Web Analytics
С нами тот, кто сердцем Русский! И с нами будет победа!

Категории раздела

История [4180]
Русская Мысль [445]
Духовность и Культура [665]
Архив [1574]
Курсы военного самообразования [101]

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

Статистика


Онлайн всего: 14
Гостей: 14
Пользователей: 0

Информация провайдера

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • АРХИВ

    Главная » Статьи » Духовность и Культура

    В категории материалов: 665
    Показано материалов: 1-20
    Страницы: 1 2 3 ... 33 34 »

    Сортировать по: Дате · Названию · Рейтингу · Комментариям · Просмотрам

    Публикуется с разрешения автора.
    Фильм "Карельская деревня" состоит из трех новелл, которые представляют собой собирательный образ современной карельской деревни.
    Авторы фильма : Владимир Рудак/Алексей Бабенко.
    Студия "Локальное кино"
    Международный фестиваль БЭФФ-2013:
    - Приз в номинации "Карельский взгляд",
    - Приз зрительских симпатий
    - Специальный приз от телеканала "Страна".


    Светлыми воспоминаниями и нежнейшими оттенками белого цвета была полна моя жизнь до черного 1917 года. Нам свойственно превозносить чарующее время золотого детства и нежной юности, но, поверьте, моя Россия действительно была озарена чистотой и светом. Наша усадьба со сладким названием Миловида белела над прозрачным прудом затерянная среди дремучих лесов, а к обедне мы обыкновенно отправлялись в белоснежный храм неподалеку. Он был так похож на нарядный пасхальный кулич, а внутри всегда сладко пахло воском и розами. Зимой все вокруг утопало в снежном серебре, особенно красиво сиявшем и переливавшемся при лунном свете. Какое это незабываемое чувство – возвращаться домой, держа в руках коньки, идти по этому искристому серебру. А дома – бежать в объятия белоснежной изразцовой печи, наполняющей комнаты тихим уютным теплом, и отогревать у нее замерзшие руки.


    Современным читателям мало знакомо имя русской писательницы Александры Алексеевны Венкстерн (1843 – не ранее 1914), публиковавшей свои повести и рассказы под псевдонимом А.В. Стерн. Однако, начиная с 1880-х годов, многие отечественные журналы с удовольствием печатали её произведения. Уроженка Орловской губернии, дворянка, внучатая племянница П.Я. Чаадаева, Александра Венкстерн первые свои рассказы начала писать под влиянием писательницы Н.Д. Хвощинской, а уже к началу 20-го века ею был написан не один десяток рассказов, пьес, повестей. Некоторые из них печатались в издательстве «Посредник». Л.Н. Толстой в письме к А.А. Венкстерн от 28 июля 1901 года писал: «Всегда с большим удовольствием читаю ваши умные, искренние и талантливые произведения». В 1910-1912 гг. вышло в свет трёхтомное собрание сочинений писательницы. Сегодня мы предлагаем читателям прелестный, написанный трогательно и не без юмора, рождественский рассказ Александры Венкстерн «Ёлка». Он был напечатан в 1897 году в журнале «Русское Обозрение», и с тех пор долгие годы не переиздавался. Главная идея рассказа заключается в нескольких словах, сказанных его героиней: «Порадуем тех, кого можем порадовать, для великого-то праздника». Текст к публикации подготовила М.А. Бирюкова.


    Отецъ Димитрій двадцать лѣтъ уже священствовалъ въ захолустномъ селѣ. У него была благословенная семья, состоящая изъ пятерыхъ дѣтей. Трое учились въ губернскомъ городѣ. Четвертый подготовлялся въ церковно-приходской школѣ. А пятый былъ еще младенецъ руконосимый. Уныла и однообразна сельская жизнь въ зимнюю стужу. Полная противоположность благодатной веснѣ. Тогда все цвѣтетъ и благоухаетъ, такъ что деревня вожделѣнна даже для горожанъ. А теперь въ природѣ все мертво и безжизненно. Кругомъ занесло. Ни проходу, ни проѣзду.


    Писательница Софья Владимировна Энгельгардт, урождённая Новосильцева (1828 - 1894), публиковала свои произведения под псевдонимом Ольга Н. Она, также как её родная сестра Екатерина Владимировна Новосильцева (1820 – 1885), оставила большое литературное наследие – повести, рассказы, пьесы, воспоминания, обширную переписку с известными писателями своего времени, в том числе с поэтом А. А. Фетом. Многое написала Софья Владимировна для семейного чтения, для детей и юношества. Не обойдён ею и такой любимый народом жанр русской литературы, как Святочный рассказ, где воспеваются вечные христианские добродетели - любовь и сострадание к ближнему, где неизменно побеждает добро, где вера и надежда обязательно бывают вознаграждены светлым рождественским чудом. Предлагаемый читателям «Святочный рассказ» Ольги Н., вышедший в 1891 году отдельной книжкой и с тех пор не переиздавашийся, подготовили к публикации М.А. Бирюкова и А.Н.Стрижев.


    Эту чудесную рождественскую фантазию-сказку писательница Евгения Тур (Елизавета Васильевна Сухово-Кобылина, в замужестве графиня Салиас; 1815 – 1892) опубликовала за подписью «Е.С.» в декабре 1890 года на страницах журнала «Детский Отдых», где была постоянной сотрудницей. Сказка «Рождественской ночью» с тех пор не переиздавалась. Публикацию подготовили библиографы М.А. Бирюкова и А.Н. Стрижев.


    Эти два трогательных рождественских рассказа были опубликованы в 1935 году в журнале "Православная Русь" - органе Русской Православной Церкви Заграницей, имя их автора указано не было, в конце стояла подпись: "***" - три звёздочки.


    Балет эпохи Юрия Григоровича называют золотым веком. На сцене он создавал спектакли, которые вошли в историю балета как шедевры. Фильм, который мы предлагаем вам посмотреть, создан к шестидесятилетию знаменитого балетмейстера, где юбиляр вспоминает важные вехи биографии, рассказывает, как зарождался замысел его балетных постановок, и почему ему так важно беспрекословное подчинение хореографическому тексту.


    "Но жизнь бесконечная" ¬- слова, которые произносятся в панихиде в память об оставивших этот мир. Этот фильм - не просто рассказ о Савве Ямщикове, который поведал его близкий друг Валентин Курбатов. Но это и прощальный монолог самого Валентина Курбатова. Этот фильм - память и о нем.


    Большой висячий подсвечник перед судовой иконой св. Николая Угодника был густо уставлен горящими восковыми свечами; те, которым не хватило места на подсвечнике, теснились на полке киота, прилепленные прямо к дереву. В палубе перед образом собралось почти всё население «Монгольца». Впереди – командир и офицеры в полной парадной форме, за ними – сплошная стена команды. Среди офицерских мундиров темным пятном выделялся штатский сюртук единственного гостя, приехавшего с берега. Это был датчанин, чиновник китайской таможни, просивший у командира разрешения присутствовать на молитве.


    Алессандро Доминичи - олимпийский чемпион по плаванию, который вынужден прервать свою карьеру по состоянию здоровья. Когда ему было 12 лет, его отец погиб, утонув из-за крушения катера, и Алессандро считает, что смерть отца - это его вина. После насмешек со стороны своих приятелей, агента и тренера, он принимает предложение друга дона Луки и соглашается тренировать несовершеннолетних мальчишек с криминальными проступками. Так, он становится не только их тренером по плаванию, но и наставником на пути к лучшей жизни.


    Фильм о любви к русской земле и простому человеку, украшенный пронзительной фольклорной музыкой. За основу сюжета взята Родина известного писателя и певца русской деревни, редко вспоминаемого нынче Василия Ивановича Белова, деревня Тимониха, где проходил Большой летний сенокос. Чему радуется современный крестьянин, о чем мечтает и какие песни он поет, вы узнаете посмотрев новый фильм Валерия Татарова.


    На святках, в Москве, в доме на Поварской, сидело небольшое общество. Хозяйка дома, Марья Петровна, худенькая, маленькая блондинка, лет тридцати шести, славилась уменьем собирать к себе в гостиную чем-нибудь выдающихся людей: бывали тут и литераторы, и музыканты, и художники, положим, хотя не первой руки, но всё же очень интересные люди. В тот вечер, про который я хочу рассказать, в гостиной у Марьи Петровны было особенно оживлённо: говорили про литературу, поэзию, и кто-то перешёл на святочные рассказы. Марья Петровна обратилась ко всем с просьбой рассказать что-нибудь из бывшего с ними или слышанного из совершенно достоверного источника; всякий рассказал, что пришло в голову, - были тут и фантастические рассказы о привидениях, о старинных легендах.


    На одной из весенних выставок в Петербурге, лет шесть назад, обратила на себя внимание картина неведомого ранее художника Егора Пасхалова. Называлась: «Толпа и гений». Никакой, впрочем, толпы на картине не было. Была всего одна живая человеческая фигура. Кто бывал в Голландии, в Амстердаме, тот сразу узнавал место изображения: небольшой сравнительно сад на главной городской улице. В саду и вокруг сада пусто. Поздняя ночь окутала всё тёмным покрывалом. Только посреди сада, в полосе яркого света от электрического фонаря, на высоком столбе, резко выделяются плечи и голова бронзовой статуи. То памятник великому Рембрандту, гению голландской живописи.


    Зима. Белая ночь тихо сошла на снежные поля и сладким покоем охватила мирное село Крутые Горки. Мороз затих; в воздухе потянуло дремотой; луна неторопливо плавала среди гряды спокойных облаков; серые избы то тут, то там чуть-чуть мигали бледными огоньками лампадок, теплившихся в божницах. В ожидании Христова Рождества в самой бедной крестьянской мазанке всё выглядело по-праздничному… Принарядилась и нужда, вынула из заветных коробов, достала из покосившихся чуланчиков, старых амбарушек, что возможно получше, для встречи большого праздника… Рано эта ночь навела на всех спокойный сон, чтобы пораньше разбудить и старого и малого церковным колоколом... Тишь по всему селу; тишь и на Волге, онемевшей подо льдом; не плещется уже её свободная волна о высокий берег, где сторожит широкую реку крутогорская церковь... Но... чу!.. где-то хрустнуло; тявкнула спросонья собака и замолкла... ни шороха, ни звука... «Господи помилуй!.. Господи помилуй!..» - слышится и затихает шёпот в большой избе с резным коньком среди своих соседок, окутанных сверху донизу пухлым снегом... Всё погрузилось в молчание в этом доме: молчаливы длинные, вытянувшиеся во всю стену лавки, молчалива широко уместившаяся у двери печка, не слышно на ней неумолкаемой болтовни намёрзнувших за день ребят, молчаливы бесконечные полати, откуда минутами слышатся сонные вздохи спящих, молчалив спрятавшийся совсем в тени конник, где наскоро заснула до ожидаемой всеми заутрени молодая женщина, мать троих разнолеток-детей, - серая свитка окутала её с ног до головы, но густая золотистая коса выбилась на волю и повисла почти до полу... Всё стихло и спит; один сухощавый седой старик стоит в переднем углу перед божницей и шепчет, не переставая: «Господи помилуй!.. Господи помилуй!..», медленно переводя руку со лба на грудь и плечи, медленно склоняясь перед тускло освещёнными ликами икон... Белая борода до пояса, ясное лицо, осанка спокойная, рост высокий, - всё это напоминает древних подвижников, каких рисует нам старое время, - сколько тихой простоты, силы, не покорившейся никакому горю, никаким несчастиям жизни, лежит в каждом движении в каждом взгляде этого старца... Густые нависшие брови его то сурово супятся, скрывая грустный взгляд, - и, кажется, он уходит в своё печальное прошлое, - то лицо его умиляется, и на бледных устах скользит младенческая улыбка, глаза горят и как бы проникают в даль грядущего... Савельич молится: ничто не мешает ему беседовать в простоте душевной с Богом, только длинная тень протянулась слева по всей стене, то опускается, то поднимается вместе со стариком.


    Это было несколько лет тому назад, когда я путешествовал по Северному Уралу. Я жил тогда в маленьком домике на устье одной реки среди вогулов с собакой, инструментами и такой скукой, от которой решительно нельзя было никуда скрыться. Ближайший городок был в пятистах верстах, почта приходила раз в месяц и то с «сибирской оказией», читать было нечего, и оставалось одно: наблюдать природу, вести скучный дневник и проводить изредка вечера среди дикарей, сидя у их пылающего камина и слушая, как они молчат, вечно погружённые в какую-то бесконечную думу. Да и о чём мы могли с ними разговаривать, когда весь интерес дня заключался в погоде, снегу и буранах, а все новости только в том, сколько кто словил за день в ловушке налимов. В таком положении меня застало приближение Рождества. Остаться тут на такой весёлый праздник, на святки, это значило бы прибавить себе ещё лишнее неудовольствие, и вот я, раздумывая, куда бы скрыться на это время, решил перевалить Урал и проехать в ближайшее село Ижму, чтобы провести там праздники. Ближайшее село это было ровно в трехстах верстах от моей резиденции вогульской по карте.


    Случалось ли вам когда-нибудь, в зимний вечер, когда иней порошил ваше платье и волосы, идти по широкой снежной равнине? Кажется, как будто холод, несмотря на тёплую одежду, проникает в самое сердце. Окружающая вас смерть природы настраивает вас на мысли о смерти. Самый бесстрашный человек начинает бояться, самый благочестивый - с усилием вспоминает, что он и тут под очами вездесущего Бога, который из смерти вызывает жизнь и мёртвую зиму превращает в цветущую весну.
    Представьте же себе, что эта снежная равнина простирается на сотни и сотни миль перед вами, за вами и вокруг вас; что этот холод несравненно сильнее наших зимних холодов, и этот мрак окружает вас целые два месяца и продлится столько же до появления солнца. Представьте себе всё это, - и вы поймёте, где находились наши действующие лица.


    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Подписаться на нашу группу ВК

    Помощь сайту

    Карта ВТБ (НОВАЯ!): 4893 4704 9797 7733

    Яндекс-деньги: 41001639043436

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 1881

    БИБЛИОТЕКА

    СОВРЕМЕННИКИ

    ГАЛЕРЕЯ

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru