли устья и в темноте поплыли по озеру. Ночь была лунная и только перед рассветом появился туман. Не обош­лось без одной неожиданности: мы сели среди озера на мель, но в конце концов удалось с нее сняться.

Перед рассветом мы уже были перед большим островом и бросили якорь. Предусмотрительно мы взяли на буксир три лодки. В две из них сели по два офицера и по одному рыбаку, направились к двум малым островам, где забрали в плен двух спавших комиссаров. На пароходе остался я при машине и один офицер с пулеметом на носовой части.

Ротмистр Пермикин с 12 офицерами и одним рыбаком в лодке подплыли бесшумно к главному острову, высадились незамеченными и установили пулемет против сельского правления, именовав­шегося «ратушей», где спали полсотни красно­армейцев и комиссары.

Достаточно было двух ручных гранат и одной очереди из пулемета, чтобы весь этот большевицкий «гарнизон» повыскакивал полураздетым с поднятыми руками для сдачи. Тотчас же раздался на колокольне маленькой церкви набат и все жи­тели острова радостно высыпали наружу, привет­ствуя белых.

Ротмистр Пермикин сразу же начал беседу с рыбачьим населением, которое, испытавши большевицкий произвол, все, начиная от 15-тилетних И до стариков просили дать им оружие и органи­зовать из них отряд для борьбы с большевиками. Все 50 красноармейцев также просили зачислить их в добровольческий отряд. Всех желающих раз­били сразу же по ротам и взводам, во главе которых встали офицеры из нашего маленького отряда.

Пароход наш с ротмистром Пермикиным и частью офицеров вернулся в Псков, чтобы немед­ленно организовать снабжение провиантом голод­ных талабчан, а также доставить им оружие.

Так родился Талибский батальон, который впоследствие, под командой Б. С. Пермикина раз­вернулся в Талабский полк армии генерала Юде­нича, героически воевавший за освобождение ро­дины на Петроградском фронте.

Г. Кистер

№539