Web Analytics
С нами тот, кто сердцем Русский! И с нами будет победа!

Категории раздела

История [3626]
Русская Мысль [357]
Духовность и Культура [531]
Архив [1459]
Курсы военного самообразования [101]

ПОДДЕРЖАТЬ НАШУ РАБОТУ

Карта Сбербанка: 5336 6902 5471 5487

Яндекс-деньги: 41001639043436

Поиск

Введите свой е-мэйл и подпишитесь на наш сайт!

Delivered by FeedBurner

ГОЛОС ЭПОХИ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

РУССКАЯ ИДЕЯ. ПРИОБРЕСТИ НАШИ КНИГИ ПО ИЗДАТЕЛЬСКОЙ ЦЕНЕ

Статистика


Онлайн всего: 8
Гостей: 8
Пользователей: 0

Друзья сайта

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • АРХИВ

    Главная » Статьи » История

    «БЕЛЫЙ РЫЦАРЬ» - «ЧЕРНЫЙ БОРОН» - «МИЛЫЙ ПЕТРУША» (Письма генерала П.Н. Врангеля жене, баронессе О.М. Врангель). Ч.2.

    [Автограф, чернила. Письмо без даты, скорее всего, по описываемым событиям - 6 января 1915 г.]
    Дорогая моя, маленькая Олесинька,
    Добрался вчера благополучно, был порадован массою посылок и писем. Там тоже по-сылки от мама - шведский хлеб и массу сладостей [...], тёплые вещи [...].
    Завтра мы на 6 дней продвигаемся вновь в охранение, но так как Козин  и Ва[...] здесь, то я буду сидеть в резерве - после же, по слухам, идём в Радом .
    Сегодня была у нас служба в походной церкви и освящение воды , молился за Тебя и детей и много о Вас думал, в особенности о Тебе, мой верный и единственный друг.
    Письмо это посылаю с Рольфом, который простудился и снова страдает ишиасом; он поедет в Радом и оттуда отправит письмо Тебе в Варшаву.
    С нетерпением жду от Тебя известий[...].
    Петруша.


    1 февраля [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя КисКиска,
    Спасибо за кексы, апельсины и все вкусные вещи, а главное за частые письма - вчера получил два - одно с Козиным (с которым обратно отправляю это письмо), а другое через Пахвиснева. Сегодня иду в охранение до 5-го, после чего, ежели не будет ничего нового, на 12 дней в резерв. Был у Дмитрия третьего дня, он стоит в 20 верстах от Кокб[. ,.]таша, весел и здоров; 1-го сменяется и на 20 дней идет в глубокий резерв за 60 верст - собирается опять в Питер. Прилагаю письмо Дубенскому со вложенным письмом к Стаховичу,- не откажи доставить Дубенскому на Надеждинскую с просьбой переслать. Затем посылаю мои фотографии - одну с моим бывшим адъютантом (сотник Семенов  в коротком полушубке) который теперь принял 6-ю сотню, правее - новым адъютантом (Миллер  стоит сзади) и дежурным - прапорщиком Ражневым, и другую с моим собственным двойником, а также приказ по дивизии с описанием дела, о котором Тебе писал. Одну из фотографий отдай мама, а также прочти ей приказ, также как и папа.
    Отчего не пишешь, удалось ли продать лошадь и когда? - Государь проехал через Двинск, не заезжая к нам - от каждого полка были посланы лишь по одному офицеру и 12 казаков. О Тине я Тебе писал, её совсем не вижу, а когда вижу, то почти не разговариваю, - со мной она видимо боится говорить, стерва определённая. Погода стоит всё время прекрасная - тепло и солнечно, лишь последние два дня несколько стало холоднее. Все мы с нетерпением ждём, когда отведут отсюда, хотя мы, и стоя здесь, хозяйственные дела привели в порядок, но главное вырваться с этого фронта - скука и никакого просвета впереди. Живём изо дня в день, производим занятия и лишь изредка представляется воз-можность сделать немцам какой-либо сюрприз, но, конечно, они скоро станут настолько осторожными, что и тут ничего нельзя будет делать.
    Большое Тебе спасибо за присланные вырезки из «Речи»  - читал с захватывающим интересом, пришли, пожалуйста, продолжение, но без пропусков, в присланной было про-пущено два №№. Присланная Тобою часть кончается на поездке в Вену. Ежели можно, пришли мне 5 бутылок красного вина (Вашего) я взял к приезду Дмитрия  в летучке [Пер-вый летучий отряд Добровольцев Красного Креста] и хочу отдать. Пока кончаю, люблю Тебя, обнимаю и целую тысячу раз. Деток тоже. Да хранит Вас Господь.
    Петруша.


    2 Апреля [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая Кисинька!
    Пишу всего несколько слов - завтра Крымов  производит полку инспекторский смотр и накануне - смотр дивизии. Вчера взял первого вальдшнепа [...].
    Дорога плоха и к Твоему приезду просохнет.
    Как я приписал Тебе после Твоей поездки у мерина, спина оказалась вновь опухшей, се-годня опухоль спала, по ежели набьешь еще раз - может образоваться нагноение. По-старайся достать седло, здешнее видимо не годится.
    Новостей у нас никаких, видел Крымова, который ждет жену сюда и просит Тебя позвонить ей сговориться, не приедете ли одновременно, она тоже хотела выехать в среду или четверг.
    Вчера перед охотой заезжал к Маковкиным, они устроились очень хорошо в доме у училища, где я намеревался устроить Тебя.
    [...] Ну, вот собирался написать несколько слов, а исписал четыре страницы. Обнимаю Тебя и деток, да хранит Вас Бог,
    Петруша.


    24    Апреля [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая Кисинька!
    Как видишь, пишу при первой же оказии и не долго оставляю Тебя без известий. Вчера за завтраком Куропаткин  объявил нам, что вторая наша бригада оттягивается с побережья в тыл, и что весьма продолжительное время - никак не менее месяца мы про-стоим на месте, в каковом расчете и должны вести хозяйственные свои дела. Как видишь, ежели, конечно, не произойдет ничего неожиданного, Тебе торопиться и беспокоиться не о чем, и Ты успеешь, свезя детей в деревню, застать нас еще здесь.
    После завтрака ездили с Куропаткиным на смотр 3-й Донской дивизии - Долгорукова . И снаряжение, и воинский состав и общий вид много хуже нашего - Крымов сиял, благодарил и лобызал меня и Одинцова . Сегодня собираюсь напоследок съездить еще раз на глухарей в [...] - телеграфировать Штрику , прося разрешения. Глухари не сегодня- завтра кончатся, и это будет, вероятно, последняя охота.
    Теперь поручения - у Тебя до отъезда дел масса - поручи это Закревскому:
    1)    Две легкие летние попонки - появились комары, кусают коней немилосердно.
    2)    Мне сапоги - дай для образца мои - главное чтобы не были широки в верху под ко-леном и наоборот - не были бы узки в голенище. Подошву прикажи подшить.
    Вот и все. Тебя прошу, не забудь доставить письмо Коле - это письмо для меня важ-ное.
    Кончаю, ибо Шикульский, который везет это письмо, уезжает.
    Обнимаю Тебя, мой Кисек, и деток. Да хранит Вас Господь!
    Петруша.


    29 Апреля [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя КисКис,
    Скучно без тебя. Дела мало, свободного времени хоть отбавляй. Погода испортилась - дождь и холод. Сижу и читаю оставленные Тобою как-то маленькие книжки. По види-мости, простоим еще много времени, по крайней мере, в этом расчете предпринимается ряд мероприятий по хозяйству. Письмо посылаю через Наталью Михайловну, которой пишу одновременно, прося помочь через Трепова  устроить маленькое отделение для бедного Шварца . Отправляем его в сопровождении доктора на Кавказ - неожиданно открылся у него острый туберкулез, ежедневно температура скачет до 40°, сильно ослабел и [...].
    В воскресенье свадьба в Вольмаре  прапорщика Брянцева , невеста коего уже прие-хала и живет в Вольмаре. Просил меня быть посаженным отцом, но я благополучно сплавил это Маковкину - кажется очень удачно, объяснив, что могу ежедневно быть вы-зван по делам на два дня в Питер, и боюсь его, Брянцева, подвести.
    Был два раза на охоте, взял одного глухаря, последний раз неудачно, - глухари уже не поют.
    К штабу в Красное подтянули четвертую сотню. Вот и все наши новости - очень спешу, ибо сейчас уезжает бедный Шварц. Обнимаю Тебя и деток, с великим нетерпением жду писем. Да хранит Вас Бог,
    Петруша.


    [Открытка «Кто в Москве не бывал.» - почтовый штемпель неразборчив] [Автограф, чернила.]
    Петроград, Шпалернаяул., № 10, Баронессе Врангель.

    Дорогая Кисинька,
    Еду отлично, кое-как устроился в вагоне хорошо и удобно. Проехавши лишь Могилев , узнал, что М.А. там, а, следовательно, и Коля - очень жалко, что не видал. В нетерпением ожидаю, когда увижу Черновцы , Колышев [...] и [...] которыми полны газеты. Обнимаю да хранит Тебя Бог. Петруша.

     

    [Записка в маленьком конверте, штамп «Петроград в эксп. 14.5.159»] [Автограф, чер-нила.]
    Е[ё] В[ысоко] Б[лагородию] Баронессе Врангель, Шпалерная ул., д. № 10.

    Дорогая Олевинька,
    Бригада будет стоять до 17 в бездействии, затем в [...] 2-й дивизии. Убедительно прошу Тебя не торопись выезжать - подлечись на совесть - здоровье самое главное. [.]


    25    Июля [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя маленькая Кискиска!
    Бесконечно люблю Тебя и беспрестанно о Тебе думаю. Беспокоюсь, как Ты устроилась, удобно ли и не очень ли грустно и тяжело без близких людей. Мы здесь стоит совсем по мирному, подчас кажется, что находимся на маневрах Красном. [...] Конные офицеры устроились в сенном сарае, тепло и сухо. По-видимому, в скором времени нечего не ожидается, сегодня занимаемся эскадронными учениями.
    Послал Тебе телеграмму с просьбой писать сюда на ст.[анции] Пинск . В Ковно  встретил Ла[...] Д...], который ехал в Питер, послал с ним мама записку. [...]
    Твой Петруша


    26Июля [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая, ненаглядная моя Кискисинька!
    Как видишь связь чаще, чем из Красного в Петербург. Я получил Твою телеграмму и два письма, последнее от Репп[...], которого лично не видал. Рад за Тебя, что, по- видимому, Ты устроилась хорошо и настроение бодрое - молодец Ты у меня! Нового здесь ничего - живем по маневренному, производим эскадронные учения, навещаем друг друга [.] Подчас забываешь, что стоишь на границе.
    Передал всем офицерам, чтобы не стеснялись обращаться к Тебе по своим нуждам. Я просил Тебя ежели возможно выслать мне бурку или теплое клеенчатое [...] одеяло [...].
    Петруша


    27 [июля 1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя, ненаглядная Кисинька!
    Пишу сидя на кровати, бювар на коленях, кругом масса офицеров, шум и гам, а потому и не могу писать связно. Спасибо за частые известия, я тоже пишу, как видишь, при первой возможности. Мы перешли сюда в Вальковишки (куда и пиши теперь) и стоим здесь под общим начальством Хала, которому подчинена теперь вся кавалерия.
    Очень сожалею, что не удалось повидать Ре[...]не[...], он был здесь всего несколько часов. Хал просит Тебе кланяться. Письмо это посылаю с Кушелевым , как я Тебе говорил, то один, то другой офицер беспрестанно будут попадать к Вам; найду возможность как-нибудь попасть и я. Неужели до сих пор не имеешь известий из С[анкт]- П[етер]б[урга], я здесь в полном неведении о моих стариках и начинаю волноваться. Пиши, дорогая, ненаглядная моя Кисинька, кончаю, ибо так соскучился, что теряю терпение.
    Да хранит Тебя Бог!
    Целую тысячу раз,
    Петруша.


    26 Октября [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя Кисинька!
    Наконец получил от Тебя письмо и узнал, что Ты в Цехакове. Что это за место и как там живешь? Я писал Тебе в Новгород, не знаю - получила ли письмо. Мое дело все еще не решено, хотя и Скоропадский и Борис и обещают постараться все продлить, но до сего времени еще ничего не решено. [Зачеркнуто, надписано черным карандашом, хотя все письмо написано зелеными чернилами - А.К.]. Пас[.]здесь и, вероятно, все решится не сегодня-завтра. Очень надеюсь, что все устроится, и я останусь в полку; скорое получение полка, по-видимому, мало вероятно и самое лучшее - оставаться у себя.
    Вот неделя как меня трясет сильная “лихоманка”, первые дни еще выходил, благо чудная погода, сухая и ясная, а последние дни совсем слег. Сегодня лихоманка меня от-пустила, температура нормальная. Решил все же отсидеть день-два до полного выздо-ровления. Третьего дня проехала здесь Наталия Михайловна, ее видел Козин на вокзале, к сожалению, поезд стоял мало, и мне нельзя было дать знать о ее проезде.
    Сегодня получил письмо от мама; она пишет, что и Петя и все были простужены, но теперь в порядке. Каковы Твои планы? Ежели мы будем сидеть здесь, не вернуться ли Тебе в к [...] ? Как живете, в какой обстановке, не мерзнете ли?\_...~\
    Петруша.
    P.S. Дубинский , бывший в Питере, узнал, что эскадрон Александрийцев Беккера  при отступлении войск от Варшавы вернулся, цел и невредим. Он более месяца провел в тылу, скрываясь в лесу.


    5 Ноября [1915 г.]. [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя, маленькая Олесинька,
    наконец получил я сразу два Твоих письма и к сожалению узнал, что мои до Тебя не доходят. Это пятое, кажется, которое я пишу отсюда, не считая телеграммы.
    Вчера вернулся с охоты - были у Вяземского  [в] 170 верстах отсюда, взял 20 фазанов, 4 зайца, 2 куропаток. Странное занятие в настоящую минуту - не правда ли? Дело моё до сего времени не решено, и я жду и жду новостей с минуты на минуту. Хотя после слов Орлова  могу надеяться, что на всякий случай решили заручиться лишним козырем, согласия полк[овника] Дмитриева  на мой перевод, но лишь в случае необходимости. Хотя, я и просил о переводе в Сумской, но, по тому, как слагаются наши дела.[...]
    От мама имею всего одно письмо, дети здоровы, [...].
    Вот и всё, что могу сообщить Тебе. Здесь без дела особенно часто думаю о Тебе, и так [.] и больно чувствую Твоё отсутствие.
    Бог милостив, надеюсь скоро увидеть Тебя и обнять. Да хранит Тебя Господь.
    Петруша.


    9 Ноября [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя Олесинька!
    Письмо это пишу так сказать авансом - пока пусть лежит, отправлю при первой оказии - таковые довольно часты в бригаде. Вчера получил Твоё письмо и немедленно же переговорил с летучкой - мы друзья теперь. Заведующий хозяйством летучки сейчас в С[анкт]-П[етерс]б[ург] - он Тебе позвонит по телефону и к Тебе явится майор, можешь отправить с ним. Убедительно прошу - оформи свое пребывание в летучке - это, несо-мненно, удобнее во всех отношениях, нежели «гастроли». Пока здесь для моторов дела нет - стоим тихо, да к тому же передовые части на самой линии гр. [аницы] д. [ействий]
    -    Крейдебург - Двинск ; я занят по горло и Тебя первое время (2 - 3 недели) повидать не буду почти иметь время - поживи с детьми, подлечись и приезжай отдохнувши, через 2 - 3 недели и мне будет посвободнее.
    Теперь обращаюсь с просьбой исполнить ряд поручений[...].
    Стоим сейчас в охранении рядом с 5-й (слева) и 15-й (справа) дивизиями. Послал записку Дмитрию, прося его приехать, или ежели не может, то дать знать, когда приедет на фланги участка - хочу его повидать. Начальник соседского участка справа Петенька Золотницкий - к счастью до сего времени его не видел.
    Продолжаю полком быть пока довольным, офицеры и люди молодец к молодцу, но хо-зяйство в хаотическом состоянии, за что не возьмёшься, всё запутано и запущено - когда разберусь в этой белиберде и дадут ли на это время? Очень мне нужны младшие офицеры, распространяй, где можешь, может быть, найдутся желающие - можно не переводиться, а прикомандироваться.
    Передай папа, что вольноопределяющимися могут быть и не казаки, а как уже есть, сын бывшего Командира полка Перфильева , ныне больной - однако должен предупредить, что они по заведенному порядку на положении простых казаков, живут в сотнях, и в этом отношении я не будут делать исключений. Папа справлялся по просьбе своего знакомого - Можайского , для сына последнего. Сейчас в С[анкт]-П[етерс]б[урге] Крымов - его адрес Лиговский, 44, ежели хочешь написать мне, письмо можешь отправить с ним -    он ожидается здесь 16-го. 17-го приезжает сюда бывший сотник Ройт, узнай у Маковкина, когда он выедет из С[анкт]-П[етерс]б[урга], можешь написать через него, да и мелкие вещи (тетради, щетку, [...]) он может захватить с собою.
    Я буду теперь писать Тебе каждую свободную минутку, и откладывать письма, дабы были наготове отправить при первой оказии. Сейчас дел по горло и одиночество, и отсутствие близкого человека мало ощущается, но как только жизнь войдет в колею, нет тебя вблизи, прийти поговорить “со старым и верным другом ”, громадное утешение. Люблю, обнимаю тебя, моя маленькая, и деток. Пиши мне подробно о Вашем жи- тьи-бытьи. Да хранит Вас Бог.
    P.S. Официальное наименование нашей летучки - Первый летучий отряд Добровольцев Красного Креста.


    [ Автограф, чернила.]
    [Короткая записка без даты:]

    Дорогая Олесинька,
    Одновременно отправляю Тебе длинное и подробное письмо о моём житьи-бытьи. Присланное письмо перешли генералу Дубинскому, предварительно справившись, верно ли я написал его имя и отчество; ежели не верно сообщи, а письмо разорви - напишу другое.
    Обнимаю. Да хранит Тебя Бог,
    Петруша.


    18 Ноября [1915 г.]. [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя Кискиска,
    Не понимаю, куда пропали моё первое и подробное письмо с описанием моих впечат-лений - из полученного Твоего здесь в Крейцберге вижу, что Ты его не получила. Я послал его с шофёром штаба бригады, командированным в Питер. Сейчас посылаю целую пачку писем, заготовленные во время пребывания в Сторожовке, два Тебе, одно мама, одно Гари и записку Па. Моё первое впечатление о полке пока не изменилось - в строевом отношении думаю, полк блестящ, старые офицеры из школы Павлова , молодые тоже молодцы. Природных казаков мало, и тонус полка к армейской регулярной жизни казачий - и армейский дух хороший. Думаю, что с таким полком можно делать дела.
    К сожалению, хозяйственная часть в хаотическом состоянии - пришлось с места уже убрать заведующего хозяйством (предложил перевестись в другую часть). Настоял на назначении комиссии для приёма полка, и та распутывается в дебрях. С утра до вечера сижу в канцелярии или брожу по обозу и т.д., но дела ещё много, думаю, ежели дадут постоять всё же недели через две распутаю и [...] - много уже сделано. Быть может, на несколько дней попаду к Вам для хлопот по делам полка - жду возвращения Краснова, когда вернётся. Не понимаю, отчего Ты сомневаешься в возможности попасть в [Первый летучий] отряд [Добровольцев] Кр.[асного] Кр.[еста]. Я в разговоре с Потаповым  и с Тиной поставил вопрос так, что Ты и моторы неразрывно связаны. Прошу Тебя только оформить Твоё назначение в летучку, дабы это не имело вида «гастролей». Письмо, Тебе написанное Тиной до [...] единоличной рук - с полком работают всё время студенты [...], которые мне сами выражали недоумение от [...]. Письмо это написано от имени [Первого летучего] отряда [Добровольцев Красного Креста]. Всё же, говоря откровенно, думаю, что первое время с этой стервой надо держать ухо востро. [...] Скучать не торопись, подлечись, поживи с детьми и приезжай, здесь пока дела нет абсолютно. Я [.] занят по горло и Тебя почти не буду видеть. Другое дело - недели через две-три - [...].
    Петруша.


    20    Ноября [1915 г.]. [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя КисКис,
    Прошу, кажется, шестой или седьмой раз, посылаю и по почте, и оказией, неужели Ты не получаешь моих писем? Ты меня просто завалила вкусными вещами, временно по-придержи посылки, а то некуда девать. Столуюсь я в общем собрании, куда и передаю присылаемые Тобою вещи, кроме вина и сладкого, которые держу у себя. Кормят недурно, и я не голодаю. Неужели Ты не получила моего первого письма с описанием первых впечатлений и характеристикой ближайших помощников? Полк в отношении офицеров очень мне нравится, [...] регулярно, забайкальцев среди офицеров мало. Дух прекрасный и думаю, что с таким элементом можно работать хорошо. В хозяйственном отношении дела очень запутаны, теперь понемногу всё приходит в порядок, к 15-му Дек[аб]рю наде-юсь, полк будет одет и обут, ибо большая часть вещей уже получена, за остальной по-сланы приемщики. По делам полка придется съездить ненадолго в Москву и Вязьму (где у меня тыловой склад) и в Питер, о чем уже говорил с Крымовым. Не тороплюсь, ибо сперва здесь все налажу, а к Вам постараюсь попасть к Праздникам, чтобы провести их с моими дорогими.
    Повидай Тину непременно, она 25-го или 26-го едет в Питер и остановится, вероятно, у матери на Таврической ул. С летучкой [Добровольцев Красного Креста] мы друзья, и не далее как вчера получил записку заведующего (некто прапорщик Сурин ) приехать к ним праздновать именины сестры и полугодовой юбилей [Первого летучего] отряда [Добровольцев Красного Креста]. Я в охранении, и принужден был, к сожалению, отка-заться. Ведётся дело по жалобе на коллективный бедлам Тины и студентов (старший у них, по-видимому, Сурин). Твой приезд подразумевается самим собой, и более разговоров не возбуждается. 27-го отхожу, вероятно, в резерв и хочу, наконец, отслужить молебен, священника в полку у меня нет и до сего времени не удалось служить, но раз время будет [...].
    Пришли резиновых настремянников [...], а то ноги мёрзнут [...].
    Петруша.


    21    Ноября [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя КисКис,
    Прошу, кажется, шестой или седьмой раз, посылаю и по почте, и оказией, неужели Ты не получаешь моих писем? Ты меня просто завалила вкусными вещами, временно по-придержи посылки, а то некуда девать. Столуюсь я в общем собрании, куда и передаю присылаемые Тобою вещи, кроме вина и сладкого, которые держу у себя. Кормят недурно, и я не голодаю. Неужели Ты не получила моего первого письма с описанием первых впечатлений и характеристикой ближайших помощников?
    Петруша.


    [Автограф, чернила.]
    Ее высокородию Баронессе Ольге Михайловне Врангель,
    Петроград, Ново-Исаакиевская улица, № 26,
    Казармы Конной Гвард
    ии.
    5 Декабря [1915 г.]
    Дорогая моя КисКис!
    Спасибо за посылку, присланную с Готовским , которую получил вчера. Эти дни занимались мирными делами - готовилась к параду по случаю приезда походного атамана - Бориса Владимировича . Сегодня парад состоялся, и я щегольнул тем, что офицеры полка вышли на чистопородных лошадях (еще закваска со времен Павлова). После парада завтракали в [...] В.[еликого] К.[нязя]. Сегодня еду на четыре дня в охранение. Полк с каждым днем приводится в порядок и пополняется необходимым, скоро оборудуюсь совсем. Очень прошу Тебя попросить Мэри написать Борису, чтобы сообщил № приказа, каким Сергеев Семен (мой вестовой) награждается Георгиевским крестом. Все остальные документы - мои и моих людей получены.
    Пока кончаю, ибо человек везущий письмо уезжает на поезде. Нежно обнимаю Тебя и деток. Да хранит Вас Бог,
    Петруша.


    9 Декабря [1915 г.] [Автограф, чернила.]
    Дорогая моя КисКиска!
    Пишу тебе с женою Маковкина, которая приехала к мужу на два дня и сегодня уез-жает обратно в Питер. Я только что вернулся из охранения и не увижу ее, вероятно, ибо дел много, а вечером хочу поехать за 16 верст пообедать к Бледунскому, полк которого стоит рядом с нашей бригадой.
    Я, кажется, писал Тебе о смотре В.[еликого] К.[нязя] Бориса, получил благодарность в приказе по бригаде за блестящий порядок, в котором представил полк. Все офицеры сидела на чистопородных лошадях.
    12-ого Крымов производит выверку денежной отчетности полка, ликвидируя все старые грехи до моего командования - большим трудом и беспрерывной работой навёл, наконец, полный порядок, вся денежная отчетность приведена в ясность, расчеты полка с сотнями и командирами законны, пришли вещи, заказанные для полка, и мои казаки одеты с головы и до ног; лошади также пришли в порядок. Осталось лишь разобраться в полковом вкладе в г. Вязьме , куда уже послал офицера с казаками. Около 20-го и я попаду туда, а оттуда Бог даст и к Вам. Работа идет прекрасно, все офицеры помогают мне от души. С Крымовым отношения тоже у меня отличные. Мечтаю лишь о том, чтобы попасть с полком на Юг и повоевать в тепле - у нас почти 20° мороза, не знаю, долго ли продержатся холода, но ежели долго то тогда и думать не приходится, только и мечтаешь о том, чтобы не выходить на двор.
    Не забудь сообщать моей мамаше, когда получаешь от меня письма и что я пишу, она, бедная, все жалуется, что я её забываю.
    Пока кончаю, обнимаю Тебя и деток и мечтаю, что скоро удастся прижать к сердцу мою любимую маленькую КисКуску и поцеловать.
    Киндерам [транслитерация немецкого слова «дети»- А.К.] обещай, что повезём их в цирк. Да хранит Вас Господь,
    Петруша.

    К.и.н. А. Квакин

     

    Категория: История | Добавил: Elena17 (02.08.2020)
    Просмотров: 124 | Теги: петр врангель, россия без большевизма, белое движение, Первая мировая война
    Всего комментариев: 0
    avatar

    Вход на сайт

    Главная | Мой профиль | Выход | RSS |
    Вы вошли как Гость | Группа "Гости"
    | Регистрация | Вход

    Подписаться на нашу группу ВК

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 1768

    БИБЛИОТЕКА

    СОВРЕМЕННИКИ

    ГАЛЕРЕЯ

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru