Русская Стратегия

      Цитата недели: "Кто не знал ещё недавно, что наше государство есть государство Русское – не польское, не финское, не татарское, тем паче не еврейское, а именно Русское, созданное Русским народом, поддерживаемое Русским народом и не способное прожить полустолетия, если в нём окажется подорвана гегемония Русского народа? Теперь эту азбучную истину забыли чуть не все." (Л.А. Тихомиров)

Категории раздела

История [1658]
Русская Мысль [241]
Духовность и Культура [309]
Архив [813]
Курсы военного самообразования [71]

ЭЛЕКТРОННЫЕ КНИГИ ЕЛЕНЫ СЕМЁНОВОЙ. СКАЧАТЬ!

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

ПРОГРАММА "РУССКИЕ БЕСЕДЫ" НА "РУССКОЙ СТРАТЕГИИ"

ПРОГРАММА "ТОЧКА ЗРЕНИЯ"

ИСТОРИЯ СТРАНЫ МОЕЙ

СВОД. НОВОРОССИЙСКИЕ СТРОФЫ

Статистика


Онлайн всего: 15
Гостей: 15
Пользователей: 0

Друзья сайта

ПЕРВЫЙ ПОЛК РУССКОЙ АРМИИ
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • АРХИВ

    Главная » Статьи » История

    Нерчинский договор. Первый мир России с Китаем

    6 сентября (27 августа) 1689 года был подписан Нерчинский договор — первый мирный договор между Россией и Китаем, важнейшая историческая роль которого заключается в том, что он впервые определил и государственную границу между двумя странами. Заключение Нерчинского договора поставило точку в русско-цинском конфликте, известном также как «Албазинская война».

    Ко второй половине XVII в. освоение Сибири русскими промышленниками и купцами шло уже полным ходом. Прежде всего, их интересовала пушнина, считавшаяся крайне ценным товаром. Однако продвижение вглубь Сибири требовало и создания стационарных пунктов, где можно было бы организовать продовольственные базы для первопроходцев. Ведь доставка продовольствия в Сибирь по тем временам была делом практически невозможным. Соответственно, возникали населенные пункты, обитатели которых занимались не только охотой, но и сельским хозяйством. Происходило освоение сибирских земель. В 1649 году русские вступили и на территорию Приамурья. Здесь проживали представители многочисленных тунгусо-маньчжурских и монгольских народов — дауры, дючеры, гогули, ачаны.

    Нерчинский договор. Первый мир России с Китаем
     

    Русские отряды стали облагать слабые даурские и дючерские княжества значительной данью. Противостоять русским в военном отношении местные аборигены не могли, поэтому были вынуждены платить дань. Но так как народы Приамурья считались данниками могущественной Цинской империи, то в конце концов такая ситуация вызвала очень негативную реакцию со стороны маньчжурских правителей Китая. Уже в 1651 г. в Ачанский городок, который был захвачен русским отрядом Е.П. Хабарова, был послан цинский карательный отряд под командованием Хайсэ и Сифу. Однако казакам удалось разгромить маньчжурский отряд. Продвижение русских на Дальний Восток продолжилось. Два последующих десятилетия вошли в историю освоения Восточной Сибири и Дальнего Востока как период постоянных сражений между русскими и цинскими отрядами, в которых одерживали победу то русские, то маньчжуры. Тем не менее, в 1666 году отряд Никифора Черниговского смог приступить к восстановлению крепости Албазин, а в 1670 г. в Пекин было отправлено посольство, которому удалось договориться с маньчжурами о перемирии и приблизительном разграничении «сфер влияния» в Приамурье. При этом русские отказывались от вторжения на цинские земли, а маньчжуры — от вторжения на русские земли. В 1682 году было официально создано Албазинское воеводство, во главе которого поставлен воевода, приняты герб и печать воеводства. Тогда же цинское руководство вновь озаботилось вопросом о вытеснении русских с приамурских земель, которые маньчжуры считали своими исконными владениями. Маньчжурские чиновники Пэнчунь и Лантань возглавили вооруженный отряд, направленный для вытеснения русских.

    В ноябре 1682 года Лантань с небольшим разведывательным отрядом побывал вблизи Албазина, проведя разведку его укреплений. Русским он объяснил свое присутствие в окрестностях острога охотой на оленей. Вернувшись, Лантань доложил руководству о том, что деревянные укрепления Албазинского острога являются слабыми и особых препятствий для военной операции по вытеснению оттуда русских нет. В марте 1683 г. император Канси отдал приказ о подготовке к военной операции в Приамурье. В 1683-1684 гг. маньчжурские отряды периодически совершали набеги на окрестности Албазина, что заставило воеводу выписать отряд служилых людей из Западной Сибири для укрепления крепостного гарнизона. Но учитывая специфику тогдашнего транспортного сообщения, отряд двигался крайне медленно. Этим воспользовались маньчжуры.

    В начале лета 1685 г. цинская армия численностью в 3-5 тыс. человек начала продвигаться по направлению к Албазину. Маньчжуры двигались на судах речной флотилии по р. Сунгари. Подойдя к Албазину, маньчжуры начали строительство осадных сооружений и размещение артиллерии. Кстати, на вооружении цинской армии, подошедшей к Албазину, находились, по меньшей мере, 30 пушек. Начался обстрел крепости. Деревянные оборонительные сооружения Албазина, которые строились в расчете на защиту от стрел местных тунгусо-маньчжурских аборигенов, не выдержали артиллерийского огня. Жертвами обстрела стали не менее ста человек из числа обитателей крепости. Утром 16 июня 1685 года цинские войска начали общий штурм крепости Албазин.


    Здесь следует отметить, что в Нерчинске был собран на помощь гарнизону Албазина отряд из 100 служилых людей с 2 пушками под командованием воеводы Ивана Власова. Спешило и подкрепление из Западной Сибири во главе с Афанасием Бейтоном. Но к моменту штурма крепости подкрепления не успели. В конце концов, командовавшему албазинским гарнизоном воеводе Алексею Толбузину удалось договориться с маньчжурами о выводе русских из Албазина и отходе в Нерчинск. 20 июня 1685 г. Албазинский острог был сдан. Однако закрепляться в Албазине маньчжуры не стали — и это было их главной ошибкой. Уже через два месяца, 27 августа 1685 года, в Албазин вернулся воевода Толбузин с отрядом из 514 служилых людей и 155 крестьян и промысловиков, которые восстановили крепость. Крепостные оборонительные сооружения были значительно укреплены, уже из расчета, чтобы в следующий раз они могли выдержать артиллерийский обстрел. Строительством фортификационных сооружений руководил Афанасий Бейтон — немец, принявший православие и русское подданство.

    Однако, за восстановлением Албазина пристально наблюдали маньчжуры, чей гарнизон разместился в находившейся не столь далеко крепости Айгун. Вскоре маньчжурские отряды снова начали нападать на русских поселенцев, которые обрабатывали поля в окрестностях Албазина. 17 апреля 1686 года император Канси приказал военачальнику Лантаню вновь взять Албазин, но на этот раз не оставлять его, а превратить в маньчжурскую крепость. 7 июля 1686 года вблизи Албазина появились маньчжурские отряды, доставленные речной флотилией. Как и в прошлом году, маньчжуры начали артиллерийский обстрел городка, но он не давал желаемых результатов — ядра вязли в земляных валах, предусмотрительно сооруженных защитниками крепости. Однако, во время одного из обстрелов погиб воевода Алексей Толбузин. Осада крепости затянулась и маньчжуры даже возвели несколько землянок, приготовившись взять гарнизон измором. В октябре 1686 года маньчжуры предприняли новую попытку штурма крепости, но и она окончилась неудачей. Осада продолжалась. К этому времени около 500 служилых людей и крестьян умерли в крепости от цинги, в живых осталось всего 150 человек, из которых «на ногах» были лишь 45 человек. Но сдаваться гарнизон не собирался.


    Когда в конце октября 1686 г. в Пекин прибыло очередное русское посольство, император согласился на перемирие. 6 мая 1687 года войска Лантаня отступили от Албазина на 4 версты, но продолжали препятствовать русским засевать окрестные поля, так как маньчжурское командование рассчитывало путем измора добиться от гарнизона крепости ее сдачи.

    Между тем, еще 26 января 1686 года, после известий о первой осаде Албазина, из Москвы в Китай было направлено «великое и полномочное посольство». Им руководили три чиновника — стольник Федор Головин (на фото, будущий генерал-фельдмаршал и ближайший сподвижник Петра Первого), иркутский воевода Иван Власов и дьяк Семен Корницкий. Возглавивший посольство Федор Головин (1650-1706) происходил из боярского рода Ховриных — Головиных, а ко времени Нерчинской делегации был уже достаточно опытным государственным деятелем. Не менее искушенным был и Иван Власов — грек, принявший русское подданство и с 1674 года служивший воеводой в разных сибирских городах.

    В сопровождении свиты и охраны посольство двинулось через всю Россию в Китай. Осенью 1688 года посольство Головина прибыло в Нерчинск, где просил провести переговоры китайский император.  С маньчжурской стороны также было сформировано внушительное посольство, которое возглавили князь Сонготу — министр императорского двора, бывший в 1669-1679 гг. регентом при малолетнем Канси и фактическим правителем Китая, Тун Гуеган — дядя императора и Лантань — военачальник, командовавший осадой Албазина. Глава посольства князь Сонготу (1636-1703) доводился шурином императору Канси, который был женат на племяннице князя. Выходец из знатной маньчжурской семьи, Сонготу получил традиционное китайское образование и был достаточно опытным и дальновидным политиком. Когда император Канси повзрослел, он отстранил регента от власти, но продолжал относиться к нему с симпатией и поэтому Сонготу и далее играл важную роль во внешней и внутренней политике Цинской империи.

    Поскольку русские не знали китайского языка, а китайцы — русского, переговоры должны были вестись на латыни. Для этого в состав русской делегации входил переводчик с латыни Андрей Белобоцкий, а в состав маньчжурской делегации — испанский иезуит Томас Перейра и французский иезуит Жан-Франсуа Жербильон.

    Встреча двух делегаций произошла в условленном месте — на поле между реками Шилкой и Нерчею, на расстоянии полуверсты от Нерчинска. Переговоры проходили на латинском языке и начались с того, что русские послы пожаловались на начало маньчжурами боевых действий без объявления войны. Маньчжурские послы парировали, что русские самовольно построили Албазин. При этом представители империи Цин подчеркнули, что когда Албазин был взят первый раз, то маньчжуры отпустили русских целыми и невредимыми с тем условием, что они больше не вернутся, однако через два месяца они вновь вернулись и отстроили Албазин.

    Маньчжурская сторона настаивала на том, что даурские земли принадлежат империи Цин по родовому праву, со времен Чингисхана, который якобы являлся предком маньчжурских императоров. В свою очередь русские послы утверждали, что дауры давно признали русское подданство, что подтверждается выплатой ясака русским отрядам. Предложение Федора Головина было таково — провести границу по реке Амур, чтобы левая сторона реки отошла России, а правая — империи Цин. Однако, как впоследствии вспоминал глава русского посольства, негативную роль в процессе переговоров сыграли иезуиты-переводчики, ненавидевшие Россию. Они намеренно искажали смысл слов китайских руководителей и переговоры из-за этого чуть было не оказались под угрозой срыва. Тем не менее, столкнувшись с твердой позицией русских, не желавших отдавать Даурию, представители маньчжурской стороны предложили провести границу по реке Шилке до Нерчинска.

    Переговоры длились две недели и осуществлялись заочно, через переводчиков — иезуитов и Андрея Белобоцкого. В конце концов, русские послы поняли, как надо действовать. Они подкупили иезуитов, одарив их пушниной и продуктами. В ответ иезуиты пообещали сообщать все намерения китайских послов. К этому времени под Нерчинском сконцентрировалась внушительная цинская армия, готовившаяся к штурму города, что давало маньчжурскому посольству дополнительные козыри. Тем не менее, послы империи Цин предложили провести границу по рекам Горбице, Шилке и Аргуни.

    Когда русская сторона повторно отказалась от этого предложения, цинские войска приготовились к штурму. Тогда с русской стороны поступило предложение сделать пограничной точкой крепость Албазин, которая могла быть оставлена русскими. Но маньчжуры вновь не согласились с русским предложением. Маньчжуры также подчеркнули, что русское войско и так за два года не может прибыть из Москвы в Приамурье, поэтому опасаться Цинской империи практически нечего. В конце концов, русская сторона согласилась с предложением главы маньчжурского посольства князя Сонготу. 6 сентября (27 августа) были проведены последние переговоры. Был зачитан текст договора, после чего Федор Головин и князь Сонготу поклялись соблюдать заключенный договор, обменялись его экземплярами и обняли друг друга в знак заключения мира между Россией и империей Цин. Через три дня маньчжурские армия и флот отступили от Нерчинска, а посольство отбыло в Пекин. Федор Головин с посольством отправился назад в Москву. Кстати, в Москве первоначально выразили недовольство результатами переговоров — ведь изначально предполагалось провести границу по Амуру, а власти страны плохо знали реальную ситуацию, сложившуюся на границе с империей Цин и упускали из внимания тот факт, что в случае полноценной конфронтации маньчжуры могли бы уничтожить немногочисленные русские отряды в Приамурье.

    Нерчинский договор. Первый мир России с Китаем



    В Нерчинском договоре было семь статей. Первая статья устанавливала границу между Россией и империей Цин по реке Горбице — левому притоку реки Шилки. Дальше граница шла по Становому хребту, а земли между рекой Удой и горами к северу от Амура оставались пока неразграниченными. Вторая статья устанавливала границу по реке Аргунь — от устья до верховьев, русские территории оставались на левом берегу Аргуни. В соответствии с третьей статьей, русские были обязаны оставить и разрушить крепость Албазин. В специальном дополнительном пункте подчеркивалось, что никаких строений в районе бывшего Албазина обе стороны сооружать не должны. Четвертая статья подчеркивала запрет принятия перебежчиков обоими сторонами. В соответствии с пятой статьей, разрешалась торговля между российскими и китайскими подданными и свободное перемещение всех лиц при наличии специальных проезжих грамот. Шестая статья предусматривала высылку и наказание за разбойные действия или убийства для подданных России или Китая, перешедших границу. Седьмая статья подчеркивала право маньчжурской стороны установить пограничные знаки на своей территории.

    Нерчинский договор стал первым примером упорядочения отношений между Россией и Китаем. Впоследствии происходило дальнейшее разграничение рубежей двух великих государств, но заключенный в Нерчинске договор, как бы к нему не относиться (а его результаты до сих пор оцениваются и российскими, и китайскими историками по-разному — и как равноправные для сторон, и как выгодные исключительно для китайской стороны), положил начало мирному сосуществованию России и Китая.

     
     Илья Полонский
    Категория: История | Добавил: Elena17 (06.09.2016)
    Просмотров: 174 | Теги: Русское Просвещение, даты
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Наш опрос

    Нужно ли в России официально осудить преступления коммунистической власти и запретить её идеологию?
    Всего ответов: 654

    БИБЛИОТЕКА

    ГЕРОИ НАШИХ ДНЕЙ

    ГАЛЕРЕЯ

    ПРАВОСЛАВНО-ДЕРЖАВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru