Русская Стратегия

      Цитата недели: "С ужасом внимает душа грозным ударам Суда Божия над Отечеством нашим. Видимо, оставил нас Господь и предает в руки врагов наших. Все упало духом, все пришло в отчаяние. Нет сил трудиться, и даже молиться! Нет сил страдать и терпеть! Господи! Не погуби до конца. Начни спасение! Не умедли избавления." (Свщмч. Иосиф Петроградский)

Категории раздела

История [1723]
Русская Мысль [247]
Духовность и Культура [319]
Архив [839]
Курсы военного самообразования [74]

ЭЛЕКТРОННЫЕ КНИГИ ЕЛЕНЫ СЕМЁНОВОЙ. СКАЧАТЬ!

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

ПРОГРАММА "РУССКИЕ БЕСЕДЫ" НА "РУССКОЙ СТРАТЕГИИ"

ПРОГРАММА "ТОЧКА ЗРЕНИЯ"

ИСТОРИЯ СТРАНЫ МОЕЙ

СВОД. НОВОРОССИЙСКИЕ СТРОФЫ

Статистика


Онлайн всего: 12
Гостей: 11
Пользователей: 1
Elena17

Друзья сайта

ПЕРВЫЙ ПОЛК РУССКОЙ АРМИИ
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • АРХИВ

    Главная » Статьи » История

    История 65-го пехотного Московского полка

    Из более замечательных событий этого года для полка во время стоянки в Нижнем было то, что 24-го марта ему по порядку полков в русской армии, распределенных по дивизиям, дан был номер 65-й и с этих пор он стал называться: «65-й пехотный Московский полк».

       В половине мая обыкновенным походным порядком Московцы выступили к Москве и, прибыв туда 24-го мая, расположились вместе с остальными полками 17-ой и 1-ой гренадерской дивизии в лагере, на Ходынском поле. Сначала было предположение, что на зиму Московцы будут размещены в Хамовницких казармах, но потом получилось изменение дислокации, и полк 1-го сентября вступил на новые постоянные квартиры в гор. Венев Тульской губернии, с расположением рот по деревням в Веневском, Епифановском и Каширском уездах; в самом же Веневе расположены были только штаб полка и две караульные роты, ежемесячно менявшиеся; причем под лазарет и канцелярию был отведен общественный городской дом, все же мастерские и команды помещались в наемных домах; роты стали казарменным порядком.

       Остаток этого года был проведен в устройстве на новых квартирах и в обыкновенных мирных занятиях, причем прибывшие в конце 1863-го года бессрочно отпускные оставались в полку и только следующее число нижних чинов было отправлено в разные места: 32 унт.-офицера и 165 рядовых для перевода в полки 18-й дивизии; 39 унт.-офицеров в резервные батальоны и 330 рядовых на укомплектование 36-ой пехотной дивизии; так что к 1-му января 1865-го года в полку состояло штаб и обер офицеров 64, нижних чинов 1964.

       Так как на смотрах предыдущих годов выяснилось, что стрельба в полку едва достигает оценки удовлетворительной, то для поднятия её приняты были новые и энергичный меры и, между прочим, в октябре месяце подпоручик Толочко с 32-мя нижни­ми чинами был прикомандирован к 17-му стрелковому батальону, расположенному в Богородицке, для лучшего ознакомления со стрелковым делом.

       13-го августа 4-й резервный батальон полка был расформирован по ротно и послужил кадром для составления вновь сформированных тогда же резервных батальонов 49-го, 62-го, 63-го и 65-го.

       Высочайшим приказом 20-го декабря командир 1-го батальона подполковник Измаильский произведен был в полковники с назначением командиром 57-го резервного батальона, а полковник Труневский в генерал-майоры, с оставлением в должности командующего полком и с зачислением по армейской пехоте. Впрочем в таковой должности он оставался недолго: 10-го Января 1865-го года он был уволен от службы с мундиром и пенсионом полного оклада. Яков Федорович Труневский, по отзывам современников, служивших с ним, был человек весьма добрый, часто опрометчивый и очень вспыльчивый, любивший выпить и на службу смотревший весьма легко. Начальству Труневский никогда не пока­зывался трезвым, ибо в таком состоянии он был труслив и безответен; это обстоятельство в связи с недостаточным знанием службы и повело к тому, что ему секретно было предложено выйти в отставку, дело о которой и пошло в след за представлением его в генерал-майоры*). Жизнь свою он окончил где-то на Кавказе, лечась от болезни.

    *) Современники его рассказывают, что окончательною причиною его увольнения от службы был следующий случай: Командующий войсками Г. Гильденштуббе приказал Труневскому произвести полковое учение в своем присутствии. Яков Федорович, ни­когда не занимавшийся таковым, только и знал два построения: размыкание полка на пол­ные интервалы и смыкание его на тесные интервалы; поэтому он теперь раз пять повторил их. Генер. Гильденштуббе приказал тогда делать дальнейшие построения. Но вспыливший Труневский; запальчиво ответил на это: „дальнейшие построения я делал с пол­ком на Черной речке, напрасно вас там не было! (намек на то, что Гильденштуббе не­ участвовал ни в одном сражёнии за всю свою службу) - и повернувшись к полку скомандовал:  „Полк кругом, по палаткам!"

       Тем же Высочайшим приказом 10-го января командиром Московского полка был назначен полковник Крок 2-й, бывший до сего времени командиром поселенного №4 Куонисского Финского стрелкового батальона, а впредь до его прибытия генералу Труневскому приказано было сдать полк старшему штаб-офицеру майору Граббе. Но Высочайшим приказом от 5-го апреля полковник Крок, не прибывая к полку, был назначен в распоряжение командующего войсками в Финляндии. Замечательно, что Крок еще в 1834-м году, в чине прапорщика, был переведен из Петровского полка в Московский; по дороге к новому месту служения он заболел, а ко времени выздоровления вновь был переведен в Петровский полк. Таким образом в течение своей службы он два раза был переводим в Московский полк и оба раза не прибывал к полку.

       Теперь на его место командиром полка был назначен полковник лейб-гвардии Московского полка Петр Алексеевич Юноша, а до прибытия его предписано было начальником дивизии заведовать полком только что произведенному из майоров в подполковники Власьевскому.

       Полковник Юноша воспитывался во 2-м С.-Петербургском кадетском корпусе, был выпущен оттуда прапорщиком и всю службу свою до нового назначения провел в лейб-гвардии Московском полку. К новому месту служения он прибыл 7-го мая, когда полк был только что собран на тесные сборы в деревнях около Венева; не успел он еще хорошо познакомится со своею частью, как начались различные командировки: 26-го мая, по распоряжению начальства, 3-й батальон майора Петрова выступил в с. Лопатково Тульской губернии, для конвоирования арестантов гражданского ведомства на работах южной железной дороги, с прикомандированием его к 67-му пехотному Тарутинскому полку. 5-го июля команда в 48 человек, с прапорщиком Галузиным, отправлена была на укомплектование вновь формировавшихся тогда восточно-сибирских линейных батальонов. 17-го июля соглас­но предписания начальника дивизии 1-й батальон майора Граббе выступил в гор. Тулу для содержания караулов, а 2-й батальон майора Крушевского на станцию Ясенки, для конвоирования арестантов на работах южной железной дороги, на смену 3-го батальона, который тогда же вернулся в Венев; 1-й же и 2-й батальоны вер­нулись только 30-го октября.

       Между тем в этом году корпуса были расформированы и 17-ая дивизия причислена была прямо к Московскому округу. Еще 13-го сентября полк стал приводиться из обыкновенного мирного в кадровый состав, для чего сначала последовало увольнение в отпуск всех нижних чинов, выслуживших 12-ти летний срок службы, а затем отправление команд на укомплектование других частей; так, 14-го сентября 74 человека отправлены въ 37-ую пехотную дивизию; 21-го туда же еще 62 человека; 30-го сентября 223 человека на укомплектование 1-й гренадерской дивизии; 23-го сентября 7 обер-офицеров переведены в войска восточной Сибири; 28-го декабря 73 человека - в Нижегородский губернский батальон. Пополнение полка в эти последние два года производилось во 1-х, людьми из губернских батальонов, которые, по случаю переформирования последних оказались там сверхштатными и неспособными для службы в тех батальонах; во 2-х, не способными для службы в кадровых резервных батальонах; в 3-х, сужденными за преступления при Московском орданансгаузе и в 4-х, бывшими в отпусках по слабости здоровья, а следовательно ничем не занимавшимися в продолжение нескольких лет. Таковое пополнение полка, в связи с увольнением в бессрочный отпуск старых и переводом в гренадерскую дивизию лучших нижних чинов, а также постоянно тяжелая служб последнего года по конвоированию арестантов, — имело последствием то, что степень состояния полка по фронту, стрельбе и другим вспомогательным отраслям военного образования в 1865-м году значительно упала против прежних годов; к тому же расквартирование полка было чрезвычайно разбросано, а гражданское начальство, соблюдая интересы земства, часто отказывало в отводе помещений для занятий; в силу этого и не было никакой возможности принять какие-нибудь меры к поднятию военного образования полка, ибо в продолжение всей зимы ротные командиры не имели возможности собрать людей для личного обучения, а приходилось им огра­ничиваться объездом рот для занятия по частям, что было весь­ма неудобно и все таки не давало им возможности видеть своих людей более раза в неделю. По этой же причине и грамотность, на которую тогда обратило внимание все высшее начальство, разрешая выписывать книги на экономические деньги, — не имела успеха.  Все вышеизложенные обстоятельства были причиною и не со всем удовлетворительного нравственного состояния нижних чинов и, хотя крупных преступлений за это время не было, за то мелкие повторялись постоянно, так что число штрафованных нижних чинов к 1-му января 1866-го года составляло 11-ую часть всего полка, а бежавших в 1865-м году было 44 человека. Даже наружный вид полка, после выбора лучших для перевода в другие части, был только едва посредственный, причем много красило его обя­зательное ношение бакенбард, постоянно подтверждаемое начальником дивизии.

       Что касается до состава офицеров, то за последнее время он значительно уменьшился выходом в отставку всех старых и переводом в другие части менее удовлетворяющих своему назначению. Так, по образованию к 1-му января 1866-го года состояло в полку офицеров:

    1)   Из военной академии................................................ 1

    2)      „   Кадетских корпусов........................................... 17

    В)  Кончивших курс в гражд. высш. учеб. зав. ....................4

    4)            В гимназиях и семинариях. ................................13

    5)            В юнкерских училищ. и дивизион. школах ...........21

    6)            Не получивших никакого образования ..................7

    Из числа 63 офицеров 13 человек было женатых и 50 холостых.

       Тяжелая конвойная служба продолжалась и в следующем 1866-м году. В начале его 50 человек штрафованных нижних чинов были отправлены на сформирование рабочей бригады, пред­назначенной для работ по проведению южной железной дороги между гг. Орлом и Курском; а для конвоирования этой бригады был назначен Московский полк. Сначала 21-го марта, для принятия арестантов из г. Серпухова, был назначен только один 3-й батальон; для этого предписано было всему батальону, со всеми рот­ными вещами, собраться в Веневе: здесь были выбраны самые лучшие, опытные и надежные люди для составления конвоя, в каждой роте от 30 - 40 человек, с 3-мя унтер-офицерами и с ротным командиром. Оставив всех остальных в Веневе, выбранные отправились по назначению и приняли в Серпухове: 9-ая рота шт.-капитана Зарембо - 2-ую московскую арестантскую роту; 10-ая рота штаб-капитана Гамзагурдия 1-ю московскую арестантскую роту; 11-ая рота штаб-капитана Кунцевича - ярославскую и 12-ая рота поручика Карпова, - владимирскую, (каждая арестантская рота была составом в 250 человек). Приняв арестантов, роты повели их на станцию Ясенки, Крапивинскаго уезда. Вскоре за этим последовало распоряжение и остальным частям полка, кроме стрелковых рот, выступить за принятием арестантов; вследствие чего 10-го апреля выступили 7-ая и 8-ая роты в г. Тулу, 5-ая в г. Серпухов, 6-я в г. Зарайск, откуда каждая привела также по роте арестантов на станцию Тросна. Позднее других выступил из Венева на эту же станцию 1-й батальон со всеми оставленными людьми других батальонов. Таким образом в этом году участие в конвоировании арестантов принимал весь полк, за исключением стрелковых рот, оставшихся в Веневе при складах полка, под начальством подполковника Власьевского.

       На лини строящейся железной дороги арестанты были размещены в выстроенных для них бараках, а Московский полк в ближайших деревнях, лежащих вдоль этой же лиши. При этом полк состоял в распоряжении инспектора гражданских арестантов, генерал-майора Штемпель. Здесь служба была весьма тяжела: приходилось каждому нижнему чину, быть через день или в конвой во время работ, для чего по всему пространству выставлялась цепь часовых, или в карауле, выставляемом при бараках.

       В октябре месяце работы на железной дороге прекратились; 5-го числа 1-й батальон, конвоируя арестантов, выступил в гор. Тулу, где, по сдаче таковых, и оставлен был для несения караульной службы, с прикомандированием его к 66-му пехотному Бутырскому полку. 19-го октября выступил со станции Ясенки 34-й батальон и полковой штаб прямо в гор. Венев, откуда роты разошлись на свои просторные квартиры; 2-й же батальон оставался при арестантах, помещавшихся в бараке № 4-й еще некоторое время и только в ноябре месяце возвратился на свои зимние квартиры; трудная конвойная служба этого года была причиною того, что из полка бежало 52 человека нижних чинов.

       С концом этого года беспрестанные передвижения частей полка не прекратилось: в январе 1867-го года, по предписанию начальника дивизии, 3-ий батальон был собран с просторных квартир и переведен в г. Тулу, для несения караульной службы, откуда вернулся только к 1-му мая, вместе съ 1-м батальоном. Таким образом только ко времени тесных сборов 1867-го года полк собрался вместе в полном своем составе, и то, будучи расквартирован в окрестностях Венева: 1-й батальон в д. Хавки, 2-й в д. Хруслово, 3-й в Коломенской слободе и стрелковые роты в остальных слободах города. Полковые сборы продолжались до 30-го июля и, несмотря на усиленные занятья в ротах, полк едва на смотрах начальства оказался удовлетворительным: так расшатали его постоянные передвижения, просторные квартиры и трудная конвойная служба; впрочем отчасти этому же, причиною было и то обстоятельство, что удобных для учений и стрельбы мест нигде не было отведено гражданским начальством и только у г. Венева были устроены стрелковые валы, на расстояние 600 шагов от черты города, вследствие чего стрелковый роты не имели возможности стрелять на дальние дистанции; некоторым же ротам приходилось делать утомительные переходы на стрельбу и для фронтовых учений.

       Из более выдающихся событий этого года - это насильственная смерть подпоручика Стасюлевича, утопившегося 22-го августа в р. Веневке, по случаю болезни полнокровия мозга и легких. Кроме то­го зима 1867—1868 года была особенно суровая и в полку, раскиданном по деревням на огромное пространство, было несколько случаев замерзания нижних чинов при переходах из одной деревни в другую по делам службы. А между тем частые переходы эти были необходимы, ибо шли большие приготовления, вследствие назначения полка на лето в московский лагерь. Уже к середине апреля полк был собран на тесные квартиры, к г. Веневу, где начались усиленный занятия.

       В 1868-м году на долю Московцев выпало необыкновенное счастье. 6-го мая у Государя Наследника Цесаревича Александра

       Александровича родился сын - первенец. Государю Императору благоугодно было назначить своего царственного внука Шефом Московского полка, в следствие чего полк был переименован в «65-й пехотный Московский Его Императорского Высочества Великого князя Николая Александровича полк.» Радость всех Московцев, разумеется, была не изъяснимая и все они, по получении Высочайшего о семь приказа, единодушно решили составить телеграмму на имя военного министра, с просьбою передать их верноподданнические чувства Государю Императору за таковую необыкновенную милость к полку. Ответом на эту телеграмму была благодарность полку Государя Императора за выраженные чувства. С этих пор каждый Московец стал чувствовать себя, как бы более близким слугою Царя и Его семьи, а возникшие с тех пор ежегодный сношения с Двором и до сих пор поддерживают и укрепляют это чувство, соединенное с чувством беспредельной преданности Царскому дому, передающееся от поколения к поколению. С того же времени в полку ежегодно стали праздноваться кроме полкового праздника 5-го октября (трех святителей: Петра, Алексея и Ионы) еще 9-го мая - день рождения и 6-го декабря день тезоименитства Шефа полка.

       Вскоре после этого великого события в жизни Московцев, полковник Юноша, командир 1-ой роты, в списки которой зачислен был Его Императорское Высочество Шеф полка и которая с этих пор стала называться „Ротою Его Высочества," - капитан Тютчев и фельдфебель той же роты Иван Тулупов, в качестве депутации от полка, отправлены были в С.-Петербург, для присутствования при святом крещении своего шефа, и здесь Наследник Цесаревич (ныне благополучно царствующий Государь Император) изволил пожаловать в воспоминание об этом событии фельдфебелю Тулупову золотые часы и единовременно 50 руб. сер.

       Между тем 20-го мая полк выступил из Венева и 1-го июня прибыль в лагерь на Ходынское поле. Здесь на всех смотрах командующего войсками Московского округа и начальника дивизии, полк представился в отличном состоянии во всех отношениях. Лагерь продолжался до 25-го августа, а 6-го сентября Московцы вернулись в Венев, откуда роты немедленно и разошлись опять по своим старым просторным квартирам, за исключением 1-го батальона, который, по случаю неурожаев в Епифанском уезде, расположен был в деревнях Тульского уезда; да 9-ая и 12-я роты были отправлены на экзекуцию в с. Сеньково. Вообще район расположения полка в это время составлял площадь в 120 верст. В следующем 1869-м году кроме обычных движений частей полка для занятия караулов в г. Веневе, в апреле месяце, оставив только команду из 3-х унтер-офицеров и 27 рядовых при поручике Прокоповиче - для охранения полковых складов, - весь полк двинулся для занятия караулов, на место 70-го пехотного Ряжского полка, в г. Рязань, куда и прибыль 5-го мая.

       Сюда в ночь с 12-го на 18-ое мая прибыл Его Императорское Высочество Великий князь Николай Николаевич старший с командующим войсками округа, почему от роты Его Высочества назначены были почетные ординарцы, вестовые и парные часовые к квартире, где изволил остановиться Его Высочество, отбывший на другой день далее.

       В Рязани весь полк сначала стоял в казармах; но в конце мая 3-ий батальон командирован был на экзекуцию в сел. Гуслицы, Егорьевского уезда, где роты его расположены были на просторных квартирах по окрестным деревням.

       С возвращением Ряжского полка из лагеря в сентябре месяце, Московцы вернулись обратно в Венев, а отсюда на свои зимние квартиры.

       В конце этого года полк перевооружен был шестилинейными винтовками Крнка, заряжающимися с казны. Это обстоятельство послужило, разумеется, источником новых усиленных занятий по знакомству с этими винтовками и с теориею стрельбы из них; а раннею весною следующего 1870-го года началась и самая стрельба: спешили особенно потому, что полку предстояла очередь идти в Московский лагерь, куда, как было известно, предполагал приехать и Государь Император.

       17-го мая 1870 года полк Его Высочества, отслушав напутственный молебен, выступил под Москву, оставив в Веневе поручика Вышемирского с командою нижних чинов, для охранения полкового имущества; а в августе он участвовал на всех смотрах и маневрах, производимых в присутствия Его Императорского Величества.

       Из лагеря Московцы уже не вернулись в Венев, а согласно новой дислокации войск, через Подольск, Серпухов и Тарусу направились в Калугу, прибыв куда 13-го сентября и расположились: штаб полка, 1-й и 3-й батальоны, 8-ая рота и штаб начальника стрелков в самом городе, казарменным порядком; штаб 2-го батальона и 5-ая рота в г. Перемышль, 6-ая рота в с. Каракозове, 7-ая в с. Раеве, а стрелковые роты в Медынском уезде: 1-ая стрелковая рота в д. Дворцы, 2-ая в с. Карово и 3-ья в с. Слядневе.

       Со времени расположения полка в Калужской губернии, в течение последующих трех лет, начинается светлая эпоха в жизни служащих в этом полку. Умный, сдержанный полковник Юноша, в течение своего пятилетнего командования полком в весьма трудные годы его службы, успел настолько заслужить расположение всех чинов и званий, что все в нем, как говорится, души не чаяли: никого никогда не оскорбил он резким словом или возгласом, всегда и всюду являлся действительным отцом своих подчиненных, а в то же время на службе он всегда был тверд и настойчив. Теперь к этому прибавилось еще и то обстоятельство, что служба в Калуге не требовала никаких особенных усилий и обычные мирные занятия, при удобстве казарменного расположения и при имении довольно сносного теплого манежа, не были обременительны и тяжелы ни для нижних чинов, ни для офицеров. Кроме того для последних, привыкших жить по деревням, жизнь в губернском городе представляла массу разнообразия и удовольствия.

       Из общих распоряжений по всей армии, коснувшихся и Московского полка за этот период были следующие:

       В 1863-м году совершенно было отменено употребление квартиргерских значков. Тогда же вышло положение об офицерских судах, каковое немедленно и было введено в полку; общим голосованием в первые члены суда общества офицеров были избраны: капитан Нейдгард, шт.-капитан Зарембо, поручик Голубов, подпоручик Леонтиев и прапорщик Щеголев, а кандидатами: капитан Копытин, шт.-капитан Ракитянский, поручик Мядосытов, подпоручик Януш и прапорщик Прозоров. Затем в том же году кивера и фуражки заменены были одним головным убором - кепи, причем для парадной формы к нему приделывался герб и султан. Эти шапки по своей легкости были гораздо удобнее прежних касок. Вообще в царствование Императора Александра II-го перемены в обмундировании войска шли одна за другою; вообще же к началу семидесятых годов солдат наш был одет в двубортный просторный мундир с низким стоячим воротником; полы мундира закрывали весь живот; широкие шаровары заправлялись в высокие сапоги; просторная шинель была ниже колен и имела отложной воротник; вошли в употребление также башлыки; но в 1871-м году двубортные мундиры были заменены однобортными, причем носившиеся до сих пор Московцами синие пагоны заменены красными, как первого полка в дивизии. Вооружение полка за это время тоже изменилось несколько раз. Так до 1868-го года полк имел шестилинейные винтовки ударной системы, заряжавшиеся с дула. Затем таковые были переделаны в игольчатые системы Карле, заряжавшиеся с казенной части бумажным патроном, и наконец в 1870-м году получены были винтовки Крнка, заряжавшиеся с казенной части металлическими патронами, причем стрелки имели прицелы до 1200 шагов, а все остальные только до 600 шагов. В походе солдат должен был иметь 48 патронов.

    Приложение № 25.

    СПИСОК
    Гг. Штаб и обер-офицерам 65 пехотного Московского полка к 6-му мая 1868-го года по старшинству

    Полковник Петр Юноша - командир полка; по окончании курса во 2 кадетском корпусе - прапорщиком в гвардии.

    Подполковники: Егор Смольков - команд. 2 батальона; по оконч. курса в 1-м Московск. Кадет. корпусе - прапорщиком.

    Андрей Власьевский - начальник стрелков; по оконч. курса в Ярославском Демидовском лице - поступил рядовым. Константин Грабе - команд 1 батал. по оконч. курса во 2 кадетcком корпусе прапорщиком.

    Майоры: Леопольд Крушевский - ком. 3 батал.; по оконч. курса в Минской гимназии - рядовым.

    Виктор Кирилов - помощ. командира полка по хозяйст., части; по оконч. курса в 1 кад. Корпусе - прапорщиком.

    Капитаны: Барон Констант. Де-Палемберг - Ассесор в коммисии воен. суда при Московск. комендант, управлении; по оконч. курса во 2 кадетс. корпусе - подпоручиком.

    Виктор Зарембо - команд. 6 роты; по оконч. в Дворянском полку - прапорщиком.

    Василий Смирнов – команд. нестр. роты; неоконч. курса Калуж. Дух. Семинарии - рядовым.

    Капитаны: Максим Ракитинский - ком. 5 роты; воспитыв. в бывшем неранжиров. батальоне 2 учебн. карабинерн. полка -рядовым.

    Болеслав Ясевич - ком. 7 роты, по оконч. курса во 2 Констант. воен. училище - прапорщиком и окончил курс Михай­ловской артил. академии.

    Сергей Тютчев - ком. 1 роты; по оконч. курса в Рязанской гимназии - унтер-офицером.

    Шт.-Капитаны: Федор Римско-Корсаков - ком. 3 стр. р.; воспит. дома; унт.-офиц.

    Иван Сташковский - ком 4 роты; по оконч. курса в Тельшевском прогимназиальном училище, - рядовым.

    Иосиф Кунцевич - ком. 2 роты; восп. в части, зав. - рядовым.

    Станислав Вильский - ком. 2 стр. р.; восп. в части, завед. - рядовым.

    Николай Карпов - ком. 12 р. - в части, учебн. зав. - рядовым.

    Василий Чугаев - ком. 9 р.; по оконч. курса в Харьковской дух. семинарии, - унтер-офицером.

    Франц Эйгенфельд - ком. 1 стр. р.; по оконч. курса в Краковском лицее - апликантом.

    Александр Стоббе - ком. 5 р.; восп. в доме родит. - унт.-офиц.

    Станислав Вальц - ком. 10 роты; по оконч. курса в Императорском Дерптском университете - унтер-офицером.

    Александр Шидловский - ком. 8 роты по оконч. курса во 2 Московск. кадет, корпусе - подпоручиком.

    Владислав Лашкевич - ком. 3 роты; по окон, курса Могилевской гимн. - и во 2 Московск. кадет, кор. - подпоручиком.

    Николай Коржавин - Суб. оф.; неоконч. кур. в 1 кадетск. Корпусе - юнкером.

    Николай Лошевский – Завед. в полку оружием; восп. в част. учебн. заведении - унтер-офицером.

    Поручики: Михаил Прокопович - Суб. оф. восп. в частн. учебн. заведении - унт. офиц.

    Степан Комаров - суб. оф.; по окон. курса в Лазаревском Институте восточных языков, - унтер-офицером.

    Николай Тютчев 2-ой - Суб. оф.; восп. в частн. учебн. зав. - унт.-офиц.

    Леонид Павлов - Жалонер. офицер; воспит. у родителей - унтер-офицером.

    Гелиодор Рымашевский - Суб. оф.; по оконч. курса в Александровском кадет. корпусе - прапорщиком.

    Митрофан Прозоров - Делопроизводитель полкового суда; восп. в част. уч. зав. - топографом 3 класса.

    Констант. Черкасский - Суб. оф. воспит. у родителей, -прапор­щиком из турецкой службы.

    Аркадий Николаев - полковой адъютант; восп. в част. учеб. заведении - рядовым.

    Дмитрий Скибиневский - Суб. оф.; восп. в Балаклавском греческом отделении, - рядовым.

    Иван Горностайский - приком. к 74 пех. Ставропольскому пол­ку, по окон. кур. въ Минском уездн. училище –рядовым.

    Подпоручики: Матвей Сердюков - Суб. оф. воспит. дома; - рядовым.

    Гавриил Рейх - Суб. оф.; по оконч. курса в Архангельском полубатал. воен. кантонистов - рядовым.

    Виталис Залеский - Суб. оф.; по окон. курса в Константиновском училище - подпоручиком.

    Федор Коржавин - Батал. адъютант; неоконч. курса в Павловском кадет. корпусе – юнкером.

    Алечсей Федченко - Суб. офиц.; воспит. в частн. учебн. завед. - рядовым.

    Фрол Тихоновский - Суб. оф.; по окон. кур. в Смоленском батальон воен. контонист. - рядовым.

    Михаил Прозоровский - полковой казначей; по оконч. курса в Нижегородской дух. Семинарии - унт.-офицером. Александр Каннабих - прик. к 31 пех. резерв. батал.; не­оконч. курса в Орловском кад. корп. - Фейерверкером.

    Михаил Абруцкий - Суб. оф.; неокон. курса в 1 Московском кадет. корпусе - юнкером.

    Николай Морозов - Суб. оф.; оконч. курс в Нижегородской гимназии - унтер - офицером.

    Вильгельм Крейден – полк. квартермистр, неокон. курса Казанского университета - унт.-офицером.

    Алексей Новлянский - Суб. оф.; восп. в части, учебн. завед. и оконч. в Москов. пех. юнкер. училище.

    Барон Констант. Тизенгаузен - Суб. оф.; неоконч. курса в 3 Александровском в. училище - юнкером.

    Василий Савельев - Бат. адъютант; неоконч. курса во 2 Московск. кадет, корп. - юнкером.

    Прапорщики: Николай Колокольцев - Бат. адъютант, оконч. курс в 3 Александров. в. училище - прапорщиком. Константин Погануцци - Суб. оф.; окончил курс в Михайловском артиллер. Училище - прапорщиком.

    Яков Измаильский - Суб. оф.; неоконч. курса в Воронежском корпусе - юнкером. Николай Стрельбицкий - Суб. оф.; неокон. курса в Аракчеевском корп.; - юнкером.

    Андрей Бринкен - Суб. оф.; неоконч. курса в 3 Александровском в. училище; - юнкером.

    Маврикий Калицкий - Бат. адъют. неок. курса в 1-й Московск. воен. гимназии; - юнкером. Владиславъ Ржепецкий - Суб. оф.; неок. курса во 2-й Московск. в. гимназии; - юнкером.

    Борис Бахметьев  прик. к 4 грен. Несвижскому полку; вос. дома - унт.-офицером.

    Федор Богуславский - Суб. оф.; по оконч. курса в Нижегородском училище воен. ведомства, - писарем 2 разряда. Николай Сербский - Суб. оф.; оконч. кур. в Нижегор. учил. воен. ведомства - писарем 2 разряда.

    Николай Овсянников - Суб. оф.; по оконч. курса в Московск. учил. воен. вед. - писарем 2 разряда.

    Прапорщик Егор Лабут - Суб. оф. до оконч. курса в Смоленск. учил. воен. вед. - писарем 2 разряда.

    Стар. Лекарь Надв. Сов. Иосиф Харлампович.

    Младш. Лекаря: Коллеж. ассес. Александр Потапов.

    Франц Козаковский. Иван Прилежаев.

    Священник Александр Товаров.

    Я. Смирнов 1-й, 1890

    Категория: История | Добавил: Elena17 (14.10.2017)
    Просмотров: 56 | Теги: русское воинство, полковые праздники, даты
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 630

    БИБЛИОТЕКА

    ГЕРОИ НАШИХ ДНЕЙ

    ГАЛЕРЕЯ

    ПРАВОСЛАВНО-ДЕРЖАВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru