…Умер о. Роман Матюшин… Умер Михаил Иванович Ножкин… Умолкают один за другим голоса России. А иные – заставляют замолчать при жизни… А третьи – принуждения такого боясь, замолкают сами.
Мои друзья не пишут, не читают
И до общественных проблем им дела нет,
И ходят с забинтованными лбами
В расцвете лет, в расцвете лет… (Тальков)
Кажется, уже абсолютное большинство предпочли сами забинтовать себе лбы, как бы чего не вышло… Страна шагает навстречу 37-му году. Шагает… воздвигая кровавые идолы и вымарывая кресты и память о святых Божиих – новомучениках его, соли земли нашей…
«Се оставляю дом ваш пуст»…
И остается пуст дом народа, который «останется толпой, пока не обратится к Богу» (иером. Роман).
И остается пуст престол… Главный – Царя Царей. Но мы же знаем, свято место пусто не бывает.
«И на зияющем престоле
Бесовский правит хоровод» (Волошин)
И он правит. Глумясь над всем святым, вытаптывая все живое и жизнеспособное.
И слышится то и дело от благонамеренных людей: «Да как же это получилось? Да как же мы дошли до жизни такой?»
Родившийся в том самом 37-м М.И. Ножкин спел:
«Я не трус, я не трус, от опасностей я не бегу,
Но боюсь, но все время чего-то боюсь, а чего и понять не могу!»
В прошлом году приняли у нас преступнейшее постановление о радикальном сокращении охранных зон исторических объектов. Бей-руби! Хоть у стен Кремля (уже), хоть в центре Питера, хоть на Прохоровском поле, хоть в Пушкиногорье, хоть на поле Бородинском… Писали мы тогда воззвание ко всем еще подающим признаки жизни патриотическим организациям выразить возмущение свое этому небывалому с 30-х погрому. И что же? И тишина. Побился одиноко Евгений Соседов с ВООПИиКом, кто-то слышал его и нас…
«И вдруг одолел враг» (Пришвин)
Нет, не вдруг. Если брать наше наследие, то вспомните-ка, как …дцать лет назад вырубали Архангельское, Кусково, громили остатки Ильинского Вексельберги с Нисановыми. Видели мы в том же Архангельском… Марка Захарова и Александра Ширвиндта. Но патриотической общественности, ныне пафосно называющей себя всякими фронтами, там почему-то не стояло.
Пока погром носил характер точечный отдельные «сумасшедшие активисты» еще становились на пути бульдозеров. Как тому года четыре на Сретенке. Точечным безобразиям возможно противостоять, а, вот, когда в один присест, не считаясь ни с чем, на каждой пяди земли начинается возведение хуснуллинского частокола, то все просто онемело смотрят, парализованные ужасом происходящего… И никто уже не мешает. Это как с пожаром. Если горит один дом, то его бросаются тушить. А когда огнем охвачена вся деревня, то…
Громить нужно сразу и все, чтобы не дать опомнится. Своего рода «быстрота и натиск». Против кого? Против нас. Против России.
Вот, уничтожили православную Суворовскую гимназию в Суздале. С активным участием молодого да раннего бизнес-митрополита. Разогнали детей и учителей, отдали под суд директрису (как посмела не сразу «выместись» вон, а боролась, апелляции подавала?!). Тишина. Кажется, кроме режиссера Елены Козенковой да нескольких блогеров, ее читающих, никто и голоса в защиту не подал?
Объявили иноагентом и разорили созидателя Плеса Шевцова, гордость русского меценатства. Потому что захотелось кушать сыну главы Роснефти… Человек подарил нам, русским, один из прекраснейших наших городов, вложив в него состояние и душу. И что, мы встали горой на его защиту?
За Ускова в Царевококшайске все же раздавались голоса, и, надо понимать, не без пользы. Все-таки условный срок – это не зону топтать… Однако же… За что? Русский меценат, созидатель, просветитель. Издергали судами и беззаконными санкциями (и ведь не конец это, будут и дальше пытаться исправить «гуманизм»), попытались очернить сына – ветерана СВО…
Мы разучились защищать и защищаться. Мы изо всех сил пытаемся не замечать то, что уже «при дверех». Не видеть очевидного. Не верить глазам своим.
Когда приняты были правки к закону о реабилитации, из которого исчезло упоминание репрессий против духовенства и крестьянства, когда запущен был процесс разреабилитации, когда снова стали закрывать даже немногочисленные приоткрытые архивы, почему прошло это в наиполнейшей тишине? Или думали, что очередная расправа над давно безвинно убитыми, над прошлым не аукнется в настоящем репрессиями против ныне живущих?
Уничтожен музей ГУЛАГа. В очередной раз использована тактика подмен. Фасад оставлен. Только теперь это музей геноцида советского народа гитлеровцами. А больше никто народ не геноцидил. И уж конечно не дай, не приведи русский. Руководство музея ГУЛАГа с любовью относилось к своему делу, но ни в какие «посторонние» вопросы не вмешивалось. Также и прочие… Сколько раз мы все это проходили… «Когда пришли за мной, заступаться было уже некому». Молчание не спасает. Соглашательство не спасает. Может слегка отсрочить… Кошка поиграет с надеющейся на спасение мышкой подольше… Есть в Москве музей холокоста. Кажется, его бы было логично сделать музеем геноцида советского народа… Но как же, как же… Наши дорогие израильские партнеры скажут, что это оскорбление в отношении единственного загеноциденного народа, ибо остальные были недочеловеками, и эти жертвы никак нельзя уравнивать. А, вот, к примеру Дом Русского зарубежья… С той поры, как из Победы сделали биту для расправы с неугодными (большего поругания памяти наших воинов и представить трудно, чтобы их подвиг использовать для прикрытия беззаконных расправ, очернения истории, нового витка репрессий и стравливания между собой их правнуков…), все и вся клеймится у нас тавром «фашистов» и «власовцев»… И тут тоже «прекрасной мы и давнею традицией гордимся» (Дербенев). «Фашистами» у нас были поэты Ганин и Васильев, святой мученик Флоренский и актриса Урусова… И несть числа «фашистам» 20-х и 30-х годов, которые в большинстве своем и понятия не имели, что это такое… А во времена «демократические» тавро это неизменно использовалось, чтобы заткнуть рот оппоненту.
В «Ленинской» библиотеке восстановили спецхран. Стало быть, уже есть, что снова прятать… Сбывается влажная мечта депутана Лугового зачистить библиотеки от «некошерных» книг…
Не так давно в память режиссера Виталия Мельникова («Начальник Чукотки», «Мама вышла замуж», «Бедный, бедный Павел»…) был снят фильм, из которого… оказался вымаран «некошерный» эпизод, где повествовалось о его раскулаченной семье, о расстрелянных отце и деде. Об этом нельзя теперь. В стране, утыканной идолами Дзержинских и Джугашвили, это недопустимая крамола.
Покажите мне такую страну, где славят тирана,
Где победу в войне над собой отмечает народ.
Покажите мне такую страну, где каждый обманут,
Где назад означает вперед и наоборот…
Игорю Талькову в этом году исполнилось бы 70. 35 лет назад его убили. Его песни становятся актуальнее с каждым днем. Но увы, никто сегодня не находится спеть нечто новое равное. Объявленный нами конкурс лишнее тому свидетельство. Пока у народа есть голоса, народ, в каких бы тяжких условиях не находился, жив. Жива его душа. Но вот если окончательно умолкнут голоса эти, задушат их, заставят замолчать, то уже не спастись народу, утратившему искру Божию.
Скоро нам, как сто лет назад, придется сбиваться в Ноевы ковчеги, и в этих ковчегах – как и тогда, век назад – будут изумляться, как же это все произошло, как же так могло случиться…
…Профессор Игорь Гундаров пришел к выводу, что коллективизация - это было очень плохо. "После гениального прозрения Ленина о кооперативах" и НЭПа, который дал огромный подъем хозяйства, все было уничтожено в 30-е годы... Он сравнил статистику 20-х и 30-х. Замечательно. До того о том же менее подробно заговорил Боглаев. Есть некоторая надежда, что убийственная для страны ресоветизация, принявшая формы не только трепотни, но и практического "можем повторить", по крайней мере честных людей, страдающих увы советским атавизмом или левой романтикой, все-таки приведет к каким-то адекватным переоценкам и пониманию прошлого - а значит, и настоящего. Потому что последнее прямо вытекает из первого.
Мельниченко вспоминает, как при Медведеве привел делегацию из 600 человек к Кремлю. Каждый делегат имел полномочия от своих сел с печатью сельсоветов, огромная работа была проделана. Итог? Делегатов вкусно покормили. Они сделали сэлфи с депутанами и... не дожидаясь приема у президента разъехались, показывая предводителю сэлфи, ссылаясь на то, что "такие люди пообещали" и предвкушая как они "дома покажут". Прекрасен ответ Мельниченко: "Эх, русские! Вас даже покупать не надо, достаточно было хорошо и бесплатно покормить... " И селфи дать сделать...
Тут мне вспоминается один провинциальный депутат-монархист. Борода лопатой. Крест. Суровый такой. И вот его пригласили в зарядье на выдвижение несменяемого лидера. И... целая лента сэлфи "я бабкиной, я с газмачиком, я тушканчиком, я с..." Видимо, все время у человека реально ушло, чтобы бегать от звезденка до звездушки и с видом восторженной курсистки с ними щелкаться. Какие уж тут к псам судьбы России... Если он "Бабкиной сказал" (самой Бабкиной, прикинь! жизнь удалась!)
На дурака не нужен нож,
Ему покажешь медный грош
И делай с ним что хош...
А не-дуракам достаточно сделать "а-та-та" и погрозить пальчиком, и всё - на цирлах в хороводе!
И это сплошь, сплошь... Возьмите многих военных героев, настоящих, жизнью рисковавших. Вдруг оказывается, что проще быть героями на войне, чем просто порядочными и принципиальными людьми в тылу.
И, вот, потому неверно говорить, что разные злыдни все захватили, всех задавили, всем завладели. Беда в том, что они владеют через нас. Пользуясь нашими... трусостью, наивностью, падкостью на "авторитеты", доходящей до холопского заискивания перед паяцами, недостатком чувства собственного достоинства и принципов. И т.д. У абсолютного большинства есть своя кнопка. И почти у всех кнопки эти куда как примитивны... Какая разница между простыми мужиками нищих колхозов и образованным, начитанным депутатом-монархистом? Вкусно нахаляву накормить и позволить нащелкать сэлфи, чтоб потом похвастаться... И ведь так и делают. Сплошь и рядом. "Эх, русские!" Не уберегли Россию...
(НБ. Понимаете... раньше ехали... в Ясную поляну к Толстому (выношу за скобки взгляды графа, но это был Толстой!) А сегодня спешат сделать сэлфи с... бубами касторскими, адельками и ми-ми. И в сущности, что удивляться челобитьям всякому облеченному какой-либо властью ничтожеству... Почитайте, как прогрессивные и образованные захлебывались восторгами перед балаганным адвокатишкой Керенским. Почитайте адресаты Куприна, Станиславского... Последующие хороводы на цирлах перед грузинским бандитом - это вот уже оттуда родом. И дальнейшее... Стоит главный гимнописец рядом с поднятым на вершины власти кукурузником, и тут "случайно" выбегает к папке сынок, шустрый мальчонка, и папка многозначительно представляет его: "Вот, Никита Сергеевич, полный тезка Ваш..." И доволен кукурузник, что мальчонку в его честь нарекли, а дитятко еще не знает, что через десятилетия обрядится "Никитой-Бесогоном" по новой конъюнктуре... Наше нынешнее, очевидно, закономерное следствие вырождения и селекции ХХ и текущего столетия.... Наука, как прожить на "большой зоне" не "во псах", а в человеческом звании, как образа и подобия, великая наука... И тех, кто мог бы преподать ее, уже почти не осталось. И, может быть, именно от того так и взялись сегодня вытаптывать их память. Чтобы не было примеров... Вместо полагавших свою душу за Родину возведут на пьедестал полагавших миллионы верных душ, прикрываясь именем Родины... Вместо мучеников, кровью запечатлевших верность Христу, прославят "мучеников бескровных"...)
Когда-то в суровые «совковые» времена писатель Балашов приехал в Москву защищать уничтожаемые на севере деревяные древние церкви. Пришел в мастерскую реставратора Ямщикова. Нашлось еще несколько людей, готовых постоять за русское наследие. И… отстояли же! И чудовищный план реконструкции Москвы – отбили. И переброс рек. И сегодня то и дело слышится: нет Ямщикова, нет Бородина, нет Солженицына, нет… Но что же мешает хотя бы брать пример с них? Что мешает… «хоть в этом, малом упереться», чтобы ложь «всем владела не через нас»? Но тишина, тишина, тишина… А, значит, не на кого пенять нам. Мы сами облегчили врагу торжество над нами. И тем в очередной раз «не уберегли Россию» (Юрий Власов)
Все закономерно и взаимосвязано. Бессмысленно «анализировать» некие отдельные явления, события. Нет произвола на местах. Нет ошибок по какому-то отдельному направлению. Есть система. И ситуация, которая может оцениваться лишь в комплексе.
В 2014 году, когда истекал кровью осажденный Славянск, в Донецке жили обычной мирной жизнью. Доходило до того, что вырвавшимся из окружения ополченцам таксисты заламывали сверх-цены, будучи уверены, что те на окладе у Москвы. Когда год за годом разносили вхлам Донецк, Крым изумительно весело отмечал воссоединение с Россией, мало смущаясь тем, какой кровью оплачивает это соседний регион. Когда началось СВО… Ну, собственно, велофестивали и прочая «веселуха» в нашей столице и не только продолжаются доныне.
Еще пример. Осень 2014-го. Алексей Мозговой, понявший, «как нас развели», пытается собрать совет командиров, «чтоб не пропасть по одиночке» (перспективы, которые можно ждать от Москвы ему были уже очевидны). Командиры на совет не пришли. Каждый из них полагал, что справится, договорится сам. И что не надо «провоцировать». Дальнейшее стало необратимым. К концу 15-го никого из командиров в живых не осталось. Ни один из них не погиб на поле боя.
Внешняя война набирает обороты. Четыре года назад наш пропаганда голосила о том, как уже вот-вот, уже этой зимой, они все околеют без нашей нефти и газа, запасайтесь попкорном и ждите... Сегодня в топливной блокаде оказался Крым. Есть хорошая русская пословица «не хвались, на рать идучи». И другая: «не говори «гоп», не перепрыгнув через канавку». Мы ведем глобальную войну, ежедневно уносящую многочисленные жертвы. Но при этом на официальном уровне, в СМИ, в проектах минкульта и т.д. слово «война» по-прежнему запрещено. Как раз в пору начала «сво» привелось мне недолго работать в одном новостном агентстве. И там было жесткое требование, источником которого выступал израителевский ДЗЕН, главный агрегатор новостей: не употреблять слово «война».
Война эта связала нас, русских патриотов, по рукам и ногам. Мы не можем поддерживать и призывать к каким-либо «бунтам» в военное время. Мы слишком хорошо знаем, к чему это приводит и приведет. И, вот, мы стараемся «не раскачивать», «не разжигать», «отложить», примиряемся с тем, с чем примиряться невозможно. А внутренний враг примиряться не собирался и не собирается, и откладывать, и не разжигать. Опять же совершенная калька. Наш внешний противник воюет с нами, не скрывая этого, не стесняясь в методах. А у нас… мински, стамбулы, анкорриджи, обращения к международному сообществу, шаги доброй воли, непростые решения… Внутренний противник тоже воюет с нами. Бешеная свора, спущенная с цепи летом 2014-го для противодействия стихийно проснувшемуся русскому чувству, переформатирования его в советское, для возврата начавших осознавать себя русскими на советскую блевотину, уничтожает нашу историческую память, гадит нашу историю, святые для нас могилы, прямо объявляет, что нас не должно быть, вычищает, составляет «расстрельные списки», рвется истреблять книги и архивы, запрещать русских писателей. Но раскалываем, разжигаем и провоцируем в их шулерской транскрипции, конечно, мы.
...Существо по кличке Гоблин, испражняющееся в РВИО на русские могилы в соответствии со своей мечтой и получающее за это президентские гранты и награды, некогда отсиделось в нужнике, когда его сослуживцев погнали на ликвидацию Чернобыля, чем очень похвалялось. Ныне существо заявляет, что дроны противника это фигня, угрозу представляют паникеры со смартфонами... (Ату их, ату! Даешь смерш!)
Перед глазами у меня родители девочки из Раменского... Мальчик, убитый на набережной в Курске, закрывая от бпла маму... В ушах дикий вой за кадром безмолвных съемок старобельского общежития...
"Снится мне сон, мой удивительный сон..." В штрафной роте, впереди всех наших штурмовиков, идут Вова Шапиро в сталинском кители, гоблин в нквдэшной фуражке, комиссар хазар "и прочие, и прочие, и прочие" насквозь пропаганые... Желательно с черенками от лопат, как в утомительном мега-блокбастере, которыми они лихо отражают атаки дронов... "И враг бежит, бежит, бежит..."
Не нужно иллюзий. Будь то укронацисты, будь то красные дьяволята, получившие сверху карт-бланш на всероссийский шабаш, будь то самая дотационная республика в мире, чьи чиновники на наши деньги не отказывают себе даже в таких «маленьких радостях», как просмотр спутниковых порноканалов, будь то наши бакинские, душанбинские и прочие «близкие родственники» - разговор на языке слабости, дряблости, трусости заведомо ведет к одному: «Мы вам диктуем свою волю!» (Подтелков) И ее нам диктуют. Все без исключения.
В наших школах скоро будут изучать арабский… В наших больницах – работать врачи из Африки… За оскорбление вчера еще запрещенных на территории РФ талибов штрафуют русских… Прямое сообщение с Таджикистаном («Таджики наиболее близки нам по менталитету», - заявил высокопоставленный мигрантолюб, почему-то до сих пор не переехавший в близкий ему по менталитету Душанбе) на фоне разрушения транспортного сообщения с «новыми регионами»… Предложение вологодским фермерам (самый русский регион!) вместо не халяльной свинины выращивать другую скотину… Вологодский лес, вывозимый в Китай (сибирского и дальневосточного китайским партнерам уже не хватает)…
Для любителей аналитики рекомендую просто прочитать сухие сводки новостей. Скажем, за последний месяц. И анализировать уже ничего не придется. Ибо имеющий глаза да видит, имеющий уши да слышит, имеющий голову… Идет уничтожение страны. Этими тремя словами исчерпывается вся аналитика. Вы возмущаетесь какому-то отдельно взятому факту и ищите его причину? Вспомните эти три слова, «тут тебе и ответ». Идет уничтожение страны. Тотальное. По всем направлением. При том в последний год принявшее заметно ускоренные темпы. Внешняя война, исламизация, ресоветизация. Подмена православной веры бесовством, уничтожение русского мировоззрение, физическое замещение коренного населения инородцами, перемол остатков коренного населения, лучшей его части и парализация и без того скудных сил лучшей части народа внешним фронтом. (В 1917-м гипноз внешнего фронта не позволил верно оценить угрозу фронта внутреннего, и в итоге Россия была уничтожена именно последним.)
Сегодня отдельные группы и эксперты обсуждают, что делать с сельским хозяйством, с образованием, с миграцией, с военной стратегией, с экономикой и т.д. И все это хорошо, если не считать одного. Это уже нечто вроде проектов строительства свечных заводиков и прочего на Соборе 1917 года, проходившего под расстрел Кремля большевистскими захватчиками. Прежде чем что-либо обсуждать (в конце концов, все программы восстановления разных отраслей прописаны и переписаны не единожды), необходимо дать себе полный отчет в создавшемся положении, без каких-либо розовых очков, самоубаюкиваний, шапкозакидательского гипноза осознать реальность. Из любого тупика может быть дарован выход на «пути добра», которые «не все закрыты» (Солженицын). Но для того, чтобы обрести зрение и разглядеть эти пути надо сперва трезво осознать ту бездну, в которой мы – уже – оказались. Уже, потому что всякое значимое событие происходит чуть раньше, чем его чисто внешнее проявление.
"Я так ясно вижу катастрофу как будто она уже произошла" (Нейнградт - Тихомирову, 1914-й). Еще раз: просто просмотрите сводки новостей за месяц и вывод будет один. Процесс уничтожения страны перешел в стадию максимального ускорения. Это просто данность. Можно отбрыкиваться от нее, зажмуриваться, убеждать себя в собственном дальтонизме, реальности это не изменит. Лишь помешает принимать верные решения, предпринимать еще возможные и необходимые шаги, готовиться к неизбежному. В 1917-м многие думали отсидеться в стороне, надеялись, что все «как-нибудь обойдется». За трусость хороняк дорого заплатили и они сами, так как схорониться большинству из них не удалось, и вся Россия. Что погубило Россию в 17-м? Вот это и погубило. Трусость, слабость в добре добрых людей при силе во зле злых (формула Ильина), теплохладность, хоронячество.
"Не знать, не видеть и не слышать, забыться сном, уйти в снега" (Волошин). Забыться не выходит. Что остается нам? Пытаться вновь что-то сохранить, сберечь в сокровенных тайниках, чтобы на случай немыслимого чуда спасения, восстановления русской России "когда-нибудь, через сто лет" (Цветаева) это сбереженное и утаенное помогло бы тем русским людям, что будут жить тогда, и отчасти оправдало бы нас, не уберегших страну, в их глазах... Ныне живущие поколения чуда не увидят. И дай Бог, чтобы на них не пресеклась история Земли Русской...
Русская Стратегия |
