![](https://pp.userapi.com/c850016/v850016681/1457e8/vBmxCAHxCLI.jpg)
Известие о нападении Японии на Россию (февраль 1904 г.) вызвало в российском обществе повсеместный патриотический подъем. О настроениях огромного большинства русских людей современник писал: «Всюду почувствовали: на Россию напали, и надо дать отпор врагу» 19. Правительство получило морально-политическую поддержку всех слоев общества за исключением немногих групп крайних политических радикалов. В ответ на Высочайший Манифест 9 февраля 1904 г. об открытии военных действий Императору Николаю II из 54 губерний и областей шли бесчисленные адреса. Всюду наблюдались массовые манифестации и молебствия о даровании победы. Оппозиция приумолкла, а робкие попытки вести антирусскую пропаганду не находили отклика.
Характерными можно считать события 13 февраля в Императорском Санкт-Петербургском университете. Как доносил министру внутренних дел В.К. Плеве столичный градоначальник, после молебна в университетской церкви огромная толпа студентов в едином порыве запела «Боже, Царя храни» и с пением устремилась к выходу. Группа из 40-50 противников пыталась мешать свистом и выкриками, но им ответили дружным «Ура». С патриотической речью выступил приват-доцент Б.В. Никольский, после чего студенты с русскими флагами двинулись на Дворцовую площадь и присоединились к огромной толпе других манифестантов, противники же «стояли в стороне и молча курили папиросы». Лагерь противников власти заметно поредел. Многие земские организации, служившие до того оплотом оппозиции, включились в патриотическую деятельность по сбору средств и устройству лазаретов и санитарных поездов.
Но враги русской исторической власти не сдавались. В то время, как наша армия вела кровопролитные бои в Маньчжурии, в кругах интеллигенции укреплялось отрицание патриотизма, крепли настроения пораженчества и японофильства. Эти настроения усилились после первых неудач русских войск. На конгрессе II Интернационала в Амстердаме лидер РСДРП Плеханов «от имени России» благодарил японского делегата «за удары, наносимые японским народом русскому самодержавию». По донесениям жандармов, гимназисты в Витебске в ответ на известие о поражении русских войск кричали «Да здравствует Япония!». В Петербурге курсистки Высших женских курсов, а также группа студентов-путейцев предлагали направить микадо приветственный адрес.
Вместе с тем, взгляды и тактика разных революционных групп существенно различались. Созданный в январе 1904 г. либеральный «Союз освобождения» отказался на время войны от подрывных акций (правда, и патриотических чувств никак не выражал, втайне желая России поражений, которые, мол, подвигнут правительство к реформам). К слову, такую же позицию занимали некоторые высшие сановники, в частности, С. Витте, который прямо заявлял, что не желает победы России.
Крайне антигосударственной была позиция нелегальных партий социалистического толка от социал-демократов до еврейского «Бунда». Хотя конфликт развязала Япония, защиту Россией своих рубежей и интересов они трактовали как «преступную и ненужную войну», усматривая в ней лишь средство для свержения легитимной власти.
Наиболее циничной и преступной была позиция социалистов-революционеров и большевиков-ленинцев, а также финских, польских и кавказских сепаратистов. Эти пораженческие группировки вступили в прямой сговор с японскими спецслужбами с целью подрыва русской государственности любыми средствами.
Активизация революционных партий совпала по времени с приближением и ходом войны с Японией. Причина была двоякой. С одной стороны, как сказано выше, левые радикалы делали ставку на недовольство населения тяготами войны и видели в ней подспорье для захвата власти. С другой, – появление или усиление подрывных группировок инспирировалось самими японцами. В 1903 г. образуется фракция большевиков-ленинцев в РСДРП. В 1904 г. возникают «Финляндская партия активного сопротивления», «Грузинская партия социалистов-федералистов-революционеров» (ставшие одними из главных получателей японских субсидий), нелегальный «Союз освобождения», объединивший радикальную часть русских либералов.
Совпадение по времени создания многих подрывных групп с кануном и ходом войны говорит само за себя. Благодаря пролившемуся на них золотому японскому дождю они росли, как грибы после дождя. Историк О. Платонов прямо пишет: «В начале 1904 года японская разведывательная служба организует целую сеть подрывных и шпионских организаций».
Возглавил эту сеть кадровый японский разведчик и бывший военный атташе в Петербурге полковник М. Акаши. Обосновавшись после нападения Японии в Стокгольме, он установил контакты с русскими и инородческими революционными кружками, стремясь направить их деятельность в нужное русло. В феврале 1904 г. Акаши сблизился с финским социалистом К. Циллиакусом, поручив ему роль связного и посредника в операциях финансирования революции. Для сплочения всех антирусских сил под руководством Акаши были проведены две межпартийные конференции.
Первая прошла в Париже в сентябре-октябре 1904. Эсеров в ней представляли, в частности, Е. Азеф и В. Чернов, польских сепаратистов – И. Пилсудский, финских – К. Циллиакус, «Союз освобождения» – П. Милюков. Социал-демократы от участия уклонились, но это не означало, что они гнушаются помощью врага, о чем будет сказано ниже. Несмотря на то, что резолюция конференции носила общий характер и не содержала пунктов о совместном вооруженном восстании, японцы остались довольны ее итогами, поскольку все партии договорились о совместной борьбе против русского самодержавия, что означало курс на дестабилизацию тыла воюющей России.
Вторая конференция, организованная Акаши и его подручным Циллиакусом, состоялась в апреле 1905 г. Для ее созыва в роли подставного лидера был использован священник-расстрига Г. Гапон, бежавший за границу после событий 9 января. В своем обращении он недвусмысленно сформулировал цель конференции – боевое соглашение для совместного «вооруженного восстания против царизма». Круг участников, в сравнении с Парижской конференцией, расширился, в Женеву прибыли представители большевистской фракции РСДРП с Лениным во главе и еврейского «Бунда».
К тому времени план Акаши, предусматривавший ангажемент и финансирование революционных партий был одобрен японскими Генштабом и правительством. Первый транш в размере 100 тысяч иен был согласован еще осенью 1904 г. 25. В дальнейшем суммы возрастали в геометрической прогрессии. В марте 1905 г., несмотря на относительный успех в Мукденском сражении правительство Японии осознало, что продолжать войну не в силах и одобрило ассигнование на русскую революцию сразу 1 млн иен.
Усилия Акаши по консолидации революционных партий привели к соглашению о совместных действиях, что увеличивало шансы на успех в борьбе с русской властью. В методах этой борьбы обнаружилось полное сходство взглядов двух авангардов революции, эсеров и большевиков. Кредо первых сформулировал в феврале 1905 г. их партийный орган «Революционная Россия», призвавший «отбросить сомнения и предубеждения против всяких боевых средств» и немедленно использовать все виды вооруженной борьбы с правительством вплоть до «партизанско-террористической борьбы по всей линии».
На той же позиции стояли и большевики. Стремясь к единому фронту всех антирусских сил, Ленин провел ряд встреч с Г. Гапоном. В статье «О боевом соглашении для восстания» (февраль 1905 г.) он цитировал обращение последнего ко всем партиям с призывом создания такого фронта и прямо высказался за единение с эсерами, находя его «возможным, полезным и необходимым», и за совмещение «единичного террора» с «восстанием масс». В деталях методы борьбы были обрисованы Лениным в статье «Задачи отрядов революционной армии» (октябрь 1905 г.), где он учил революционных боевиков приемам гражданской войны: «составлять отряды от 2-3 человек», нападать на городовых или отбившихся казаков, осыпать с крыш войско и полицию камнями и обливать кипятком, кислотой, убивать полицейских, жандармов и черносотенцев, взрывать участки и штаб-квартиры и т.п.
Вопрос о контактах большевиков с японскими агентами (Циллиакус, Деканозов), использовании ими японских денег нуждается в более глубоком исследовании, хотя возможные чистки архивов, широко практиковавшиеся при советской власти, затруднят эту задачу. О. Платонов пишет о контактах В. Ленина и Г. Плеханова с полковником Акаши (через В. Засулич) с целью выработки совместного плана борьбы против самодержавия в июле 1904 г. Не исключено, что часть выделенных в последующие месяцы японцами для революционеров 750 тысяч иен, равно как и более крупные суммы, ассигнованные после Мукдена, через подставных лиц поступили в том числе в кассу ленинской партии. С определенностью историки говорят об издании на японские деньги большевистской газеты «Вперед».
Одним из направлений работы большевиков в годы войны с Японией была агитация среди русских пленных в Японии. С этой целью туда были направлены партии пропагандистской литературы. Руководил операцией видный большевик В. Бонч-Бруевич, вступивший в соглашение с японцами.
На японские деньги закупались большие партии оружия, предназначенные партиям, готовившие вооруженный мятеж против царской власти. Уже весной 1905 г. японская разведка передала деньги на закупку в Германии и Швейцарии 14 тысяч винтовок стоимостью 382 тыс. франков. Еще 200 тыс. франков было получено на приобретение транспорта «Каликста Гарция» и оплату услуг его экипажа. Негласный обыск, произведенный русскими контрразведчиками в квартире Акаши, обнаружил его переписку с указанием получателей оружия: 13 тыс. винтовок – финским и грузинским сепаратистам, 1 тысяча – эсерам, 8 тысяч – другим социалистическим партиям. Указанный транспорт, груженный оружием, вышел из Гамбурга в июне 1905 г. и взял курс на Россию.
Одновременно в Англии был приобретен пароход «Джон Графтон». В его трюмы было погружено 16 тыс. винтовок канадского и швейцарского производства, 3 тыс. револьверов, 3 млн патронов и 3 тонны взрывчатки. Оружие было также приобретено на японские деньги и предназначалось для русского террористического подполья. В сентябре пароход достиг Ботнического залива, 4 и 6 сентября в условленных местах были выгружены две партии оружия, но на другой день пароход сел на мель и был взорван экипажем, бежавшим затем в Швецию, после всего часть груза попала в руки русских жандармов. Как отмечает историк, винтовки с «Джона Графтона» использовались боевиками в декабрьских боях на Пресне.
Схожая история произошла с еще одним транспортом оружия, закупленного на субсидию полковника Акаши, пароходом «Сириус». С грузом из 8, 5 тыс. винтовок и 2 млн патронов, судно в сентябре 1905 г. вышло из Амстердама. Его маршрут пролегал через Черное море на русский Кавказ, к городу Поти. Часть оружия удалось доставить по назначению, остальное было перехвачено и конфисковано русскими властями.
В той или иной форме в принятии решений и операциях по организации трафика и приемки оружия, купленного на деньги японской разведки, участвовали большевики В. Ленин, М. Литвинов, Н. Буренин, Л. Красин, а также Г. Гапон и М. Горький.
Литература
- Ольденбург С.С. Царствование Императора Николая II. В 2-х тт. Т. 1. Белград: 1939.
- Платонов О.А. Покушение на русское царство. М.: Алгоритм, 2004.
- Павлов Д.Б., Петров С.А. Тайны русско-японской войны. М.: Прогресс, 1993.
- 28. Ленин В.И. Полн. Собр. соч. Т. 9. С. 279-280; Т. 11. С. 339-343.
- Наш современник. 1992. № 9.
Станислав Смирнов
для Русской Стратегии
http://rys-strategia.ru/
|